Владимир Николаев – Американцы. Очерки (страница 58)
Роберт Уоллес дарит мне печатный труд, написанный двумя американскими учеными — Э. Бейли и М. Влеком — и советским — Н. Богдановым. В нем идет речь об изучении земной коры как на поверхности Земли, так и на дне Мирового океана. Авторы выдвигают оригинальные идеи, их претворение в жизнь сулит прогресс в науке и большой экономический эффект. И поскольку дело касается всей земной коры в целом, то тут уж вовсе необходима совместная работа ученых разных стран.
Когда знакомишься с тем, чем заняты в этой области ученые США и СССР, то понимаешь, сколь важна их совместная деятельность для человека. Казалось бы, землетрясение стихия, с которой сладу нет. Оказывается, эту катастрофу можно предвидеть, а значит, можно успеть принять меры, которые значительно уменьшат возможные потери. Зная строение земной коры, специалисты точно указывают, что и как можно строить в районах, где случаются землетрясения. Мне привели такой конкретный пример. Одна фирма, не поставив в известность Геологическую инспекцию, начала строить в Калифорнии атомный реактор. Несколько лет ушло на создание проекта, потом миллионы долларов успели затратить на само строительство, которое осталось незавершенным, так как выяснилось, что сооружение возводилось в сейсмически опасном районе.
Академия наук СССР и Национальная академия США регулярно проводили обмен специалистами, который охватывал такие актуальные области, как электроника, физика твердого тела, физика высоких энергий, полупроводниковая техника, радиоастрономия, лазерная техника, химия полимеров и другие. За каждым из этих понятий большие дела, интересные люди, плодотворное сотрудничество и взаимная выгода, наконец.
Возьмем физику высоких энергий, одну из вершин современной науки. Главный инструмент исследователя в этой области — ускоритель. Очевидно, это вообще одно из самых больших устройств, применяемых в науке. И самый мощный на сегодня в мире ускоритель находится в США, на окраине городка Батавия, неподалеку от Чикаго. Целиком запрятанный под землю ускоритель — это круглое сооружение диаметром около двух километров (длина окружности около шести километров). Здесь люди проникают в глубины материи, изучая элементарные частицы. Чем мощнее ускоритель, тем глубже в тайны материи заглядывает человек.
Естественно, что вокруг каждого такого гигантского сооружения вырастает целый научный городок. Я прожил в нем, или, как здесь говорят, на ускорителе, три дня. Здесь работала группа советских физиков. Прибыла не на экскурсию, а именно для работы. Причем приехали они не с пустыми руками. В намеченных совместных исследованиях американская сторона обеспечивала ускоритель, советская сторона — привезенную с собой технику, с помощью которой на нем можно проводить различные эксперименты. То есть тут был взаимный интерес. Уже через год совместной работы наших и американских специалистов в Батавии журнал ученых-атомников США «Буллетин оф атомик сайентистс» писал: «Вклад советских ученых в совместное американо-советское предприятие оказался весьма значительным». Кстати, это не первый опыт такого рода сотрудничества. Ученые из Калифорнийского университета и их семьи жили в Серпухове, где американские специалисты работали на нашем ускорителе.
Американский ускоритель, сооруженный в Батавии, зарылся в плодородную землю штата Иллинойс, в исконном фермерском краю. И когда въезжаешь на территорию научного центра, то в глаза прежде всего бросаются характерные фермерские постройки. Дело в том, что для строительства этого научного центра здесь была куплена земля у нескольких фермеров. Их многие добротные постройки не были сломаны и сейчас несут новую службу. Например, раздевалки и бар при местном бассейне устроены в подсобном помещении одной из таких бывших ферм. Вообще, поскольку сам гигантский ускоритель находится под землей, вся большая территория центра похожа на заповедник. Впечатление дополняют мирно пасущиеся бизоны, которых завели здесь новые хозяева этой земли. Служебные постройки, за исключением многоэтажного главного корпуса, все невысокие, многие из них представляют собой одноэтажные деревянные коттеджи. В таких живут и наши специалисты. Они успели уже съездить на родину в отпуск и вернулись, чтобы продолжать начатые исследования.
Наша машина останавливается у одного из коттеджей, и на пороге меня встречает профессор Анатолий Кузнецов, руководитель группы советских специалистов. Знакомимся. В ответ на его любезное приглашение решаю на эти дни остановиться у него, в его «американском доме». И, не теряя времени, едем на машине в первое ознакомительное путешествие по научному центру. Именно едем, а не идем, так как концы большие. Меня помимо Кузнецова сопровождает местный специалист Ричард Кариган. Мы долго бродим по очень внушительному главному зданию, заезжаем затем в несколько лабораторий и наконец спускаемся под землю, к главной цели нашего путешествия — ускорителю.
Встрече с ним предшествует недолгая по времени, но любопытная процедура. Во-первых, ускоритель останавливают. О том, что он не работает, сообщает электроника по нескольким каналам. Тем не менее нашему гиду торжественно вручают ключ, которым вход в тоннель при работающем ускорителе не откроешь. К тому же нам выдают портативные счетчики, регистрирующие радиацию воздуха. Наконец одна за другой открываются несколько дверей, и мы спускаемся в тоннель, похожий на те, что у нас в метро, но вместо рельсов там проложен так называемый ионопровод. В нем элементарные частицы разгоняются до немыслимых скоростей (на что уходит уйма электроэнергии) и в целом своем виде, и в расчлененном на составные части изучаются учеными.
Анатолий Кузнецов говорит, что работа на ускорителе схожа с деятельностью следователя, распутывающего сложнейшее дело по крохотным косвенным уликам. Ведь увидеть элементарные частицы материи невозможно. О них судят только по их следам. Поэтому ученые без устали изобретают тончайшие и хитроумные устройства, в которых разогнанные в ускорителе частицы оставляют следы, по ним изучают свойства этих частиц и их производных. Без таких устройств ускоритель все равно что орудие без прицела. Именно такого рода оборудование привезли с собой в США наши физики (по-научному — анализатор амплитуды импульсов). В нем заинтересованы американские ученые. Приглашение советских физиков в Батавию еще раз говорит о том, что уровень наших достижений весьма высок.
Я много беседовал с Анатолием Кузнецовым и другими нашими физиками. Все они в начале пути. Анатолий самый «старый», ему уже перевалило за сорок, остальные моложе. Они из Дубны. Горячие патриоты своего молодого города и своего дерзкого дела. Они живое воплощение той истины, что в любом физике не может не жить лирик. Их отличает страстный интерес к гуманитарной сфере жизни общества. Литературу, поэзию в особенности, театр, живопись, музыку они знают не понаслышке, а глубоко, и, главное, знают заинтересованно.
И на ускорителе, за работой, и за дружеским столом я видел в американских и советских физиках равноправных, уважающих друг друга коллег. Когда смотришь на них, в голову лезут не только радужные, но и беспокойные мысли. Физика, как известно, наука обоюдоострая. Она способна в ближайшем будущем обеспечить человечество таким изобилием мирной ядерной энергии, что можно будет говорить о новой эре в истории нашей планеты— эре процветания. В то же самое время достижения современной физики уже привели к такому положению: любому ядерному агрессивному нападению противостоит потенциал ответного удара. Нельзя, оставаясь в пределах рассудка, рассчитывать сегодня на достижение каких-то политических целей, уповая на ядерную агрессию, которая неминуемо приведет человечество, всю нашу цивилизацию на грань непоправимой катастрофы.
В первую мировую войну было убито 10 миллионов человек, 20 миллионов искалечено. Во вторую мировую войну погибло 54,8 миллиона и ранено более 90 миллионов человек. По подсчетам швейцарского ученого Жан-Жака Бабеля, за все войны, известные в истории человечества, погибло 3 миллиарда 640 миллионов человек, то есть почти столько же, сколько живет сейчас на Земле. Ядерный же конфликт сразу приведет к гибели сотен миллионов людей, сможет вызвать необратимые, губительные для жизни процессы в атмосфере, воде и почве.
Предотвращение ядерного конфликта дело первостепенной важности из всех человеческих дел. Не случайно думаешь об этом, когда живешь в научном городке при ускорителе. В брошюре «Ускорители», написанной Уильямом Кернаном и изданной комиссией по атомной энергии США, говорится, что фашистская Германия не успела создать свою атомную бомбу именно потому, что опоздала с сооружением ускорителя, а в США таковой уже был создан. Так что, как и сама физика, ускоритель тоже штука обоюдоострая. Когда на нем вместе работают советские и американские ученые, специалисты в области физики высоких энергий, то думается, что им под силу создание и энергии мира. Их работа на ускорителе воспринимается как серьезная гарантия безопасности.
Дональд Кендалл, президент и управляющий компанией «Пепсико», привлек мое внимание и потому, что возглавляет одну из крупнейших американских фирм, и потому, что горячо выступает за развитие американо-советских экономических связей. Именно Кендалл был избран первым председателем совета директоров Американо-советской торговой палаты.