Владимир Павлов – Тайна 17 марта (страница 3)
Он открыл сканированные командировочные листы за 1987 год.
Январь – Самара.
Февраль – без выездов.
Апрель – Москва.
Март – пусто.
Не зачёркнуто.
Не пропущено.
Просто отсутствует.
Как будто месяц не существовал.
Телефон завибрировал.
Сообщение с того же номера.
«Вы нашли статью?»
Александр смотрел на экран несколько секунд.
Он не любил, когда его ведут.
«Кто вы?» – набрал он.
Ответ пришёл почти мгновенно.
«Тот, кто ждал этого тридцать девять лет.»
Александр сжал телефон крепче.
«Вы сын Воронцова?»
Пауза.
Длиннее, чем в прошлый раз.
Затем:
«Вы быстро думаете.»
Он почувствовал странное спокойствие.
Если это действительно сын – значит, мотив понятен.
Месть.
Или правда.
«Чего вы хотите?»
Ответ пришёл не сразу.
«Чтобы вы увидели его таким, каким он был.»
«Кого?»
«Вашего отца.»
Александр усмехнулся – коротко, без радости.
– Вы опоздали, – тихо произнёс он. – Я знал его всю жизнь.
Новое сообщение пришло через несколько секунд.
«Нет. Вы знали его версию.»
В груди что-то сдвинулось.
Александр снова посмотрел на фотографию.
На третьего мужчину – того, что с тяжёлым взглядом.
Он раньше не замечал деталей. Теперь – заметил.
Отец стоял чуть впереди остальных.
Не рядом.
Чуть впереди.
Как будто занимал позицию.
Телефон снова завибрировал.
«Он приехал в Северск 12 марта.»
Александр резко выпрямился.
«Откуда вы знаете?»
Ответ:
«Потому что я видел его.»
Комната стала тише.
Слишком тише.
Александр прошёлся по квартире, проверил замки, заглянул в окно. Во дворе было спокойно. Машины, редкие прохожие.
Он вернулся к столу.
В 1987 году ему было семь.
И вдруг, без предупреждения, память дала трещину.
Поезд.
Отец сидит напротив. Слишком серьёзный.
– Это ненадолго, Саша.
Саша.
Он давно не слышал этого уменьшительного.
Коридор гостиницы.
Запах краски.
Громкие мужские голоса за стеной.
Фраза, которую он тогда не понял: