Владимир Пламенев – Дипломатия Кланов (страница 45)
Вскоре мы добрались до администрации. Оттуда, в сторону сцены, выбежало несколько десятков солдат, в качестве подкрепления. Как только мы вошли внутрь, двери за нами захлопнулись. А навстречу вышел Непчич.
— КТО⁈ КНЕЖЕВИЧ⁈ ЭТОТ ВЫРОДОК⁈ — крик Непчича был полон ярости. Он подошёл ко мне, протянув руки, чтобы взять Софию, но я плавно обошёл его и двинулся к ближайшему дивану.
— Нет, — бросил я через плечо. — «Выродок» ничего сделать не успел. Медика, живо! — сказал я. Не кому-то конкретному, а всем сразу.
Положил Софию на диван. А через полминуты до нас добрались военные медики из людей Непчича. И сразу подбежали к Софии, которую я уложил на диван в прихожей администрации.
— Я в порядке, — повторила София, когда её принялись досматривать.
— Молчи и слушай медика, — строго сказал я ей. Она ничего не ответила. Задержала на мне измождённый взгляд, а потом смиренно кивнула. А я начал искать глазами Анте с Гришкой… чтоб их!
Я рванул обратно на улицу, заставил дежурного у дверей открыть их. Но нашёл Анте с Гришкой прямо у порога. Гришка, раненый в руку, пёр вперёд. Позади — двое солдат, которые поддерживали Анте под плечи. Тот тоже умудрился получить ранение в бедро и истекал кровью.
Этих двоих медики приняли сразу. Потом подключился одарённый целитель и с помощью своей силы, за пару энергетических воздействий, задержал кровотечение Анте.
Так, пиковые риски были пройдены. Я перевёл дух и отошёл к Непчичу, чтобы поговорить.
— Это были заговорщики, — произнёс я.
— КТО ИЗ⁈ ИХ ПОЛНЫЙ ГОРОД! Куда не плюну, везде крысиная возня, — прорычал он с презрением.
Непчич выглядел буйным. Впервые я видел его настолько эмоциональным. Даже в посольстве он был не так резок. Видимо, вид Софии, которая попала под удар, взбесил его.
— Те же, кто стоит за исчезновением Адриана. Потому что гул, использованный ими — точно такой же, как и у усыпальницы. Разве что слабее, — ровно пояснил я.
Нечич ходил из стороны в сторону и пыхтел, с красным от гнева лицом. Затем бросил взгляд на Анте. Тот уже более-менее пришёл в себя и смотрел на всех со смесью холодного презрения и злобы. Особенно, когда прикасались к его ране.
— Хоть этого взяли, — невесело хмыкнул Непчич. — Кнежевич остался без своего козыря.
— Остался, — кивнул я. — Но его в любом случае придётся отпустить.
— С какой стати⁈ — он посмотрел на меня волком. — Пока он у нас, Кнежевич не дёрнется. А дёрнется — дадим ему бой, — с железной решительностью сказал воевода.
— Нет лучшего способа объединить против себя всю Иллирию, — спокойно сказал я. — В то же время, мы можем закинуть парню в голову верные мысли. Которые затем сыграют нам на руку.
Непчич только фыркнул и выхватил свою рацию, чтобы связаться с людьми, оставшимися на сцене. Я держался рядом и тоже прислушался, чтобы узнать, что произошло после нашего отхода.
Бой закончился быстро.
Нападавшие отступили сразу, как только мы покинули сцену. Они сами оказались не готовы к сопротивлению, которое им оказали наши люди.
Не считая водяного мага, из них были убиты ещё двое. Последние двое сбежали. Живым не взяли никого. Ещё бы: тот, кто идёт на такое безумие, должен позаботиться о том, чтобы не попасть в плен. Потому что наказание за такое преступление будет хуже любой смерти.
Но даже захваченные тела — это уже полезно. Потому что с их помощью тоже можно узнать много всего интересного.
Чуть позже, когда всё улеглось, мы составили полную картину произошедшего.
Всё было просто. Эти заговорщики решили избавиться от последних Зринских одним махом. Вот только операция была проведена паршиво. Оно и понятно — торопились.
Тем не менее было потеряно восемь наших. В первую очередь из-за этого чёртова гула. Он был слабее, чем в прошлый раз, у усыпальницы Зринских. Но тем не менее, чуть не стоил нам всего.
Но подготовка предпринятая мной и Непчичем, позволила одержать победу.
И дело было не только в артефактах психологической устойчивости или стимуляторах. Они помогли. Но не сыграли ключевую роль.
Сам гул оказался гораздо тише, чем при усыпальнице. Как это работало, я пока не знал. Не было информации. Главный факт был в том, вот эту операцию планировали наспех и осуществили в разы хуже, чем у усыпальницы.
Пострадали и обычные люди, но среди них обошлось без смертей. Только раненые, примерно два десятка, разной степени тяжести. Всех доставили в полевой госпиталь, развернутый прямо на площади.
Остальные горожане в спешке покинули площадь. Кроме нескольких сотен добровольцев, оставшихся чтобы помочь военным в организации госпиталя и ликвидации последствий.
А вот потом начались проблемы. Потому что «гвардейцы Зринских» подошли к дверям администрации.
— Верните нам господина Анте! — они попытались бы ворваться в администрацию, но напоролись на преграду в виде вооружённых солдат гарнизона. Те уже приготовили автоматы.
— Он ранен и в ближайшее время не будет способен никуда идти, — заявил я, выйдя вперёд перед солдатами.
— Вы нарушаете договорённость, — вышел вперёд капитан «гвардейцев». — Условия участия были в том, что никто не будет препятствовать возвращению господина Анте во дворец.
— Мы окажем ему помощь, а затем вернём Вам. Рана серьёзная. Он едва не истёк кровью.
— Пропустите, господин. Я настаиваю, — гвардеец сверкнул глазами.
Но тут из-за моей спины вышел Непчич. Он сделал почти незаметный жест рукой и «гвардейцы Зринских» оказались под прицелами солдат гарнизона. В том числе из окон администрации и из-за колонн здания.
— Сложите оружие, — стальным голосом произнёс Непчич. — До выяснения обстоятельств нападения, вы будете задержаны.
— Лжецы и нарушители слова, — ядовито произнёс командир «гвардейцев».
Но тут между ними встал я, со словами:
— Не накаляйте, господа. Сначала мы окажем помощь Анте, затем вернём его в Ваше распоряжение. А до тех пор, либо покиньте территорию площади, либо сложите оружие. Затем Вы либо заберёте его сами, либо мы передадим его.
— Я не позволю подразделениям противника разгуливать по Загребу, — произнёс Непчич.
— Пока что они нам не противник, — спокойно ответил я. — Вы человек чести, господин Непчич. И сейчас честь обязывает строго соблюдать договорённости. Правда, они не включали такой случай, как наш. Поэтому я предлагаю либо разоружить их, с возможностью ожидания Анте, либо отпустить прочь, под присмотром.
— Они могли стоять за нападением, — поспорил Непчич.
— Клевета. Бесчестная и низкая, — процедил капитан.
— Нет. Не они. Средств таких у них не было, к тому же, тогда они бы похитили княжну, — пояснил я. — Шанс у них был. Но на них гул воздействовал ничуть не хуже, чем на всех остальных. Это очевидно, разве нет?
Непчич смерил меня неодобрительным взором. Но мне-то что? Я спокойно выдержал зрительную дуэль. Тогда он привёл свои аргументы:
— Ты собираешься отпустить потенциального врага. Они будут стрелять в тебя, когда начнётся бой.
— До боя не дойдёт. Особенно, если мы соблюдём все договорённости. Как минимум — их дух. Так что будьте любезны, господин Непчич, позаботьтесь о репутации княжны Софии и не подставляйте её под критику других кланов и зарубежных правительств. Потому что такое зверское прерывание дебатов — уже пятно на репутации Иллирии. Что говорить о том, чтобы задержать охрану одного из участников? Как это воспримется?
Непчич продолжил играл в «гляделки». Но примерно через треть минуты бросил на «гвардейцев» Зринских пренебрежительный взгляд, и сказал:
— Если они не сложат оружие или не уберутся через пятнадцать минут, то они будут разоружены и задержаны силовым методом, — после чего двинулся в администрацию.
А я посмотрел на капитана.
— Итак, что выбираете?
Выбрали они разоружение. Договорились, что на лечение Анте выделим сутки. Рана, конечно, была глубокая. Но вылечить её должно было быть несложно, особенно с учётом наличия целителей.
После чего, по прошествию суток, Анте вместе с этой «гвардией» отправится обратно к Кнежевичу. Конечно, отдавать ему — это выглядит настоящим безумием. На первый взгляд.
Но с другой стороны, удерживать Анте — ещё хуже. Потому что это напрочь уничтожило бы репутацию нашей стороны. В глаза иллирийской знати мы бы из сторонников истины о судьбе князя стали узурпаторами власти.
Нет. Здесь надо было играть тоньше. И в долгую.
Вот только всё пошло совсем не по плану. Когда я вернулся в администрацию, меня тут же перехватил целитель гарнизона.
— Господин, могу я задать Вам несколько вопросов об обстоятельствах спасения господина Анте?
— Да. А что случилось?
— Лучше Вам будет увидеть.
Я пошёл вслед за целителем, в медпункт.
Анте лежал там, на кровати. Рана на его бедре уже не кровоточила. Была перетянута повязкой и обработана как следует. Но проблема была в другом.
Он выглядел максимально нездоровым. Вены вздулись и потемнели. Сам он тяжело и громко дышал, смотря в потолок. Только когда дверь захлопнулась, шум привлёк его внимание и он уставился на меня красными, налитыми кровью глазами.