Владимир Пламенев – Дипломатия Мечей (страница 52)

Князь мгновенно это считал и нахмурился.

Он ещё не понимал, что происходит с его страной.

Когда мы вышли, Георгий всё ещё лежал на месте, где мы его оставили. Но он был жив. Заберём его позже.

А вот снаружи…

Бой уже почти прекратился. Вся территория дворца была под контролем бойцов Непчича и Караджичей. Только где-то в отдалении слышались выстрелы и редкие взрывы.

Но когда князь Адриан вышел, все люди вокруг остолбенели, смотря на него как на ожившего мертвеца. Впрочем, в их картине мира так и было.

Однако, шок продлился недолго.

— Ваше Величество? — растерянно, будто не веря своим глазам, спросил подбежавший к нам офицер. Его люди стояли вокруг, не понимая, что им делать. — Это… Вы?

Князь Адриан окинул площадь и возвышающийся неподалёку дворец с мрачным видом. Но эмоциям он не поддался. Он ответил офицеру:

— Назовитесь, — ледяным голосом потребовал он.

Офицера пробрало.

Он встрепенулся и тут же стал отбивать поклоны:

— Ваше Величество, старший лейтенант Брадич, командир штурмовой группы номер четыре! Докладываю: территория дворца взята под контроль! Приношу свои извинения и ожидаю приказов!

— То-то же… — Адриан обвёл взглядом всех собравшихся бойцов. Уставших. Потрёпанных. У некоторых были перевязаны руки, ноги. Один — с замотанной головой. Я увидел, как сжались челюсти Адриана от этого зрелища. — Так понимаю, мне нужно знать очень и очень многое, раз собственные подданные докладывают о взятии моего же дворца и не узнают меня в лицо.

Старший лейтенант Брадич стыдливо опустил голову.

А Адриан произнёс:

— Доложите, кто Вами командует.

— Воевода Непчич, Ваше Величество, — отчеканил Брадич.

Но рядом с ним тут же возник ещё один офицер, но из гвардии Караджичей. Он встрял со словами:

— Ваше Величество! Майор Новак, второе специальное подразделение гвардии клана Караджич! — его слова звучали чисто, чётко, без запинки или лишней эмоции. — Позвольте доложить, что войска графа Караджича готовы сопроводить Вас к графу Слободану Караджичу прямо сейчас!

— Непчич и Караджич, — Адриан тяжело вздохнул. Повисла недолгая тишина, после которой он широким шагом двинулся вперёд. Вся его слабость будто исчезла. — Старший лейтенант Брадич, обеспечьте безопасность моим сыновьям и тем, кто находится в гробнице. Доложите воеводе, что я желаю немедленно встретиться с ним, — он скосил взгляд на меня и Софию. — Моя дочь и господин Добрынин отправятся с нами. Сейчас же.

— Ваше Величество, позвольте доложить, — заговорил Брадич. — Высока вероятность боевых действий в области расположения воеводы Непчича. Связь со штабом нестабильна, а последний контакт был прерван.

— Что вы сделали с моей страной⁈ — в голосе Адриана полыхнула злость. Он резко обернулся на Софию. Она не подняла на него глаз. Затем он уставился на меня, как ястреб. Я не отвернулся. — Может, ты мне расскажешь⁈

— Всенепременно, Ваше Величество, — спокойно кивнул я.

— То-то, — он снова развернулся и… покачнулся, затем завалился на бок. Оба офицера тут же подхватили его под руки, София подбежала. Но Адриан почти сразу воспрял, пряча своё глубокое истощение за поднятым подбородком и гордым видом. — Не нужно. Идём туда, где спокойнее. Соберите весь командный состав, который сможете и установите связь с Непчичем. Это приказ.

— Зажарили ублюдков заживо, — прокряхтел Непчич, выбираясь по тайному ходу, который вёл в подземный штаб. Затем прокашлялся и вытер мокрый лоб, размазывая остатки тёмной сажи.

Вслед за ним выбирались его офицеры, которые уцелели после нападения французских диверсантов и люди Караджичей. Сам граф Слободан покинул штаб по другому выходу.

Непчич бросил назад злой взгляд.

— Половину моих командиров положили, сукины дети, — он сплюнул. — Надеюсь после смерти вы будете жариться не хуже.

Этих диверсантов было четверо. Они действовали быстро, профессионально, но слишком напористо. Время поджимало, они хотели нанести максимальный урон, поэтому не заметили, как практически по нотам сыграли план, который против них приготовил Непчич.

Один пятиранговый был убит, когда они пробивались внутрь. Рукопашная бойня в коридорах обошлась ценой более двадцати бойцов гарнизона и ещё стольких же гвардейцев Караджичей.

Но одну жизнь они забрали.

Ещё двое наёмников погибли, когда их заковали в «Ледяные Оковы» в самом штабе и пустили газ. «Оковы» выдержали не больше двух минут, поэтому пришлось подрывать. Трое лучших ледяных одарённых клана Караджичей, что были тогда со своим графом, пожертвовали своими жизнями ради этого.

Но никто не подозревал, что кое-кто из наёмников выжил.

Жерар. Так его звали.

Наполовину итальянец, на четверть из франкоязычных швейцарцев, на четверть — француз.

С шестнадцати лет он знал, что такое бой. А с возрастом научился чувствовать, что нужно делать, чтобы выжить и выполнить поставленную задачу.

Вот только сейчас этого чутья оказалось недостаточно. Слишком безумная затея была изначально — без одарённого стихии земли соваться в укреплённый, как бункер, подземный штаб. Они едва нашли его, захватив пленного офицера на улицах и вытащив из него воспоминания посещённых мест.

А потом пошли вниз. На неизвестную территорию. Вчетвером. Не имея ни малейшего представления о возможностях противника, рассчитывая лишь на то, что сил четырёх пятиранговых хватит чтобы добраться до вражеских командующих и убить их.

Увы.

Их ждали.

Их поймали.

Жерар едва успел выбраться из «Ледяных Оков» и укрыться в коридоре, когда рвануло.

Больно. Неприятно.

Подрыв газа его дезориентировал. Да так, что он едва успел проглотить исцеляющий кристалл, который только и сделал, что позволил ему встать на ноги. Но до полного исцеления было ещё очень далеко.

После взрыва Жерар почти не слышал. Видел всего одним глазом. Его рука была сломана, а половина тела превратилась в один сплошной ожог.

Тем не менее, он успел выбраться, убив по пути ещё двоих хорватских солдат. А на улице успел скрыться, ввалившись в покинутую гражданскими кофейню.

Единственным видящим глазом он косился на выбирающегося Непчича и думал, что ему делать.

Убить воеводу он ещё мог… попытаться. Но это будет стоить жизни. Без гарантии, что всё получится.

С другой стороны, его приказ звучал как «ликвидировать Непчича и Караджича». На обоих сил точно не хватит. Вместо бессмысленной гибели можно вернуться к своим и доложить о случившемся, а, заодно, сохранить свою жизнь пятирангового одарённого. По всем расчётам, это было самое верное решение из возможных.

Тут же его передёрнуло.

Он что, испугался?

Нет. Просто понял, что его жизнь важнее, чем пятнадцать-двадцать процентов на успех в ликвидации Непчича. Тем более, что командир Сен-Симон не подчёркивал, чтобы задачу выполняли любой ценой. Значит, смысл в выживании был бОльший, чем в героической, но пустой смерти.

Перевернувшись на бок, Жерар вытащил из кармана металлическую пластинку. Сжал её в руке и подал туда энергию. Он накрыл её собой, чтобы ни один отблеск не сверкнул в стекле. Пусть с улицы его не должно быть видно, стекло было затемнённым, но рисковать было глупо.

Пластинка разогрелась, а затем отдала в тело Жерара ответный импульс. Его проняло. Бросило в дрожь. В теле забурлила энергия, рассасываясь по всем ранам и стимулируя ускоренную регенерацию. На всякий случай он отбросил ставшую бесполезной пластинку. Затем, стиснув зубы от боли, вытянул сломанную руку с помощью здоровой.

В пластине были эталонные структуры на исцеление. Так что даже кости должны были срастись правильно… Но лучше, если рука будет в правильном положении.

Через несколько секунд всё закончилось. Одежду можно было выжимать от пота. Но тело более-менее дееспособно. Вот только Даром воспользоваться не получится ещё дней шесть. Так что Жерару оставалось только покинуть кофейню и переждать бурю. Когда французские войска займут город, он воссоединится с командиром.

Тот наверняка уже применил «Предрассветный Туман» и отступил на окраины, чтобы в решающий момент помочь французской армии взять Загреб. Если, конечно, у кого-то хватит безумия оказать Латинской Федерации сопротивление…

Мы обустроились в казармах княжеской гвардии. Это было первое здание, которое было полностью очищено и проверено на наличие засад и ловушек со стороны французов.

Первым делом, вызвали целителя. Чтобы он помог князю Адриану восполнить силы и, как я подозревал, проверил его личность. Потому что сразу после проверки князя он проверил и Софию. К тому же, я заметил, как нас тайно просматривали сквозь окуляр распознавания иллюзий.

Адриан тоже это заметил. Но великодушно сделал вид, что это не так.

Потому что он понимал, что меры предосторожности оправданы.

После всего нам устроили связь с Непчичем.

Так мы, на троих, пересказали князю, что произошло с момента его исчезновения. Максимально сжато, но не упуская ничего важного.

Адриан внимательно слушал. Иногда задавал вопросы. Но больше всего — задумчиво молчал, смотря перед собой. Спокойно. Без лишних эмоций.