Владимир Пикалов – Первое путешествие (страница 17)

Вирия на руках у Бавлия посмотрела на меня, лежащего у ворот.

– Хемирин! – только смогла выкрикнуть она.

За мной вернулись тут же. Мы бежали без продыху по мощеной дороге на север по каменистому плато под дождём стрел, враги бежали за нами. С неба из облаков пикировал маленький кораблик, разливая по дороге чёрную жидкость, с корабля полетела зажжённая стрела и жидкость вспыхнула. Нелмеры завопили и отступили, кораблик нагнал их и сбросил в центр этой кучи бочку, в которую тоже полетела стрела; раздался взрыв. Кораблик нагнал нас и резко развернулся к нам бортом, опускаясь на землю.

– Скорее, капитан! – Крикнул гном с корабля. – Опустите им трап! Скорее, парни! – Отряд вбежал на судно и тут же трап был убран. – Подкачайте горячего воздуха в шар, взлетаем! Повернуть руль, движемся на «Живчик»! И пошевеливайтесь!

Я лежал на руках Свирда уже почти без сознания. Я почувствовал ветер, впервые за долгое странствие в горах и увидел солнечный свет. Уже высоко в облаках нас переместили на большое судно под весёлым названием «Живчик». Кораблик летел, Элькенбо взошёл на шканцы и встал у штурвала, надев шляпу с ярким красным пером.

– Кэп у руля! – Крикнул старпом. – Куда держим курс, капитан?

– Курс на Номез, летим быстро, поднять паруса по бортам! Проводи Хранителей в каюту. Накормить, напоить. Принесите ворона и бумагу, нужно написать послание королю, чтобы нас встретили. И найди этих магов. Где они, чёрт возьми? Срочно. Выполняйте. Вот же только вместе все взошли на корабль. – Элькенбо махнул рукой. Старпом поклонился и пошёл. – Стой! Налей мне чаю, очень пить хочется. Силив, помоги Хемирину.

– Я? Как? – парень удивлённо взглянул на капитана.

– Произнеси заклинание, свари зелье, в крайнем случае подержи за руку, поплакай с ним вместе если ничего оригинального не придумаешь. Энрун! Энлид! Куда же они делись?

Судно тяжело летело по воздуху, качаясь, на холодном западном ветру. Меня и Вирию положили на верхней палубе, тщательно закрепив от неожиданного покачивания судна. Вся команда корабля не суетилась и каждый спокойно выполнял свои обязанности, как будто ничего сверхъестественного не произошло.

Я даже представить себе не мог, что Элькенбо – капитан, да ещё такого роскошного судна как «Живчик». Очевидно, что он был близким другом короля или хотя бы дальним родственником. Гномы расселили всех по каютам. Капитан написал что-то на листе бумаги, свернул его и прикрепил к лапе ворона. Тот вспорхнул и растворился маленькой чёрной точкой в белых и пушистых облаках. Элькенбо облокотился о фальшборт и насупил брови, нервно стуча пальцами смотрел вдаль. Запыхавшись, прибежали заклинатели.

– По вашему приказанию прибыли. – Гномы выпрямились и приложили руки к крылатым шлемам, украшенными позолотой.

– Вольно. Помогите раненым. К ночи мы прибудем в Номез. Пришлось воспользоваться мощью артефакта Зокрада. Я считаю, что Хемирин не выдержит столь длительного путешествия. Я полагаю, вы знаете заклинания, которые ему помогут. – Элькенбо заложил руки за спину, и выдержав короткую паузу добавил – Действуйте. Что стоите?

Заклинатели поколдовали и мне немного полегчало. Боль полностью не утихла, но я хотя бы мог немного шевелиться, а то вообще спасу не было, ни вдохнуть, ни головой повертеть. Только шевельнись, всё как заноет. Силив тоже внёс свою лепту в поддержку моему плачевному состоянию – как и просил Элькенбо подержал меня за руку.

– Я могу с помощью заклинания утихомирить боль и усыпить тебя на время. – Я кивнул в знак согласия. Силив достал посох, закрыл глаза и направил руку в мою сторону. Боль неожиданно утихла, и я уснул. Больше из этого полёта я ничего не видел.

Шестая глава

Передышка

Команда засуетилась поздно ночью, корабль пошел на снижение. Энергии таинственного артефакта, что нес тяжеленный корабль быстрее ветра хватило точно до горы. Я увидел одинокую светящуюся непреступную вершину между бескрайним океаном тёмно-зелёного леса и лазурно-голубой воды на общем фоне тёмного неба с звёздочками, похожими на крохотные рассыпанные алмазы на темно-синей скатерти. Высоко над землёй в порту, в котором находились исключительно корабли с огромными шарами вместо парусов, нас уже встречали король, стража, лекари и какая-то девушка, одетая в зелёное и золотое. Всюду висели знамёна – чёрный ворон, сидящий на куче золота на зелёном фоне. На портовой площади столпилось много народу. Они практически полностью облепили корабль, мешая проходу.

– Разойдись! – закричала Девушка в Зелёном и Золотом нежным, звонким голосом, но её никто не услышал. Тогда она подожгла какой-то предмет и в небо взмыл яркий столб света, который превратился в летящего дракона и разогнал любопытных зевак. – Вперёд! Быстрее!

Нас несли в королевский замок через узкие улочки города. Король в роскошной меховой мантии шёл впереди вместе с Элькенбо и Хранителями. В его бороду были вплетены зелёные ленты, в корону вставлен изумруд, да и к тому же глаза у него имели зелёный цвет, удивительно, как сильно он любил зеленый. Поэтому его и звали Зеленобород, а имя коим его нарекли родители, не знал никто. Следом шли, но, вернее сказать, лежали, мы с Вирией. Рядом с нами шла Девушка в Зелёном и Золотом. Позади шли лекари и Заклинатели гор. По флангам колонны маршировала стража, лейб-гвардия короля, стражи Дора, закованные с ног до головы в пластические доспехи. В руках они держали копья, на древках которых ближе к наконечникам развивались зелёные ленты, за спиной секиры с односторонней заточкой и двенадцатиугольные щиты. Бороды были разделены на две косички и заткнуты за пояс, на котором висел у каждого воина односторонней заточки небольшой меч.

Нас положили в отдельном зале замка, специально приготовленном для нас. Этот зал имел множество отдушин и вентиляций, его часто проветривали. От двух раненых, а точнее от Вирии не отходил Бавлий. Всё время с нами находилась Девушка в Зелёном и Золотом.

На следующий день с тайной экспедиции прибыл Верховный заклинатель Номеза Зокрад. Не знаю, как он пересёк пол мира за день и так быстро узнал о нашем появлении. По словам Элькенбо, Зокрад живёт на Валане не одно столетие, ему уже не меньше шестисот лет. Говорят, что Зокраду подвластны горы и расстояние для него не имеет значение. В наше время совсем мало осталось могущественных чародеев, способных на такие поразительные вещи, или может быть он не чародей вовсе.

По приезду он немедленно явился к нам со свитой заклинателей, грозно крича и ругая их:

– Как вы могли допустить такое? Вы, адепты Гор! Последователи Тилар! Мне пришлось бросить все дела и лететь сюда – в Номез. Разве мало вы знаете? Столько лет обучения, и всё в пустую! Клоуны, чучелы, мутанты! – Дверь отворилась и в зал вошёл магистр Гор Зокрад. Вся толпа остановилась и глаза чародея наполнились ужасом и гневом, хотя, когда он злился, его широкое лицо становилось бордового цвета и выглядел он ужасающим, оскаливая зубы и раздувая ноздри. – Не может быть! Хранители при смерти, а вы даже не удосужились немного подсуетиться и предпринять какие-нибудь меры. Мне уже доложили про подвиг Энруда и Энлида. Вот, на кого вам, идиотам, нужно ровняться. Всё, нужно зачистить ряды Заклинателей. Ишь ты, расповадились! Позовите стражу! – Двое заклинателей вышли в коридор и вернулись с восемью крепкими ребятами. – Берите носилки и вперёд за мной в Цитадель Мудрости, быстрее, быстрее, у нас мало времени. Так, значит, мна-мна-мна, так-так, идем, быстрее. – Бормотал он про себя.

Нас Вирией несли по нескончаемым ступенькам, проходам, коридорам то вверх, то вниз, то прямо, то наискосок. Не прошло и часа как нас доставили к Цитадели. Когда мы вышли из-за очередной арки, перед нами открылась картина: пустой разлом в горе уходил далеко ввысь и опускался глубоко вниз, откуда исходило холодное светло-синее свечение. Оба склона были почти отвесными, только две арки, соединённые узким мостом в два с половиной метра шириной, нарушали композицию. На противоположной стороне стояли стражники в изысканных доспехах серебряно-голубого цвета с плотно закрытыми забралами лицами. Увидев Зокрада, они скомандовали отворить врата, из которых тут же просочился свет. Цитадель Мудрости находилась на северной стороне Номеза, отделённая от горы только лишь разломом, проходящим внутри и непонятно откуда взявшимся.

Нас положили под открытым небом на крыше Цитадели на каменные алтари. Солнце тихо-тихо уходило за море, уступая место луне. Крики чаек раздавались где-то далеко. Шум прибоя, звук, как вода ударяется о камень, шепот леса с другой стороны, перелив красок теплых тонов, постепенно сменяющийся на холодные успокаивали и даже боль сама собой утихала. Она уходила, казалось, безвозвратно.

Когда взошла Луна… Кстати, откуда в том мире луна? Ведь это не планета Земля и не ее точная копия, так как здесь появилась луна?

Ответ на этот вопрос можно найти в старинных сказаниях гномов. Согласно преданиям, народ гномов не был создан ни Агиором Доргором, ни Тиларами, так кто же тогда дал им жизнь? После того как Тилары подготовили Валан к приходу жизни, а Агиор вдохнул душу в каждое свое творение, пролил жизнь дождем на Валан и случайно жизнь пролилась и на гору Иур, гора ожила. Агиору это не понравилось, и он ударил что есть мочи по горе, она рассыпалась на камни. Камни стали кататься, двигаться. Не понравилось Богу. Тогда приказал он кузнецу своему Соводору, кто зажигает звезды на небе, молотом уничтожить камни эти и поглотить их жизненную силу. Кузнец повиновался, собрал камни воедино и только занес он могучий молот небесной кузницы, как увидел, что камни задрожали, испугались. Пожалел их Соводор, забрал в свою кузницу, стал выпиливать, вытачивать, делать создания похожие на людей, каких создал Агиор. Про это прознал Агиор, разгневался, призвал к себе кузнеца. Увидев народ этот, еще пуще разгневался он и ударил по всем детям Соводора, они уменьшились в росте, стали шире, тверже, прижались к своему создателю. Агиор остановился, не стал их убивать, он отнял у Соводора силу и заточил его дух в камень, а камень этот отправил вращаться вокруг Валана. Народ же коренастый отправил на этот камень. И сказал, что покуда этот камень не станет шаром и не засияет, не выпустит он Соводора из этой темницы. Многие столетия коренастые люди трудились в поте лица, стучали кирками, работали молотками, всё стучали и стучали. Вскоре они обросли длинными бородами, в руках появилась огромная сила от тяжелой работы. И вот наконец получился у них шар, который сиял белым светом, очень ярко, подобно солнцу, созданному Агиором. Увидел он творение их, усомнился, хорошо ли они поработали. Схватил он горсть камней и кинул в шар, шар покрылся расселинами, неровностями, но остался также сиять. Сдержал Агиор слово свое и выпустил Соводора из темницы его, а народ коренастый – гномов – расселил по Валану и вдохнул в них жизнь и душу. С тех пор в напоминание о подвиге гномов днем Валан освещает солнце, а ночью луна, как символ мастерства и преданности.