Владимир Панфилов – Гносеологические аспекты философских проблем языкознания (страница 27)

1) кит. Та кань чжунго бао ‘Он читает китайскую газету’;

2) кит. Та кань-ды шы чжунго бао ‘Он китайскую газету читает’;

3) нивх. Иф ман′д′у витγы уру-д′-ра ‘Он читает китайскую газету’;

4) нивх. Иф ман′д′у витγыра й-уру-д′ ‘Он китайскую газету читает’;

5) нивх. Иф ман′д′у витγы уру-бар ‘Он конечно, читает китайскую газету’;

6) нивх. Иф ман′д′у витγы hабар й-уру-д′ ‘Он читает, конечно, китайскую газету’.

В предложении 1 на китайском языке логический предикат выражается глагольным сказуемым кань ‘читает’; в китайском предложении 2 логический предикат выражается прямым дополнением чжунго бао ‘китайскую газету’; вследствие этого к глаголу кань ‘читать’, оказавшемуся в составе логического субъекта, присоединяется суффикс -ды с номинативным значением, а перед логическим предикатом, выраженным именной группой чжунго бао ‘китайская газета’ вставляется связка шы. По-русски эта фраза означает: ‘Им читаемое есть китайская газета’.

В предложении 3 на нивхском языке логический предикат выражается глагольным сказуемым уру-д′ ‘читает’ и к нему присоединяется специальная предикативная морфема -ра; в предложении 4 на нивхском языке логический предикат выражается группой прямого дополнения ман′д′у витγы ‘китайская газета’, вследствие чего к ней присоединяется предикативная морфема -ра, а глагол дается в форме изъявительного наклонения на -д′ и к его основе префигируется местоименный показатель объекта й-.

В предложении 5 на нивхском языке, которое в отличие от предшествующих предложений характеризуется категорической модальностью, глагол, выражающий логический предикат, оформляется суффиксом категорического наклонения -бар; в предложении 6 с той же модальной характеристикой логический предикат выражается группой прямого дополнения, вследствие чего после этой группы ставится вспомогательный глагол hа-д′ ‘быть’ в форме категорического наклонения, а глагол й-уру-д′ дается в форме изъявительного наклонения, как в предложениях 3 и 4.

Как мы видим, во всех эквивалентных предложениях на русском языке изменения в логической нагрузке членов предложения сопровождаются лишь переносом логического ударения и, факультативно, изменением порядка слов, а в предложениях с модальностью категорической достоверности перемещается также служебное модальное слово конечно – оно обычно непосредственно примыкает к члену предложения, выражающему логический предикат.

Анализ материалов языков различной типологии показывает, что, как и в случае синтаксического членения предложения, между способами выражения логико-грамматического членения предложения и структурой слова существует корреляция такого рода, которая не позволяет рассматривать структуру слова и структуру предложения как независимые типологические признаки.

Из сказанного следует далее, что наряду с морфологизацией членов предложения, обслуживающей их функции на синтаксическом уровне, в языках имеет место также морфологизация знаменательных компонентов предложения, являющаяся средством выражения их функций на логико-грамматическом уровне. Использование морфологических средств в целях их маркирования на логико-грамматическом уровне членения предложения обычно не имеет каких-либо ограничений, связанных с принадлежностью слов, выражающих эти компоненты, к тому или иному грамматическому классу, а также с характером грамматических категорий, свойственных этим словам. Так, не говоря уже о логическом ударении, посредством которого может быть выделен логический предикат, выраженный любым знаменательным компонентом предложения[231], почти столь же универсальный характер в этом отношении во всех языках имеют различного рода модальные служебные слова, а также служебные слова со значением ограничения типа русских только, лишь и т.п. Что касается специальных морфем, используемых в этих целях во многих языках, то сфера их функционирования также оказывается весьма широкой. Так, например, в нивхском языке показатель логико-грамматического предиката в предложениях с модальным значением простой достоверности суффикс -та ~ -ра ~ -да может быть присоединен к любому знаменательному слову в любой словоизменительной форме за исключением причастия в функции определения.

В отличие от этого связь между функцией знаменательных слов на синтаксическом уровне и их принадлежностью к тому или иному грамматическому классу носит более жесткий характер. Правда, следует оговориться, что такого рода соотношение имеет место в языках синтетического типа. В языках же, где синтетические черты получили незначительное развитие, как, например, бирманском, выделяются особые частицы, которые как показатель того или иного синтаксического члена предложения могут выступать при словах, относящихся к различным грамматическим классам.

Соотношение синтаксического и логико-грамматического членения предложения носит различный характер в языках различной типологии. В синтетических языках в силу морфологизации членов предложения имеются значительные расхождения между этими двумя видами членения предложения. В исследованиях по аналитическо-агглютинативным языкам типа китайского, где отсутствует четко выраженная морфологизация членов предложения, является дискуссионным и вопрос о признаках синтаксических членов предложения, и они обычно характеризуются по тем функциям, которые ими выполняются в качестве элементов структуры мысли, фиксирующей или отношения актантов к действию, или субъектно-предикатные отношения. Что касается логико-грамматического членения предложения, то оно несомненно играет в этих языках значительно бóльшую роль в конституировании структуры всего предложения, чем в языках синтетического типа.

Применительно к языкам аналитическо-агглютинативного типа будет справедливым по крайней мере то утверждение, что степень противопоставленности синтаксического и логико-грамматического уровня членения предложения в них будет меньшей, чем в синтетических языках.

Между синтаксическим и логико-грамматическим уровнями членения предложения осуществляется постоянное взаимодействие, что в конечном счете связано с взаимодействием структуры суждения как пропозициональной функции и его же субъектно-предикатной структуры. Это взаимодействие является одной из основных причин, определяющих структуру предложения как языковой единицы в языках самых различных типов. Исследования и инвентаризация моделей предложений, существующих в каждом языке, не могут не учитывать этого обстоятельства, поскольку они (модели предложения) формируются как результат суммирующего воздействия этих двух факторов, нередко не совпадающих по своей направленности.

Есть языки, в которых оба этих фактора в том, что касается структуры предложения, действуют в значительной мере автономно, поскольку для маркирования субъектно-предикатной структуры суждения в них используется такой набор формальных языковых средств, который не приводит к какому-либо существенному изменению синтаксического членения предложения, коррелирующего со структурой суждения как пропозициональной функции. Это прежде всего языки синтетическо-агглютинативного типа (тюркские[232], нивхский и др.). В этих языках при несовпадении направленности действия названных выше факторов модели предложения образуют, таким образом, две достаточно автономных структуры – синтаксическое и логико-грамматическое членение предложения.

К такого же рода языкам относятся и языки синтетическо-флективного типа. Между языками того и другого типа, однако, существует важное различие: если в языках синтетическо-агглютинативного типа в маркировании логико-грамматического уровня членения предложения большую роль играют морфологические средства того же типа, что и те, которые участвуют в формировании синтаксического уровня членения предложения (морфемы как компоненты самого слова), то в языках синтетическо-флективного типа на первом из этих уровней членения предложения средства флективной морфологии не используются. Вместе с тем следует отметить, что в языках обоих типов на логико-грамматическом уровне членения предложения используются и такие универсальные для всех языков средства как логическое ударение, служебные слова с субъективно-модальным, отрицательным и выделительно-ограничительным значениями, а также порядок слов.

Однако есть языки, в которых оба уровня членения предложения автономны по отношению друг к другу в гораздо меньшей степени, чем в языках синтетическо-флективного и синтетическо-агглютинативного типа. Выше уже рассматривались языки аналитическо-агглютинативного типа, в которых изменение логико-грамматического членения предложения приводит к изменению и его синтаксической структуры.

Перестройка синтаксического уровня членения в связи с изменением логико-грамматического членения происходит и в таких языках полисинтетическо-агглютинативного типа, как абхазо-адыгские. Так, в абхазском языке, если логический предикат выражается не глагольным сказуемым, а каким-либо другим членом предложения, то последнее сочетается со связкой ауп, а глагольное сказуемое получает инфинитную форму.

Примеры:

1) Нина ашкол ахь дцеит ‘Нина ушла в школу’;

2) Нина лоуп ашкол ахь ицаз ‘В школу ушла Нина’;

3) Нина ашкол ахь ауп дахьцаз ‘Нина в школу ушла’.