Владимир Пекальчук – Трюкачи (страница 67)

- Да вы охренели все?! Вы вообще понимаете, что я сейчас взорву самолет ко всем чертям?!!

- Не смешно, - зевнул тот самый пожилой японец.

В этот момент включилась система оповещения.

- Уважаемые пассажиры, не обращайте внимания на клоуна, - сказал капитан самолета. – Клянусь богом, я позабочусь, чтобы этого фокусника больше никогда не пустили в самолет нашей компании.

Впервые в своей карьере Сон Пак Чон, старый опытный шпион, полностью растерялся, но лишь на несколько секунд, дальше выучка взяла свое.

Он вынул из нагрудного кармана карандаш – обычный карандаш, не привлекающий никакого внимания, но отточенный до предельной остроты – и воткнул его в плечо ближайшего пассажира.

По салону прокатился крик боли и страха.

- Ну что, теперь вы поняли, что я не клоун?! Это угон, и в моем чемоданчике – взрывчатка!

- А по-моему, ты самый натуральный клоун, - раздалось за спиной.

Тирр проснулся от какого-то крика.

- А? Что? – спросонку спросил он у соседа.

- Да опять этот фокусник, что пугал всех зажигалкой-гранатой, - лениво зевнул тот.

У мага глаза полезли на лоб:

- Не понял?!!

- А вы не знали? Местная «знаменитость», фокусник из Вегаса. Меня знакомые предупреждали, что он часто летает этим рейсом и страдает фигней.

В этот момент заговорил командир экипажа, и на словах про клоуна Тирр встрепенулся: речь, кажется, о нем. И за это кто-то ответит.

Он отстегнул ремень, встал и вышел из салона бизнес-класса в эконом-класс как раз вовремя, чтобы увидеть, как странный пассажир вонзает карандаш в руку другого пассажира. Ведь и правда угон, и что самое плохое – что сам Тирр в роли угоняемого, а не угонщика.

- Ну что, теперь вы поняли, что я не клоун?! Это угон, и в моем чемоданчике – взрывчатка!

- А по-моему, ты самый натуральный клоун, - спокойно сказал Тирр, стоя позади террориста, - да к тому же и дилетант. Ну кто так угоняет самолеты?

Угонщик рывком развернулся. Лет сорок пять, с виду какой-то азиат – поди их разбери – но не японец. Крепко сжатые челюсти, лицо с выражением решительности.

Впрочем, при виде Тирра, с парашютом на животе и кислородной маской на шее, решимость и злость начала сменяться удивлением.

- Ты еще кто такой?! Тебе жизнь не мила?!

Тирр чуть помолчал, выдерживая красивую паузу и давая террористу оценить свою выдержку, и ответил:

- Я пассажир с парашютом, которому совершенно непонятно, на кой фиг тебе сдалось угонять самолет. Я бы еще понял, если б у тебя не было денег на билет – но ведь ты ж сел на борт?

Азиат оскалился:

- Сел, да не на тот. Мне, видишь ли, не надо в Токио, я в Пхеньян хочу. Самолет сядет в Пхеньяне или рассыплется в небе над океаном, и третьего не дано.

- Так весь этот сыр-бор из-за того, что ты рейсы перепутал? – удивленно приподнял брови Тирр.

У угонщика задергалась скула.

- Я не перепутал, - процедил он, - меня на рейсе в Пхеньян уже ждали, и в Токио тоже ждут. Видишь ли, я шпион, и если самолет не сядет в Пхеньяне… В общем, мне терять нечего. Ты все понял, пассажир с парашютом?

В этот момент позади Тирра появился капитан корабля и попытался что-то сказать, но маг обернулся и рявкнул:

- Заткнуться и ждать приказаний!! – Затем снова повернулся к угонщику: - ну что же, коллега… Забавно, что мы оба сели на один рейс. И прискорбно вместе с тем, потому что мы, будучи союзниками по принципу «враг моего врага», сейчас оказываемся противниками. Видишь ли, мне надо не в Пхеньян, а в Китай. Потому ничего личного – но в Корею самолет не полетит.

- Поскольку у меня в дипломате бомба – я думаю, что полетит.

- Угадай, что у меня в парашютном ранце? Либо в Китай, либо в океан.

Повисло молчание. Пассажиры и капитан в шоке пытались осмыслить конфликт двух террористов-угонщиков, а азиат-террорист взирал на Тирра круглыми глазами.

- Так ты шпионил в Штатах на КНР? – недоверчиво уточнил он.

- Угу, - кивнул Тирр, - и едва вырвался.

- Ну так поскольку наши страны давно в союзных отношениях – в чем проблема? Мы летим в КНДР, а оттуда ты преспокойно возвращаешься к себе, и…

Тирр пожал плечами:

- Никаких проблем. Мы летим в Китай, и оттуда ты преспокойно возвращаешься к себе.

- Не вариант, - возразил кореец, - потому что я возвращаюсь не с пустыми руками, и подозреваю, что мой трофей твоя страна мне не оставит. А я хочу вернуться домой с триумфом.

- Ты идиот, что ли? – возмутился Тирр. – Про то, что секретные данные можно передавать по интернету, слышал, нет?

- Вещи по интернету не передаются, - заметил кореец, - у меня образец, а не данные. Посему – Корея или океан. Выбирай.

К этому моменту Тирр уже успел наложить на его чемодан руну и проклясть, причем четырежды, для гарантии. Красный огонек у ручки дипломата погас уже после второго проклятия.

- Китай или океан, - ухмыльнулся Тирр. – Похоже, у нас только одна позиция согласия – океан. Окей, кто будет взрывать? Ты или я?

Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза в мертвой тишине, а затем кореец решился:

- У тебя заряд вроде бы побольше моего – давай ты. Быстрее будет, чтобы никто не мучился.

Тирр принялся расстегивать ремни парашютного ранца. Салон внезапно наполнился мольбой, молитвами, душераздирающими воплями «пожалуйста, не надо!» и тому подобными звуками, от которых уши мага едва не свернулись в трубочку.

- Заткнитесь все нахрен!! – завопил он во всю глотку. – Молчать – проживете чуть дольше!!

Шум стал потише, сменившись преимущественно рыданиями. Тирр снял с груди ранец, сделал несколько шагов к противнику и протянул ему.

- Моя религия не одобряет самоубийств – взрывай ты. За кольцо потяни и все.

Кореец взял ранец свободной рукой и попытался сообразить, какие преимущества дает ему обладание обоими бомбами, но в этот момент Тирр, воспользовавшись тем, что руки оппонента были заняты, нанес ему молниеносный удар в солнечное сплетение, успел схватить ручку чемоданчика, пока тот складывался пополам, и добавил коленом в лицо.

Кореец, хрюкнув, опрокинулся на пол кабины, а маг торжественно поднял вверх дипломат угонщика.

В салоне раздались вздохи облегчения и аплодисменты, кто-то даже крикнул:

- Ура! Да здравствует Китай!

- Да-да, летим в Китай, капитан, поворачивайте в Китай! – подхватили другие пассажиры.

- Да-да, конечно, - немедленно согласился командир экипажа, - сэр, вы только держите триггер покрепче! Летим в Китай!

- Вы что, сбрендили?! – возмутился Тирр. – Какой, к чертовой матери, Китай, мне домой надо, я в Японии живу!

К этому момент пассажиры уже успели скрутить корейца, нерадивый угонщик смог только оторвать голову от пола, глядя на мага ничего не понимающими глазами.

- Запомни, урод, на рейсе Вегас-Токио пугать пассажиров бомбой можно только мне, и хотя я сам с этим уже завязал – плагиаторов не потерплю, - поучительно заметил он.

- Постойте… так вы не террорист?! – выпучил глаза капитан самолета.

Тирр повернулся к нему и потряс чемоданчиком, чем вызвал непроизвольную гримасу ужаса на его лице:

- Я вообще-то чародей и маг, но теперь у меня, хе-хе, уже не зажигалка, а настоящая бомба. А ну-ка, капитан, кого это вы там назвали клоуном и фокусником? А?

Процесс суда происходил примерно так, как его показывают по телевизору, и, по уверению адвоката Йонаги, должен был занять не больше четверти часа. Обвинитель зачитал вначале обвинение, затем признания обвиняемых. Защита Мияги и Накаямы, видимо, уже договорилась с судом о полном и безусловном признании вины в обмен на не самое строгое наказание, потому теперь бездействовала. Из журналистов присутствовала пара новичков-завсегдатаев, которые просто несут в суде «вахту» в надежде на интересный материал. Что ж, отлично.

Когда обвинитель сказал, что у него все, и предложил обвиняемым сказать последнее слово, Тео, глубоко вздохнув, поднялся:

- Прошу прощения, но я бы хотел изменить свои показания.