Владимир Пекальчук – Циклы фэнтеги. Компиляция. Романы 1-10 (страница 421)
– Пока ничего. Я перехватила отступающую армию и при помощи генерала получила над ней контроль. Так что теперь у меня сорок тысяч солдат: все, что смогла собрать. Остальные просто разбежались.
– Да уж, трудновато тебе будет прогнать орков таким войском, – заметил Зерван.
Каттэйла в ответ только расхохоталась:
– Я и не собиралась этого делать. Знайте же, что даже если бы Саргон победил в этой битве, Эренгард остался бы нетронут. Двадцатитысячная орда сейчас находится в дне пути отсюда, так что гибель Саргона от руки орка была предрешена. Даже разбей он вас, зеленокожие не дали бы ему дожить до вечера.
Когда орки разбили Кэрвунд, они поняли, что я оправдала их доверие. Дальше я вступила с ними в переговоры через людей Вирро Ремзина как наследница Леандро Четвертого. О том, что мой отец пытался прекратить войну и воровство орочьих детей, они знали. Так что достигнуть соглашения было нетрудно: единственный способ для орков закончить эту бесконечную войну раз и навсегда заключается в том, чтобы посадить на трон кого-то, кто никогда не будет совершать набеги на них. Орки сейчас по всей стране вырезают подчистую всех мужчин из дворянских семей, у которых есть хотя бы один раб-орк. Списком снабдила их я. И очень скоро в Телмаре не останется ни единого сторонника Саргона. Все те, при чьей поддержке узурпатор убил моего отца и пытался убить меня, либо умрут, либо сбегут. Потому никакого сопротивления я не встречу. Те, которые всегда поддерживали моего отца и кого я защитила от резни, включив в списки неприкасаемых, будут счастливы приветствовать мое восхождение на трон.
– Теперь я догадываюсь, откуда вы узнали особенный рецепт королевской кухни, – сказала Леннара, – и понятно, почему младший Ремзин кланялся вам так же, как нам.
– Верно. В одиннадцать лет я была у вас в гостях во время визита моего отца к вашему, но вам тогда было всего восемь, и вы меня не помните. И добиваться от людей своего я умела сызмальства. Королевский повар просто не смог сказать мне «нет», когда я пробралась на кухню узнать его рецепт. А Вирро Ремзин всегда был сторонником моего отца и имел право беспошлинной торговли, отобранное Саргоном. В его лице я нашла верного помощника и соратника.
– И что дальше, когда орки свершат свою месть и уйдут? – поинтересовался Зерван.
– Присвою богатства низложенной знати, это поможет мне восстанавливать страну. Освободившиеся титулы раздам верным людям и эльфам, которых выгнал Саргон, в качестве компенсации. Я убедилась, при Ларне и сегодня, что длинноухих лучше иметь в качестве друзей, а не врагов. Если удастся, может быть, даже отдам один город оркам – как знак дружбы и благодарности. Взамен получу их поддержку, и этого хватит, чтобы на протяжении моей жизни никто не посягал на Телмар: после этого вторжения орков будет бояться весь мир. Кроме того, разношерстная знать – почти что гарантия против заговоров.
– Да уж, ты все продумала, – кивнул вампир.
– Верно. Вот, возьми это. – Каттэйла сняла с пальца перстень и протянула Зервану. – С ним на всей территории Телмара ты будешь неприкасаемым. Так что ближайшие лет триста можешь жить в Телмаре открыто, не опасаясь ни костра, ни плахи.
– А как ты объяснишь это…
– Да никак, – хихикнула девушка, – я вернула себе трон мечами рыцарей Къелда и орочьими топорами, а все мои враги либо вскоре умрут, либо сбегут. Мое слово в Телмаре будет законом, не требующим объяснения, пока я буду править им.
– А при чем тут триста лет? – насторожился Тааркэйд.
– Я наполовину эльфийка, – объяснила Каттэйла, – так что надеюсь пожить долго и стараюсь сделать так, чтобы моя жизнь была спокойной. А вы что делать собрались? Пора бы вам в столицу с победой возвращаться.
– Вернемся, но позже. Когда раненые будут вне опасности и остатки войск будут способны совершить марш победы. Триумфальное возвращение заслужили не только мы – каждый заслужил. А пока у нас дел полно. Надо составить список погибших да подумать, где взять денег, чтобы обеспечить их семьи. И еще – список всех выживших.
– Для чего?
– Установим памятник в центре Эрнхолдкипа. С перечислением всех, кто погиб, и всех, кто пережил эту битву, поименно, – ответила Леннара. – Мы понимаем, это глупая сентиментальность, но появится бездна так называемых ветеранов, якобы укладывавших телмарцев штабелями… Это недопустимо. Мы не позволим трусам и самозванцам присвоить себе подвиг героев. А вы, сэр Зерван, что делать будете?
– Вернусь в клан. Вряд ли кто-то теперь посмеет встать на моем пути. Я получил от… от одного друга снадобье, способное пробудить Таэль досрочно.
– Это же великолепно! – воскликнула Леннара.
– Я тоже счастлив. Правда, не пляшу от счастья: слишком устал.
Каттэйла внезапно перестала улыбаться вместе со всеми:
– А как же Сейинхе? Тебе придется делать нелегкий выбор.
– Нелегкий выбор – это когда я должен был выбирать, кто будет жить, а кто умрет. Но я и тогда выкрутился. А теперь и подавно не собираюсь выбирать. Если ты не знала, у эльфов двоеженство хоть и редкий случай, но невозбранный.
– Я рада за тебя, Зерван. Ты заслуживаешь счастья больше, чем любой из нас. Что ж, если судьба занесет тебя когда-нибудь в Телмар – загляни в гости.
Королева Каттэйла поднялась и направилась к выходу. У порога повернулась к монархам:
– Как разберусь со своими проблемами – пришлю официальных послов. А пока до свидания. Мне очень повезло, что все случилось так, как случилось… Всем нам повезло.
Она послала Зервану воздушный поцелуй и покинула шатер.
– Вот и мне пора, – вздохнул вампир и повернулся к Кире ан Кранмер. – Одно осталось незаконченное дело. Если ты не передумала.
Та покачала головой:
– Считай, что все это было в прошлой жизни. После всего, что произошло сегодня, былое кажется ничего не значащим. Даже клятва. Убей я тебя раньше – страшно думать, что бы случилось тут. Ступай с миром.
Зерван едва заметно улыбнулся:
– Быть по сему. Прощайте.
Он поклонился монархам и вышел наружу. Сейинхе наверняка уже собрала нехитрые пожитки, дальний путь ждет.
– Интересно, еще увидим его когда-нибудь? – ни к кому конкретно не обращаясь, сказал король Тааркэйд.
– Не думаю, – покачала головой Леннара.
Ее слова оказались пророческими: ни она, ни ее муж больше никогда не встретились с Зерваном да Ксанкаром.
Правда, десять лет спустя посол, вернувшийся из далекой северной страны, рассказал, что у тамошнего правителя есть очень загадочный советник, живущий в уединении вместе с двумя женами – солнечной и лунной эльфийками. Но действительно ли это был да Ксанкар, Леннара так и не узнала.
Так бывает, что один и тот же путь в противоположные стороны имеет разную длину. Бесконечная стезя, уводившая мертвеца в никуда, оказалась такой короткой, когда он возвращался по дороге в один конец.
Откуда взялись силы, изгой не знал. Ноги сами отмеряли шаг за шагом, лес эльфов расступался перед ним, вода ручьев и речушек залечивала раны лучше любого зелья. Ветер все время дул только в спину, и он не бежал – летел, лишь раз в два-три дня опускаясь на мягкий травяной ковер, чтобы ненадолго уснуть.
Голова короля Телмара, надетая на древко флага вместе с короной, воняла, но это уже было неважно. Все уже было неважно, ибо было позади.
Мучила лишь одна мысль: он отказывается от своего места в рядах величайших героев легенд, ибо его славный подвиг будет уже не его подвигом. На другой чаше весов – бренная жизнь с новым именем и без славы. Но с Меварой. А за ее счастье он отдаст всю мыслимую и немыслимую славу. В конце концов, перед ним будет новая жизнь, и возможность прославиться он найдет еще не раз.
Вдалеке послышался вой: это призрачный степной волк, вновь спустившись в смертный мир, приветствовал своего ученика в родном краю.
На Хребет Мира Арситар забрался, даже не заметив. И вот перед ним ущелье, а за ним – река, поселок на ее берегу и шатер в том поселке. Путь туда вкруговую займет весь остаток ночи, но даже через такую даль взор орка различил гирлянды черных цветов на некогда своем шатре: Мевара все еще в трауре, хотя с тех пор прошел уже месяц. Она ждет. Она верит в невозможное! Хотя чему удивляться? Мевара ждала бы его вечно. И скоро ожидание закончится.
Последние версты показались самыми длинными. Вот вдалеке ворота, которые со скрипом закрылись за ним, проводив в последний путь. Вскоре рассветет, и они откроются, и через них выйдут те, кого Арситар не чаял больше увидеть. Выйдут, чтобы привести новорожденного в его дом.
Он воткнул в песок телмарский флаг с головой короля на острие, опустился на одно колено и принялся ждать. Он все еще мертв, а мертвому не позволено стучать в ворота живых. Но это уже ненадолго.
Ему вспомнился укутанный тенью и его слова. Прав он был. Ночь темнее всего перед рассветом, главная трудность – дожить до него. И он дожил.
Где-то далеко-далеко за горизонтом великий Граггвандир похрустел шейными позвонками, размял мышцы и ухватился за упряжь, чтобы вновь, как тысячи лет до этого, тащить по небу сияющую ладью бога Света. Первые косые лучи упали на степь, окрасив ее в алый цвет.
Начинался новый день.
Константин Костинов
Моя не понимать
Пролог
Как известно, в нашем мире нет магии.
Димке Федорову проблемы существования волшебства никогда не были близки. Он был человеком практичным и на глупости не отвлекался. Глупостями же он считал все, не нужное ему в обычной жизни: магию, фантастику, нанотехнологии, проблемы глобального потепления, катынских поляков, высшее образование, покорение столицы, престижную работу, автомобиль, мобильник…