Владимир Пламенев – Дипломатия Кланов (страница 46)

Не здоров. Однозначно.

— Что с ним? — я посмотрел на целителя. — Заражение?

— Нет, господин, — он покачал головой. — Полагаю, что он проклят. Очень, очень серьёзно проклят… Тут не меньше третьего уровня. Но, полагаю — вся четвёрка. Если мы не выясним, что это за форма проклятья, то он может не пережить эту ночь.

«Потрясающе».

Если Анте умрёт здесь, то это ляжет кровавым клеймом на всё наше предприятие. София, Империя, Непчич, я. В глазах иллирийской знати мы станем теми, кто убил наследника престола, вместо того, чтобы провести с ним дебаты. На которые мы же его и пригласили.

Народ, который стал участником сегодняшнего безумия, возненавидит Софию. Потому что пострадали не только аристократы или их служители, но и обычные люди, вышедшие поддержать свою княжну.

Кнежевич получит идеальный повод, чтобы пойти в свой крестовый поход против нас. И народ больше не встанет у него на пути.

А София… Серебряков сказал мне, что её роль в глазах части российских элит — быть противовесом Анте. В случае, если он исчезнет, то от неё избавятся, чтобы расчистить путь Караджичам.

А Иллирия?

Отсутствие наследника. Отсутствие правителя. Кланы, которые хотят урвать себе побольше власти и ресурсов. Её разорвёт на части гражданская война, в которой не будет победителя.

Смерть Анте Зринского здесь — уничтожит всё.

Я её не допущу.

Глава 20

— Бесполезно! Не понимаю! — взмахнул руками целитель — Миколаш Зайиц, одаренный из малоизвестного словацкого рода, прикрепленный к гарнизону.

Он еще раз провел рукой над Анте, выпуская из ладони свечение, которым сканировал молодого Зринского. И добавил:

— Не соответствует ни одному из четырех типов. Это может быть только проклятие неизвестного мне вида. Но что с этим делать, я ума не приложу. Нужен специалист, конкретно по проклятиям. Я все же больше специализируюсь на боевых ранениях, а не проклятиях.

Я стоял и ждал его вердикта, никак не мешаясь.

Сам Анте только смотрел на нас изможденным взглядом из-под полуприкрытых век. Он не мог разговаривать. Я уже пытался узнать у него, как он получил это проклятие. Но он не смог ничего ответить.

Но Гришка, который и притащил его, всё объяснил. Во время их отхода к администрации на них напал вооружённый стрелок. Открыл пальбу прямо в толпе. Большая часть выстрелов прошла мимо. Но две попали: одна в Анте, другая в Гришку.

И дело было в пулях. Мы извлекли их. На каждой из пуль были вырезаны символы, напитанные магической энергией.

Что они значили? Неизвестно.

Но точно несли в себе энергию проклятий. Вот только странно: Анте умирал; а на Гришку они не подействовали, он отделался обычным пулевым ранением. Хотя попавшая в него пуля была точно такой же, как и та, которая угодила в бедро Анте.

Времени было всего несколько часов. За этот срок нужно было найти толкового специалиста по проклятиям в Загребе. И лучшие из них, конечно же, были в аристократических кланах.

Я поспешил встретиться с Софией. Она уже полностью пришла в себя.

— Виктор, — она встала с кресла, как только я зашел. — Это правда, что Анте вот-вот умрёт?

— Именно. Если мы ничего не сделаем. Поэтому мы с тобой должны найти специалиста по проклятиям. Причем быстро. Потому что, чтобы разобраться с его проблемой, потребуется время. И мне нужна твоя помощь, София.

Ее лицо вмиг стало серьезным. Она нахмурила брови и решительно мне кивнула.

— Да, конечно, я все расскажу, все, что нужно. Но я не специалист по проклятиям…

— Но ты можешь знать род, у которых есть специалисты.

Она задумалась, отведя взгляд в сторону.

А я в это время включил телефон. Зашел на сервер, где у меня хранилась моя база данных по иллирийской аристократии. Введя пароль, я быстро подключился к ней.

И плевать, даже если российское посольство все же смогло всунуть в мой телефон какую-нибудь шпионскую программу. Пусть видят: там нет ничего компрометирующего меня. Кроме того, эта база данных была общей, без каких-то грязных подробностей об Иллирийской знати.

Как оказалось, по проклятиям там тоже специалистов не было… Они просто не упоминались.

Впрочем, а что удивительного? Кланы хранили своих специалистов, не выкладывая в сеть практически никакой информации про них. Можно было отыскать только обрывки информации, либо что-то о Дарах конкретного клана.

И всё. А ведь для изучения проклятий нужен был не просто Дар, а Дар, который пригоден для этого. И я взглянул на Софию.

— София.

Тут её взгляд просветлел:

— Да! Я вспомнила! Есть род Цобор. Знаменитый в Загребе целительский род. Среди них точно должен быть хотя бы один, а то и несколько специалистов по проклятиям.

— София, — повтором я перебил ее размышления.

— Что?

— Призови Фью.

Она нахмурилась.

— А причем здесь Фью?

Я поднял руку, на которой была нанесена печать кровавой цепи.

— Печати чаще всего служат переносчиками энергии, в том числе — проклятой. Почти как в нашем случае. Фью наложила нашу печать тем же способом, которым наложили проклятие на пули, предназначавшиеся для Анте, — я постучал пальцем по печати на руке. — Призови ее.

София нахмурилась.

— Сначала нужно оповестить начальника охраны администрации. Иначе артефакт восприятия энергии, установленный здесь, среагирует.

Ага, вот только на того водяного одарённого, который чуть не убил меня, он не среагировал. А ведь он точно был здесь. Потому что один в один повторил внешность гарнизонного офицера, который не показывался на людях.

— Я займусь этим, — сказал я. — А как вернусь — пообщаемся с этими Цобор. Пока вспомни о них что-нибудь ещё.

Мне как раз нужно было задать начальнику охраны администрации парочку вопросов. Я быстрым шагом дошел до кабинета, в котором он заседал.

Он, разумеется, тоже был из людей Непчича, из гарнизона.

Я постучал, услышал что-то нечленораздельное и вошёл в кабинет.

— Чего ещё? — послышался раздражённый голос. Он поднял глаза, под которыми красовались два синяка от недосыпа, и удивился. — Это ты тот, который с княжной?

— Я, — кивнул. — У меня есть один очень важный вопрос и предупреждение. Начну с предупреждения. Как только я вернусь, княжна София вызовет свою сущность договора. Вспышка произойдет в нашем помещении. Имейте это в виду и тревогу поднимать не надо.

Он нахмурился, но согласился.

— Хорошо. Однако я сам увижу это, во избежание недопониманий, — он хрустнул шеей. — Тем более, пора пройтись, осмотреть всё.

— А теперь вопрос. Как получилось, что прямо в наши ряды протиснулся полноценный одаренный, который был в нескольких шагах от того, чтобы забрать жизнь княжны Софии? А еще он оставил вот это, — я коснулся царапины на своей шее, оставленной водяным клинком. Она была залеплена пластырем.

— Так, не понял, — он нахмурился еще больше. — С какой стати гражданский спрашивает с меня за что-то?

— С такой, что я отвечаю за безопасность Софии. И вы опосредованно тоже отвечаете за нее перед своим командиром. Я хочу знать, как это случилось. Если, конечно, вам есть что сказать, и вы хоть что-то контролируете.

— Думаешь, раз ты приближён к княжеской особе, значит можешь свои законы устанавливать? — с намёком на угрозу спросил он и встал из-за стола. А затем медленно, смотря мне в глаза, подошёл вплотную. Лицом к лицу. — В армии — свои законы. Тут тебе не говорильня. Тут — порядок и дисциплина. Вся информация — только по официальному запросу, через командование. Усёк?

Так. Провокация или глупость?

Скорее — второе. Сейчас Непчич не стал бы ставить мне палки в колёса.

Значит, начну по-хорошему.

— В следующий раз, если с Софией все-таки что-то случится, отвечать будете Вы. Потому что её безопасность, пока она в администрации и возле неё — это Ваша ответственность ничуть не в меньшей мере, чем моя. И знаете, чем Вам это обойдётся?

— Ну-ка, удиви меня? — с вызовом спросил он.