Владимир Положенцев – Империи в огне (страница 5)
Вальтер ухмыльнулся, велел фон Планецу не зевать и тот моментально наполнил бокалы напитками.
-Не уничтожить, дать возможность русским людям проверить себя на прочность и избавиться от скверны. Да, да скверны, которая во многом исходит от нас, немцев. Вы, Михаил Исаакович, не сомневаюсь, читали господина Маркса.
-Еще бы.
-И для меня «Капитал», господа, стал чуть ли не настольной книгой.
Полковник кивнул и фон Буринг тут же достал с полки коричневый томик, на котором золотыми буквами было выбито « DasKapital. Kritik der politischen Oekonomie”
-Вот истинная отрава, господа, которая способна разъесть, как кислота, любое нормальное и особенно ослабленное, государство. Это главное оружие ваших большевиков, которое на родине, в Германии, оказалось, к счастью, невостребованным. Террор по классовому принципу против своего народа, как основа социальной революции. Вот главный постулат Манифеста еврея Маркса.
-Да, да, Маркс верхом на огненном поезде. Еще не вечер, господин Николаи, - ухмыльнулся Верховцев.
-Что? Ах, да, это фразеологический оборот, понимаю.
-Закон бумеранга. Не делай дурного другому и оно к тебе не вернется. Подожжете Россию и вскоре запылает немецкая империя, вот увидите.
-Если б все было так просто, господин капитан. Prosit.
Молчавший до этого офицер - серый лицом, с острым, раздвоенным носом и налитыми кровью, словно у быка глазами - вдруг с грохотом поставил на стол свой фужер. На стенах купе повисли ошметки колбасы и сала. Кусочек попал на шрам над его густой белой бровью. Офицер этого, казалось,не заметил.
-А я отказываюсь пить с вами, полковник, - гордо заявил он. - Я не буду пить за дружбу с этой немецкой свиньей! Вы разве не видите, господа, он позвал нас, чтобы поиздеваться над нами, унизить Россию. Предлагает вечную дружбу и мир, а сам везет к нам полный вагон заразных крыс. Не верю, не верю ни единому его слову! Правильно сказал капитан: бумеранг к вам еще вернется.
-Полноте, голубчик, Сергей Ильич, -попытался успокоить офицера Шефтель.
Николаи оставался невозмутимым. Жестом остановил фон Планеца и поднявшихся солдат, понявших что назревает скандал.
-Что ж, - ответил полковник, наконец. - Я понимаю ваши эмоции, господин полковник Разумовский. - Вероятно, я тоже бы не смог сдержать накопившиеся эмоции в подобной ситуации. Но поверьте, мои слова искренние. Я глубоко убежден, что у наших народов много общего. Вечная тяга к империи, к великому. Нас не устраивают мелочи, нам подавай все и сразу. Великая немецко-русская императрица Екатерина говорила: русский народ есть особенный народ в целом свете. Он отличается избирательным умом, великой силой. Это относится и к немцам, хотя в чем-то мы разные, например, мы более рациональны, а вы более сентиментальны.
-Это видно невооруженных глазом, - сказал уже более миролюбиво полковник. И тут же виновато добавил: - Извините, господин Николаи, действительно нервы. Ощущаешь себя в компании тех сволочей в «посольском» вагоне каким-то поганцем, словно сам измазался в их скверне.
- Ich verstehe alles, Herr Rasumovsky, und ich bin nicht wütend.
-Ну вот и славно, - обрадовался Шефтель. - Никто ни на кого не сердится. Тихо мирно, дай бог, доедем до Засниц - Хафен.
-И все же, как славно было бы, пойти сейчас и всех их перестрелять, вместе с выводком, - сказал» полковник Разумовский, сжав кулаки.
-Wiederhole. Как только приедете в Россию, делайте с ними все, что считаете нужным. Хотя, возможно, вам будет не до них. У вас и без большевиков смуты хватает.
На этот раз голос подал офицер, гораздо моложе полковника. Верховцев почему-то подумал, что они с ним одного звания, только тот явно штабной. Возможно, адъютант полковника Разумовского. Позже это подтвердилось. Это был штабс-капитан Юрий Афанасьевич Краснов.
-Нынешняя российская смута тоже дело ваших рук? - спросил он.
Николаи вдруг весело и звонко рассмеялся, что совсем не соотносилось с его строгим, серьезным лицом. Казалось, он вообще никогда не улыбается. А тут...
-Именно об этом я недавно имел беседу с генералом Людендорфом. И, признаюсь, получил от него нагоняй. За то, что к нынешнему революционному хаосу в России, мы keine Beziehung, не имеем отношения. Хотя, признаюсь, планы были.
-Спасибо за откровение, - ухмыльнулся адъютант Разумовского.
-Пожалуйста, господин Краснов. Мне не понятно, почему спит ваша контрразведка. Хаос в Германии теперь вам так же выгоден, как нам в России.
-А может и не спит, - сказал кадет Черносвитов.
- Еще не вечер, как остроумно заметил... - поддержал прогрессист Гольдский и запнулся, глядя на капитана.
-Александр Данилович, - подсказал Шефтель.
Петр Сергеевич учтиво кивнул Верховцеву.
-Вы не исключаете, что наша контрразведка тоже зашлет к вам целую стаю революционных крыс?
-Не исключаю, - согласился Николаи. - Только если Германия проиграет войну, то никакие пришлые крысы не понадобятся. И без них рейх вспыхнет до небес. Как Россия.
-Великие империи в огне, - сказал Гольдский со вздохом. - Черт знает что. И вы так спокойно об этом говорите.
-В отличие от вас, господин Гольдский, я не прогрессист, а objektivist. Мир вообще давно балансирует на грани срыва в доисторическое варварство. Но с другой стороны, он нуждается в очищении, в огненном очищении.
-И немцы взяли на себя эту миссию, развязав Мировую войну.
-Позвольте, господин Гольдский, вам заметить, что первой мобилизацию провела Россия. Конфликт в Сараево можно было при желании погасить. А теперь Россия лишь расплачивается за свою несдержанность и поспешность. Царя вы убрали, не исключаю, его ждет очень печальная участь, но это вряд ли поможет сохранить империю в прежнем виде.
-И вы еще подгрызаете ее своими крысами.
-Крысы ваши. Повторяю, ваши, господа. К тому же их удобнее передавить, когда они все разом повылезают на свет божий и соберутся вместе.
-То есть, получается вы нам помогаете, - ухмыльнулся адъютант Разумовского.
-В какой-то степени «да». Эти провокаторы-экстремисты попытаются устроить очередную смуту и вы сможете прихлопнуть их всех одним махом. У вас ведь еще сильная армия. Она сделает то, что в свое время не смогла сделать ваша полиция.
-Спасибо! - делано поклонился адъютант.
-Bitte schon. Но имейте в виду, если большевики у вас возьмут верх, они, как это и обговорено, сделают все, чтобы вывести Россию из войны. И тогда Германия будет диктовать свои условия. А это необходимые ей буферные зоны на востоке и в Прибалтике. Мы потребуем государственной независимости Украины, Финляндии, Польши, Лифляндии, Эстляндии, Курляндии. Националистические малоросские настроения в вашей армии теперь сильны.
Полковник Разумовский выпил водки. Его глаза вновь налились кровью. Он показал фигу, но не полковнику Николаи, а двери, за которой находился вагон с «экстремистами».
Шефтель боясь новой вспышки скандала, предложил выпить за красоты земли Баден — Вюртемберг, мелькавших за окном. Все молча осушили свои фужеры.
-И что же было дальше? - спросил штабс-капитан Клейст, внимательно слушавший рассказ Верховцева. Он налил себе рюмку, но пить не стал, ожидая ответа.
-Да, собственно, ничего, - ответил Верховцев после некоторой паузы. - В Заснице, как я уже говорил, мы пересели на паром «Королева Виктория». Посадка проходила так же быстро. Революционеров рассовали по каютам и до самого Треллеборга они из них не вылезали. В Треллеборге я, видел, как Ленина встретил какой-то господин. С черной бородкой клинышком и длинными усами.
-Яков Ганецкий, он же Якуб Фюрстенберг, кличка Машинист, - пояснил Клейст, - Польский коммунист. Он вместе с Парвусом организовал тайное финансирование Ленина и его банды в поездке через Германию, завуалировав деньги немецкого Генштаба и МИДа под помощь Комитета по возвращению беженцев. Вы тоже воспользовались их услугами.
-Вы пришли, чтобы сделать мне порицание?
-Что вы, как можно! Я просто проясняю ситуацию.
-Мне она совершенно неинтересна.
Клейст пропустил последнюю реплику капитана мимо ушей, продолжил:
-Ганецкий один из приближенных соратников Ленина. В 1912 году он устроил ему переезд из Парижа в Австро-Венгрию, где Старик - одна из кличек Ленина, после начала войны, стал активно раздувать ненависть местного правительства к России. Тем не менее, его в Вене арестовали по подозрению в шпионаже и посадили в тюрьму. Ганецкому пришлось приложить немало усилий, чтобы убедить австро-венгерские власти, что Ленин злейший враг русского правительства. Его отпустили.
-И для чего вы мне всё это рассказываете, господин штабс-капитан?
-Для общей информации. Чтобы вам проще было ориентироваться в Швеции - рассаднике большевистской социал-демократии, и в Германии.
Верховцев собирался выпить, но рюмка застыла в воздухе. На его лице появилось изумление, потом он громко рассмеялся:
-В трактире, конечно, душновато, но не настолько, чтобы снесло голову. Вам, господин Клейст, вероятно, не стоит больше пить.
-Спасибо за заботу о моем здоровье, Александр Данилович. Ставка Верховного командования Белого движения юга России крайне заинтересована в неопровержимых доказательствах, которые со всей очевидностью бы доказали, что поездка Ленина через Германию была профинансирована Большим Генеральным штабом и МИДом Германии. А комитет по возвращению беженцев и защите политэмигрантов, лишь ширма, как вы сами выразились. Кроме того, желательно получить документы о переводе денег из МИДа и отдела IIIBна подставные фирмы Парвуса, а оттуда на издание большевистских газет и счета их представителей в разных странах и городах. Нам известно, что несколько таких подставных фирм возглавляли, с подачи Парвуса, Ганецкий и его брат, которые пересылали деньги в Петроград на имя своей сестры — активистки РСДРП(б). Словом, нам нужен крепкий компромат на большевиков и конкретно на Ленина.