Владимир Николаев – Рудники Эхнатона (страница 17)

— А я хотела бы стать просто бетой, как Софи, — мечтательно произнесла Спуки. — Завтра я отправлю письмо, личное письмо с запросом… Или гаммой? Я же ведь работаю с техникой? Как ты думаешь, сколько времени ответа ждать придётся?

— Не сталкивался, — стремясь уйти от продолжения разговора, Рикардо подался в сторону Софи, неосторожно шевельнул её.

— Ну что вы там всё не спите? — устало пробурчала девушка сквозь сон, обрубая, сама того не ведая, их неловкий разговор.

— …Привет! — и снова Софи невольно выручила его из неудобной ситуации, появившись из душа. — Какими судьбами? Ты же сказал, что на инспекцию полетел, и что надолго?

— Ага, — кивнул Рикардо. В первую секунду он лихорадочно пытался вспомнить, когда он мог такое сказать, но потом сообразил, что Софи говорит о местном, локальном Рикардо Ибарре-1, которого он, Рикардо Ибарра-0, только что оправил на одну из дальних шахт. — Обстоятельства слегка изменились. Мне надо, чтобы ты сейчас со мной кое-куда наведалась. Так что одевайся, и, очень тебя прошу, поспеши.

— Ну ладно, — Софи пожала плечами. — Коль уж тебе так нравится играть в таинственность, давай, наведаемся. Спуки, собирайся!

— Нет, нет! Спуки подождёт нас здесь. Её всё равно не пустят.

Рикардо вдруг представил себе, как будет выглядеть прощание Софи, которая очень привязана к своей помощнице, когда она поймёт, что база вот-вот взлетит на воздух, и они бросают Спуки прямо возле трапа. Но в подготовленном летадле только два места — для пилота и пассажира, и Спуки никак туда не влезть.

Впрочем, он не уставал повторять себе, что делает всё это лишь для того, чтобы обезопасить Софи на тот случай, если что-то в плане пойдёт наперекосяк, и ему не удастся отстоять базу. Хотя, возможно, даже не отдавая себе отчёта, он в любом случае намеревался вывезти её из Аномалии на орбиту. Здесь он боялся потерять её при синхронизации.

Один раз он её уже потерял, и второго такого не допустит…

— Ладно, Спуки, — послушно сказала Софи. — Посиди здесь. Надеюсь, наш таинственный незнакомец умыкнёт меня не слишком надолго.

Спуки растерянно смотрела на них. Она так привыкла повсюду таскаться за своей хозяйкой, что не могла поверить, что её просто оставят здесь одну. Хотя, надо сказать, под дверью её время от времени оставляли, так что она не должна была воспринимать это совсем уж дико.

— Я перепроверю завтрашний отчёт, — предложила полукровка. — Это всё равно надо сделать.

— Отлично, — кивнул Рикардо, с удовлетворением глядя на то, как быстро одевается Софи. Как хорошо, что она не стала спорить и пререкаться! Время нынче слишком дорогой ресурс…

…Он оставил Софи в пустой операторской возле верхнего ангара.

— Жди здесь. Я появлюсь примерно через час, плюс-минус.

— А почему было не забрать меня через час из каюты?

— Софи! Верь мне! Иначе никак нельзя. Никак. Жди здесь.

— Что-то плохое случилось? — Софи смотрела на него обеспокоенно. — На нас напали? Или психоз у рабочих? Надо было Спуки сказать, чтобы заперлась… Рикардо? В чём дело? Почему ты мне ничего не говоришь?

— Всё, всё! — Рикардо рубанул ладонью по воздуху, словно стремился отсечь все дальнейшие расспросы. — Просто будь здесь в течение ближайшего часа, ни с кем не общайся. Мне остаётся закрыть пару вопросов у Фюрера.

…Десятью минутами позже Рикардо уже сидел в кабинете Клауса Вагнера, неловко переминаясь под его внимательным взглядом. Как и в прошлый раз — впрочем, это же ведь и был тот самый раз! — Вагнер был при полном параде, во всей красе своего царственного мундира. Но неловкость Рикардо была выбрана не торжественностью костюма господина Вагнера, и не напыщенностью его кабинета — в разговорах с начальником Службы Безопасности Эхнатона Ибарра всегда ощущал себя «молодым и зелёным». В принципе, конечно, так оно и было — Рикардо всего лишь стажёр, что по военной линии, что по линии спецслужб… да и по возрасту уж очень он молод для по-настоящему серьёзных разговоров, так и кажется, что Вагнер поглядывает на него не просто снисходительно, а едва ли не с жалостью.

Надо сказать, что это ощущение преследовало Рикардо с самого его назначения на базу, когда его вдруг — так неожиданно после академии — стали в основном окружать не его сверстники, а взрослые люди, имеющие серьёзные в его глазах должности. И даже то, что непосредственно на базе, он, назначенный «сверху», напрямую никому не подчинялся, не имело особого значения. Общаясь с начальственными кругами Рудника, он постоянно чувствовал себя «не в своей тарелке».

Наверно, это и стало основной причиной, по которой он решился отпустить бороду, ну, пусть не серьёзную большую бороду — она бы у него, наверно, и не отросла — а небольшую эспаньолку. Как ему казалось, глядя в зеркало, лет пять она ему прибавляла. Хотя, конечно, с бородой он был не в тренде основной военной моды, согласно которой человеку военному в первую очередь полагалось иметь густые усы. Но усы, опять же, по его личному мнению, наоборот, только молодили его, хотя и придавали этакий залихватский вид. Так что, не прошло и месяца с его назначения на Эхнатон, а он уже остановился в своих имиджевых метаниях на короткой бороде-эспаньолке.

Вагнер смотрел на него проницательно-насмешливым взглядом, словно видел все его уловки насквозь. Наверно, так оно и было… Лишь после небольшой неловкой паузы Рикардо всё же набрался духу и сказал как можно более серьёзным, суровым и значительным голосом:

— Господин Вагнер, я должен поговорить с вами о чём-то крайне важном.

— Слушаю, — тот ответил на удивление корректным, можно даже сказать, дружелюбным тоном.

— У меня есть информация, что на базе созрел своего рода бунт, точнее, некая террористическая операция, и что именно сейчас она должна перейти в открытую фазу. Если мы будем действовать с упреждением, то сможем легко подавить ограниченные силы мятежников, которые рассчитывают в первую очередь на скрытность и практически не вооружены.

— Что за информация?

— К сожалению, сейчас нет времени объяснять подробно. Если у вас будет желание, то впоследствии я могу рассказать предысторию во всех деталях. Сейчас же я понял, что они перешли к серьёзным действиям. Каким-то образом они смогли обойти защитные системы драккара и похитить два баллона с жидким топливом для резервных генераторов накачки ударных лазеров. У меня есть основания думать, что они намерены применить их для нанесения удара по базе, прежде чем попытаться захватить драккар, и… и отбыть в неизвестном направлении.

— И как же они нанесут удар баллонами? Что им здесь накачивать? Собственные мышцы? — Вагнер смотрел на него с изрядной долей ехидства, но Рикардо всё же заметил, что тот несколько подобрался.

— Содержимым баллонов, — предельно корректно пояснил Ибарра. — Вы знаете, что такое гептил?

— В общих чертах.

— Всё началось именно с него. Именно он издревле применялся в ракетных двигателях и в системах накачки. Эта дрянь была неимоверно ядовита и взрывоопасна. С тех пор наука шагнула далеко вперёд, но большинство смесей всё равно ядовиты и взрывоопасны. Но резервные генераторы нашего драккара питаются новой смесью, которая пока что не слишком распространена, и всё ещё предельно секретна. Она даёт мощность импульса как минимум на двадцать процентов выше, чем основные ныне применяемые смеси. Как она оказалась на борту нашего драккара — бог весть… Может быть, во времена его изготовления к войне здесь готовились на полном серьёзе, может, дело куда банальнее — для базы взяли первый попавшийся корабль — я не знаю. Но их надо вернуть на драккар. Обязательно.

— Так как они могут нам угрожать?

— Если ввести состав в вентиляцию, крайне ядовитые пары распространятся по большей части базы, которая не рассчитана на внутренние диверсии. Они могут просто взорвать баллон в какой-то жизненно важной точке. Я не знаю их замыслов. Я знаю одно — нельзя допустить, чтобы они ушли. Уже сам по себе секрет состава, попади он в руки врага, будет ударом для нас. А уж если они…

— Почему сейчас?

— Мой информатор на шахте «Четыре», вдруг перестал отвечать. Как раз, получается, в тот момент, как к ней подошла очередь по проверкам. Думаю, они перешли к активным действиям и «подчищают хвосты». Их следующие шаги — удар по базе, захват драккара, чьи коды они, похоже, ломанули, и некие действия на территории цивилизованного мира. Боюсь себе даже представить, какие…

— И чем же я могу помочь? — поинтересовался Вагнер.

— Я всего лишь наблюдатель, — пояснил очевидное Ибарра. — Я должен следить, чтобы с техникой всё было в порядке — не более. Против организованного вторжения я могу противостоять не эффективнее, чем одинокий ночной сторож против налёта вооружённой банды.

— Логично. Ну, в принципе, у меня есть инструкции оказывать содействие в подобных случаях. Должен признать, что меня не смущают и ваши слова об информаторе на четвёртой шахте, — Вагнер ехидно улыбнулся.

— Прошу прощения?

— Военный наблюдатель, стерегущий законсервированный драккар, но имеющий сеть информаторов? Имеющий допуск едва ли не всюду? Общающийся с людьми по всей базе? Ха! Мне кажется, тут уж любой догадается, в чём дело. А я, как понимаешь, далеко не «любой». И сам подобную деятельность веду, разве что по своему профилю… Скрытое Реагирование, так?