Владимир Пекальчук – Спуская псов войны (страница 61)
– Сомкнуть ряды! Щиты в первую линию! – скомандовал наемник и сам же стал в первый ряд: десять бойцов, считая и его, должны прикрыть остальных щитами и самими собой, чтобы те, остальные, продолжали стрелять из пушек.
Стоявший рядом «Паскуда» получил попадание, как и некоторые другие. Ответный огонь сметал таргов с насыпи из трупов, отрывая головы и руки, однако теперь противник продемонстрировал куда большую устойчивость к пушечным снарядам, а его собственное оружие, слишком тяжелое для обычных таргов, представляло серьезную опасность для псов.
Грохот пушек, щелчки импульсных винтовок и раскатистые удары рельсотронов перемешались в диком бедламе. Леонид, левой рукой держа щит, в правой сжимал свое оружие и стрелял, положив его на кромку переносного щита. Теперь, когда тарги не были видны в полный рост, дело повернулось худо, однако андроиды по-прежнему били с безукоризненной точностью.
Вот видны голова, грудь, руки и оружие тарга. Поймать ублюдка в прицел – сдохни, сдохни же! Палец жмет кнопку, винтовка почти без отдачи посылает серию смертоносных игл. Секунду ничего не происходит, а затем голова врага лопается, разбрызгивая вскипевший мозг. Следующий!
Воздух насыщен металлом и взрывчаткой сверх всякой меры. Не видно ничего в этом дыму, только мерцающий свет раскаленных доспехов с зажаренными таргами внутри, мечущиеся тени да контуры подсвеченных врагов. Ежесекундно враги обмениваются десятками выстрелов, кинетические щиты вот-вот откажут, будучи не в состоянии отразить такое чудовищное количество выстрелов, солдаты получают попадание за попаданием, у многих уже пробита броня, дымятся выведенные из строя системы, из развороченных фибромышц экзоскелетов торчат обрывки волокон. Вот боец получает еще одно: вначале вспышка в месте соприкосновения снаряда с защитным полем щита, затем разлетающиеся искры. Из крохотной дырочки сочится дымок, но андроид продолжает стрелять. Наверняка цалларунга диву даются.
Сам Леонид получил не меньше сорока попаданий, переносной силовой щит уже сдох – но толстая бронепластина продолжает принимать выстрел за выстрелом. Десяток попаданий в броню экзоскелета, несколько пробитий, но композитный бронекостюм еще держится, персональный щит еще гасит выстрелы. Тарги гибнут десятками и валятся вниз в обе стороны, но все новые и новые киборги занимают место погибших. Враг в прицеле – огонь! Игла попадает в визор шлема, шутя пробивает его, и сгусток плазмы проходит в мозг тарга сквозь выпуклый глаз. Минус один!
Сверху – залп гранатометов, снизу – пушечный шквал. Тарги теряют конечности и головы, часть гранат уходит вверх, взрываясь у потолка, часть попадает в бронированную дверь. Слева от Леонида падает андроид – прямое попадание, кумулятивная струя пробила броню и поразила что-то жизненно важное.
– Ну, сволочи… Сейчас будет вам огонь в дырке![8]
Последние гранаты рвутся, освобождая место на вершине насыпи из металла и мертвой плоти. Леонид приказал идти в атаку, понимая, что вершина этого вала – выгодная позиция. Если им удастся сбросить оттуда таргов – можно будет продержаться чуть подольше. Только лишь сделав первый шаг, он почувствовал сильнейшую боль в ноге.
Граната падает сверху – большая, тяжелая. Ударяется о бронешлем мертвого тарга у самых ног. Пока Леонид пытался решить, насколько мощным будет взрыв, «Паскуда» бросился вперед и накрыл гранату собой. Взрыв, ударная волна сбивает и Леонида, и других. Но – он поднимается, бой еще не окончен. Пока еще так много живых таргов – не время умирать. Наемник успел бросить взгляд на «Паскуду» – точнее, на то, что от него осталось. Ноги оторваны, левой руки нет, забрало шлема разбито… Прощай, «Паскуда». Бойцов остается все меньше и меньше, и Леонид вскоре разделит участь своих солдат.
Они карабкаются наверх, расстреливая таргов в упор, под прикрытием пушек. Тарги стреляют в ответ. Снаряды рельсотронов высекают искры, пробивая броню. Первый же боец, взобравшийся на вершину, точным ударом приклада ломает шею таргу, сбрасывает вниз второго, хватает за гранатомет третьего и направляет дуло в потолок, до которого уже можно рукой дотянуться. Граната взрывается в полуметре от обоих, таргу отрывает голову. Андроид выстоял, но затем залп в упор уничтожает его.
Страшная рубка на гребне горы из трупов, мертвые валятся под ноги живым, чтобы сделать гору еще выше. Стреляют кто из чего может, в упор, не целясь. Кто-то орудует клинком тарга, оторванным вместе с конечностью. Сражаются молча – человек, андроиды и тарги. Слова не нужны. Говорить не о чем. Кричать нечего.
Тарги подходят сплошным потоком вместе со своими командирами-цалларунга. Мозгоглазые ублюдки прячутся за спинами бессловесных безмозглых солдат, смерть в бою не для них… по крайней мере, так они думают. Но у Леонида имеется своя точка зрения на этот счет.
Лязг, взрывы, выстрелы, летящие во все стороны иглы, пули, снаряды и куски оторванной брони и плоти. Еще один боец падает, роняя пушку. Наемник выстрелил в последний раз и отбросил в сторону опустевшую винтовку. Погибать – так с музыкой. Пальцы сами смыкаются на ручке и рукоятке «Бури». Старый пес войны готов сыграть свою последнюю симфонию смерти и разрушения.
Цалларунга поняли, что Леонид не обращает внимания на таргов вокруг него, только тогда, когда снаряд попал в сферический шлем первого из них и разорвался, начисто снеся голову. Наемник стрелял короткими, скупыми очередями, выискивая в толпе у входа в тоннель черные сферы полупрозрачных касок. Гулкое стаккато пушки – минус один цалларунга. Тарги, погибающие в разрывах вместе с ним, уже не в счет, их и так уничтожено запредельное число. Расстреливая командиров под непрекращающимся огнем таргов, Леонид уже не думал о себе. Бой вот-вот окончится, и надо прихватить с собой на тот свет как можно больше ублюдков. Сбоку появилось черное дуло гранатомета, но кто-то из бойцов закрыл командира собой.
Снаряды кончились – где же еще один короб? Вот! Бойцы тоже уже заканчиваются, тарги… да и таргов как-то поубавилось. Толпа их поредела. Неудивительно, ведь трупы тысяч тварей сейчас под ногами Леонида.
Падает боец справа. Огонь! У Леонида еще сорок снарядов, и будь он трижды проклят, если перед смертью не выпустит их все до единого. Удар в бок, бормотание искина о наноботах и обезболивающем. К черту обез-боливающее, ведь старый наемник теперь и есть боль. Боль для его врагов. Снаряды рвут в клочья таргов и трусливую мразь, присевшую позади их на своих четырех ногах так, что брюхо коснулось пола. От смерти не спрятаться. Еще один цалларунга поспешно уползает за угол. Зря. Двум смертям не бывать, а одной не миновать никак, хоть ты сдохни – вот и этот шакал свою встречает, прямо здесь и сейчас.
Солдату слева, уже и так без левой руки, отрывает несколько пальцев на правой. Леонид жмет гашетку, выкашивая последними снарядами таргов. Все! Финита ля снаряды…
Андроид делает шаг вправо, закрывая собой наемника, на последнем пальце правой руки поднимает к лицу его винтовку, подцепив ее за спусковую скобу.
– Заряжена, командир. Прячьтесь за меня.
Но комедия – по крайней мере, комедия с точки зрения Леонида, а вот цалларунга почему-то не смеются – еще не окончена. Он зловеще ухмыляется, начиняя мельтешащие перед ним силуэты плазмой. Андроид содрогается от ударов, но еще стоит, а наемник, положив «Кароносец» ему на плечо, прицельно выкашивает противника. Горите, сволочи, пылайте. Вначале здесь, потом в аду.
Два здоровенных дула перед ним. Наплечные базуки, не иначе. Он ловит бездонную черноту одного из них в прицел, палец жмет на спуск. Игла влетела в ствол и, видимо, попала в снаряд, потому что перед глазами расцвела ослепительная вспышка взрыва. Мир крутанулся, когда тугая ударная волна снесла Леонида с его позиции. Потолок, затем перед глазами дверь, которую он защищал до последнего, – и чернота.
Свет в темноте. Но на свет в конце тоннеля как-то не похоже, а звуки, которые доносятся издалека, явно не голоса. Рай? Преддверие? Ад? Третье – вполне возможно, но пока еще не в загробном мире: Леонид моргнул и обнаружил, что смотрит на лампу на потолке, лежа возле бронированной двери. Гора таргов поодаль, но живых не видно. Вряд ли это конец. Пальцы сами нащупали в кармане на бедре пистолет.
Наверху появились три силуэта. Перед глазами все плывет, но наемник различил в пятнадцати метрах от себя цалларунга в необычном боевом скафандре и пару таргов-киборгов в мощной броне, с солидными стволами и клинкоруками с гидравлическим приводом. Вся троица начала неспешно спускаться вниз: тарги впереди, командир сзади.
Леонид быстро окинул поле боя, пытаясь сообразить, что делать. Киборги не спешат атаковать, внимательно следя за его движениями, но нападут, если он попробует подобрать с пола какое-то оружие. Внезапно наемник встретился взглядом с «Паскудой». От андроида осталась едва половина, но он подмигнул командиру, а указательный палец застывшей руки едва заметно шевельнулся в очень красноречивом жесте.