Владимир Попов – Заговор негодяев. Записки бывшего подполковника КГБ (страница 120)

Бывший подчиненный Андропова – это Бобков, с которым встречался и беседовал Семанов. Уточним, что "записки" Андропова рассматривались Секретариатом ЦК КПСС, а не Политбюро. Но Семанова можно понять: Политбюро звучало солиднее.

Если верить Севруку, даже сам Андропов от беспринципности многочисленных своих агентов из литературной среды был в растерянности: "А, что они друг про друга пишут!.. Если опубликовать все, то вы их книги перестанете читать. Не надо никакой агентуры. Столько добровольцев из верхнего, так называемого интеллектуального эшелона. И все во имя чего? За какие-то поганые деньги, поездку в какую-нибудь Папуа-Гвинею, ученую степень, место под дачу в престижном поселке..."

Александр Байгушев

Еще одним агентом-литератором был Александр Байгушев.   

Органам госбезопасности запрещалось ведение агентурно-оперативной деятельности в партийных и советских органах. Они обходились стукачами. Собирали досье на сотрудников различного уровня. Сбор информации осуществлялся общим отделом ЦК КПСС посредством доморощенных стукачей из числа сотрудников партаппарата. Приведем характерный пример:

"Я ездил к руководителю Ленинграда Романову и писал за него целую книгу о Ленине и революции. Формально я числился редактором. На самом же деле моей целью было выяснить истинное отношение Романова к Брежневу", – рассказывал о своей деятельности Александр Байгушев, представлявший себя бывшим помощником Брежнева, Суслова и Андропова. 

Александр Байгушев родился в 1933 году в Москве в рабочей семье. В 1956 году окончил романо-германский факультет МГУ имени Ломоносова. В 1960 году получил диплом об окончании сценарного факультета ВГИК. Места работы: газеты "Московский комсомолец" (1960), "Советская культура" (1960–1963) Агентство печати "Новости" (АПН, 1963–1968); журнал "Театр и жизнь" (1972–1974); газета "Голос Родины" (заместитель главного редактора, 1975–1977); издательство "Современник" (зам. главного редактора 1977–1981). Член КПСС с 1966 года, член Союза журналистов с 1966 года и член Союза писателей с 1985 года. Агент КГБ.

Детей элиты вербовать запрещалось, необходимо было выходить из положения, и курировавшие МГУ офицеры 4-го управления КГБ, которым руководил Питовранов, завербовали Байгушева.  

Выбор был удачным. Байгушев в одной из статей писал о себе:

"Чего не приходилось делать, куда только, забыв брезгливость, не внедряться ради русской идеи! ...Владимир Осипов и Леонид Бородин пошли за русскую идею в андроповские лагеря. Они открыто выражали свое неприятие сатанинской коммунистической власти. Мы действовали как засланные профессиональные разведчики Русского ордена в стане врага. Владимир Осипов и Леонид Бородин в ореоле своей мученической святости по праву могут слегка презирать таких, как я, как Сергей Семанов, как Валерий Ганичев. Мол, двурушники! Были крупными "номенклатурщиками"! Да, мы были двурушниками".

Пять лет, с 1963-го по 1968 год, Байгушев работал в Агентстве печати "Новости" (АПН). 

Агентство печати "Новости" – советское информационное агентство, образованное в 1961 году на основе Совинформбюро. В соответствии с уставом, АПН имело своей целью "распространение за рубежом правдивой информации об СССР и ознакомление советской общественности с жизнью народов зарубежных стран". Представительства АПН находились более чем в 120 странах мира. Агентство издавало 60 иллюстрированных газет и журналов на 45 языках мира разовым тиражом 4,3 млн экземпляров. Издательство АПН выпускало более 200 книг и брошюр общим тиражом около 20 млн экземпляров в год. Используя статус журналиста, под прикрытием сотрудников АПН в зарубежных странах работали агенты советской разведки. 

АПН являлось мощным пропагандистским инструментом ЦК КПСС, который был призван внедрять в сознание западного читателя позитивный образ советского строя. Советским же гражданам навязывалось представление о "загнивающем" капиталистическом обществе. Зарубежные представительства АПН всегда и везде использовались советской разведкой в качестве прикрытия для деятельности своих офицеров-разведчиков. К тому же аппарат АПН был насыщен агентурой 1-го, 2-го и 5-го управлений КГБ СССР. В их числе трудился и "доблестный" русофил Байгушев, оболванивавший своих и зарубежных читателей ложью о жизни в стране, строившей коммунистическое будущее. 

В начале 1970-х годов Байгушев стал заместителем главного редактора газеты "Голос Родины" (издававшейся в 83 странах для русских эмигрантов с целью создания благоприятного образа СССР и критики антисоветских эмигрантских организаций). С начала 1980-х годов служил во Всесоюзном обществе по культурным связям с соотечественниками за рубежом (с января 1992 года – Ассоциация "Родина"), бывшем "Комитете за возвращение на Родину, который находился в Берлине и помогал советским гражданам, попавшим в Германию во время войны 1941–1945 годов, и советским узникам гитлеровских лагерей вернуться домой, в свою страну, где вернувшихся, как правило, арестовывали и отправляли снова в лагеря, только теперь уже сталинские.

Гибель Отари Квантришвили

Как мы уже упоминали, Отари Квантришвили в конце 1970-х годов был завербован 2-й Службой УКГБ СССР по городу Москве и Московской области для разработки бандитских формирований. Пройдут годы, и его кураторам из числа милицейских чинов и сотрудников госбезопасности станет очевидно, что их агент использует силовые ведомства для сведения счетов со своими конкурентами из уголовного мира и поставляет информацию, выгодную подконтрольным ему криминальным структурам. Но к тому времени Квантришвили наберет такую силу, что его бывшим кураторам не останется ничего иного, как безмолвно взирать на его деяния.

Квантришвили настолько "заматерел", что, выступая по телевидению, стал высказывать прямые угрозы министру внутренних дел Владимиру Рушайло, советуя ему подумать о своих детях.

Вскоре после этого и произошла в одном из московских ночных клубов ссора между авторитетным во всех отношениях полковником запаса КГБ Александром Евдокимовым и вором в законе Отариком.

Евдокимов в далеком прошлом был сотрудником МУРа, затем сотрудником КГБ СССР. Он сохранил прекрасные отношения с руководителями обеих структур. В 1980-е годы он являлся также сотрудником подразделения центрального аппарата КГБ – управления 3 В, которому было поручено наблюдение и контроль за становившимся все более и более коррумпированным МВД СССР. Евдокимов по линии КГБ был назначен куратором центрального аппарата милицейского ведомства.

Многих руководителей МВД он хорошо знал, на кого-то имел воздействие, так как располагал собственной агентурой в милиции и обладал информацией о неблаговидных делах тех или иных милицейских генералов.

В начале 1990-х годов Евдокимов сблизился с председателем совета ветеранов войны в Афганистане генералом Русланом Аушевым, будущим президентом Ингушетии, и его заместителем в совете ветеранов, а затем вице-президентом Ингушетии бывшим начальником разведки пограничных войск КГБ СССР генерал-лейтенантом Борисом Агаповым. Тогда же Евдокимов свел знакомство с верхушкой чеченской диаспоры Москвы, усилившейся в период, когда спикером Верховного Совета Российской Федерации был чеченец Руслан Хасбулатов. Евдокимов стал своего рода консультантом у лидеров чеченского преступного сообщества. 

С волевым, умным и напористым Евдокимовым считались. Квантришвили в ту роковую ночь не знал, кого встретил в клубе. А Евдокимов громко, чтобы слышало в том числе окружение Отарика, обращаясь к Квантришвили спросил: "Что это за клоун у нас появился на всех каналах телевидения?" – намекая на эпизод про Рушайло. 

Намек был однозначно понят. Квантришвили, создав партию спортсменов, стал к тому времени частым гостем различных телевизионных программ и передач. Редкий день его образ не появлялся на телеэкранах. Способствовало этому и то, что ему боялись отказать, и деньги за рекламу, которые Квантришвили готов был платить телевизионщикам. 

Ринувшийся было унять Евдокимова, Квантришвили был остановлен своей свитой: Евдокимов в клубе был не один, а в окружении известных в определенных кругах чеченцев, и люди Отарика это видели. "Мы с тобой еще встретимся", – сказал Квантришвили. "Раньше, чем ты думаешь", – парировал Евдокимов.

Пытаясь установить контроль над криминальной Москвой и бизнесами, которые тогда "крышевались" бандитскими структурами, Квантришвили подчинял себе те или иные этнические уголовные сообщества. Одним из главных его противников была чеченская ОПГ, которая ни в коей мере не намеревалась под него "ложиться". Приблизительно за год до описываемых событий старший брат Квантришвили Амиран и шесть его приближенных были расстреляны в их офисе в одном из центральных районов Москвы. Отарик предупреждение не воспринял.

Рассказывая автору этих строк о встрече с Квантришвили и его угрозах в свой адрес, Евдокимов выслушал мой совет быть осторожнее, но обронил: "Все равно он конченый".

5 апреля 1994 года на выходе из любимых Квантришвили Краснопресненских бань он был хладнокровно застрелен снайпером.

Как мы ловили шпионов вокруг шахматной доски

Шахматисты Анатолий Карпов и Виктор Корчной