Владимир Николаев – Американцы. Очерки (страница 60)
Шли годы... За первой встречей с Д. Кендаллом последовали другие, в США и в Советском Союзе.
Да, проделана немалая совместная работа, но результаты, не раз говорил мне Кендалл, могли бы быть еще более внушительными. Дело в том, что враги советско-американского сотрудничества свои усилия направили именно на подрыв экономических контактов между нашими странами, которые могут успешно развиваться на единственно возможной прочной основе — при полном равноправии сторон, отсутствии какой-либо дискриминации и вмешательства во внутренние дела друг друга.
Как известно, Советское правительство отказалось ввести в действие советско-американское торговое соглашение 1972 года. На то были веские причины. В числе широкого круга проблем, охваченных этим соглашением, было специально оговорено, что американская сторона снимет дискриминационные ограничения в торговле с СССР и предоставит нашей стране так называемый режим наибольшего благоприятствования. Последний термин, по-моему, не совсем точно отражает сложившуюся ситуацию. Речь шла и идет именно об устранении дискриминации в торговле по отношению к нашей стране, о предоставлении ей не каких-то особых благоприятных прав в торговле с США, а таких же прав, какими пользуются другие страны. Судите сами. Вот цитата по этому поводу из «Нью-Йорк таймс мэгэзин»:
«Со времени «холодной войны» у Соединенных Штатов существуют две тарифные системы. Для товаров, импортируемых из Советского Союза и одиннадцати других коммунистических стран, установлены высокие запретительные пошлины. Все остальные 130 с лишним стран мира, даже ЮАР, автоматически пользуются льготами, которые дает статус наибольшего благоприятствования. Это значит, что пошлины на их товары намного ниже».
Кажется, все ясно? Необходимо было ликвидировать явную несправедливость. Но не тут-то было! Враги разрядки и советско-американского сотрудничества открыли огонь именно по торговому соглашению между нашими странами. Ликвидацию дискриминации в торговле они обусловили требованиями, имеющими цель повлиять на эмиграционную политику нашей страны. А таковая политика, как это известно, является сугубо внутренним делом как Советского государства, так и любого другого. Требовать каких-то в ней изменений — значит вторгаться во внутренние дела нашей страны. Тем не менее рассудку вопреки весьма влиятельные силы и развернули в конгрессе США шумную кампанию, в результате которой конгресс отклонил предложение американского правительства об устранении дискриминации нашей страны в торговле с США. При этом конгресс также наложил ряд произвольных ограничений на деятельность экспортно-импортного банка США. В частности, на четыре года общая сумма экспортных кредитов была лимитирована 300 миллионами долларов. Если говорить о торговле между США и СССР всерьез, то такая сумма кредитов явно не соответствует масштабам обеих стран.
Дональд Кендалл, комментируя эту сторону американо-советских отношений, приводил цифры кредитов, предоставляемых Советскому Союзу другими странами: Франция тогда предоставляла 2,8 миллиарда, ФРГ — 1,5 миллиарда, Япония — 1 миллиард. А США, как мы уже сказали, только 300 миллионов. Разумеется, в таком случае деловые связи Советского Союза с другими странами могут быть оживленнее, чем с США. А в то же время, подчеркивал Кендалл, при наличии со стороны США кредита Советскому Союзу хотя бы в 2 миллиарда долларов в Соединенных Штатах появилось бы работы на год для 400 тысяч человек.
Д. Кендалл так охарактеризовал происки врагов советско-американского экономического сотрудничества: «Я считаю отказ Советского Союза подчиниться условиям, выдвинутым в принятом конгрессом торговом законодательстве, не только оправданным, но и единственно возможным — условия эти были оскорбительные».
Этот справедливый вывод разделяют многие американцы, от бизнесменов и политиков до рядовых граждан. У меня лично создалось впечатление, что против этого решения конгресса выступает большинство американцев. Происки, направленные на срыв советско-американского делового сотрудничества, препятствуют развитию разрядки напряженности и наносят удар по американским же интересам.
В Нью-Йорке я встретился с другом и коллегой Д. Кендалла по большому бизнесу Габриэлем Хоугом, банкиром, председателем правления Мэньюфэкчурерс Ганновер Траст Корпорейшн. В годовом отчете, подписанном Хоугом, говорится (почти в тех же словах, что и в отчете «Пепсико»), что оборот корпорации возрос по сравнению с предыдущим годом на 30(!) процентов. Кстати, и общая его сумма внушительная — 25 миллиардов долларов. И вот этот более чем преуспевающий бизнесмен, так же как и Д. Кендалл, убежденно ратует за экономическое сотрудничество с нашей страной. То есть я хочу подчеркнуть, что в деловых связях с нашей страной заинтересованы весьма и весьма преуспевающие, ведущие американские бизнесмены. И не только с Советским Союзом, но и с другими социалистическими странами.
Для оказания помощи американским фирмам, сотрудничающим с Советским Союзом, создан уже упоминавшийся выше Советско-американский торгово-экономический совет. Я встретился с его президентом Гарольдом Скоттом. Он сказал:
— Существует много международных организаций, способствующих развитию торговли, но наш совет является в своем роде уникальным учреждением. Дело в том, что он не просто способствует расширению советско-американского экономического сотрудничества, но и предоставляет с этой целью конкретные услуги. Нет сомнения в том, что деловое сотрудничество между США и СССР будет успешно развиваться, оно выгодно для обеих сторон. Уже более 500 представителей разных американских фирм обращались за помощью к нашему совету. Более 175 американских фирм и свыше 100 советских организаций связаны через нас друг с другом. Из последних важных дел, организованных с участием совета, можно назвать поездку в Советский Союз группы руководителей американского туристского бизнеса, которая по своему составу была самой представительной из всех когда-либо выезжавших из США по этой линии. Наш совет также способствовал ряду деловых поездок в США и СССР на министерском уровне. И, наконец, самое главное — наша организация, состоящая из американских и советских деловых людей, работает уже как единая команда.
Бизнесмен — это значит деловой человек. В убыток себе он торговать не будет.
«Советские технологические новинки могут оказаться очень ценными для американских фирм». Это вполне официальное мнение, высказанное одной из подкомиссий палаты представителей. В своем докладе объемом в сто с лишним страниц подкомиссия предсказывала подъем уровня советско-американской торговли с 200 миллионов долларов до 5 миллиардов. Для такого прогноза были основания. Газета «Нью-Йорк тайме» писала: «Советская промышленность вызвала интерес на Западе и своими достижениями в области высоковольтной передачи электроэнергии, и усовершенствованной системой охлаждения доменных печей, и производством чрезвычайно тонких бесшовных труб, если ограничиться лишь немногими примерами».
Верно! Перечень можно продолжать и продолжать. Например, американские бизнесмены закупали у нас патенты на литье алюминия в электромагнитном поле и на современную систему производства магния. Представитель компании «Андерсен констракшн», которая приобрела лицензию на применение советской системы испарительного охлаждения металлургических печей, заявил, что этот метод на целое десятилетие продлит жизнь печей. Газета «Уолл-стрит джорнэл» так цитировала представителя гигантской фирмы «Юнайтед Стейтс стил кор-порейшн»: «Нет сомнения, что русские располагают технологией, которая принесла бы нам большие выгоды». Такие крупные американские компании, как «Дженерал электрик», «Рейнолдс металс», «Кайзер алюминиум» и другие, уже использовали наше машинное оборудование и нашу технологию. Вице-президент «Дженерал электрик» Томас Пейн заявил, что считает важнейшим достижением своей корпорации подписание с Советским Союзом соглашений о совместной разработке газовых турбин и силовых генераторов.
Даже людям, не сведущим в технике, это говорит, что американцы проявляют интерес к достижениям наших ученых и инженеров. Любопытно вспомнить, что первую торговую сделку с Соединенными Штатами Советская Россия заключила в 1922 году,— тогда нами был приобретен мыловаренный завод стоимостью 40 тысяч долларов. С тех пор много воды утекло, и многое изменилось! Так, взаимные поставки по контракту, подписанному с американской компанией «Оксидентэл петролеум», оцениваются в 8 миллиардов долларов. Это самое крупное в истории межгосударственное экономическое соглашение!
Журнал деловой Америки «Юнайтед Стейтс ньюс энд уорлд рипорт» резонно отмечал: «Мы больше не можем позволить себе роскоши ограничения торговли с СССР в то время, когда эта политика не дает абсолютно никаких результатов. Состояние нашего платежного баланса уже не такое, чтобы мы могли продолжать подобную политику».
К такому трезвому выводу приходит все больше и больше деловых людей Америки. Вот один пример из множества.
Фешенебельный и, разумеется, очень дорогой отель «Сенчюри Плаза» расположен в самой представительной части города-гиганта Лос-Анджелеса, рядом с Голливудом. Я прохожу по холлам и коридорам отеля, на каждом шагу мне встречаются капитаны американского бизнеса, и создается впечатление, что вся элита делового мира США вдруг собралась вместе по какому-то чрезвычайному поводу. Многолюдно не только в холлах и коридорах, полно людей и в ресторане, и в залах для приемов, и в залах, приспособленных для заседаний, а некоторые номера превращены в своеобразные секретариаты, где только что размноженные большими тиражами документы разложены по столам, стульям, креслам и коврам. По-деловому, совсем не уважительно, а настойчиво и требовательно, трещат всюду телефонные звонки, озабоченно снуют служивого вида молодые люди. Словом, «Сенчюри Плаза» не просто роскошно живет и благодушествует, а напряженно работает. Идет очередная сессия американо-советского торгового и экономического совета.