Владимир Мороз – Ванильный альбом. I (страница 13)
– Этот паразит был застукан в тот момент, когда пристраивал своё седалище прямо на открытую баночку с пудрой. Я вначале хотела его прямо на месте голой рукой кастрировать, но потом вспомнила, что для снятия негатива у меня есть ты.
– И я тебя люблю, дорогая, – пробормотал Вадим, засыпая.
– Уснул? Как всегда быстро. Эх, вот это талант, – вздохнула Ольга. Повертевшись с одного бока на другой, она шёпотом позвала кота: – Симка, где тебя черти носят? Быстро к мамочке!
Большой рыжий кот, появившийся словно из ниоткуда, вскочил на кровать, переступил через спящего Вадима и, немного повозившись, лёг около хозяйки, прижавшись к ней спиной.
– Ещё раз мою косметику тронешь, Куклачёву в цирк отдам, – убаюканная мурчащим клубком зевнула Ольга, погружаясь в сон.
«Ага. Отдаст она, – подумал кот, хитро блеснув глазами. – Кто тебе потом колыбельную споёт? Этот жердяй?»
Приподняв голову, он взглянул на Вадима. Затем аккуратно встал, бесшумно спрыгнул на пол:
«Вроде на плите сковородка с котлеткой стоит. Пойду проверю. А что не съем, в той коробочке с вкусной пылью закопаю. Авось не найдут…»
Ветер
Он любил ветер, ощущая в нём силу, свободу, стремление к жизни и скорость.
А ещё он любил её – вернее, то состояние, которое она дарила своим присутствием. В ней были необъяснимая красота, нежность, тепло. Свет её серых глаз сводил с ума, поцелуи кружили голову лучше любого вина.
Они оба любили дорогу. Серая полоса бесконечно тянущегося асфальта манила неизведанностью, новыми приключениями, непреодолимым желанием заглянуть за горизонт.
За рулем он преображался, сливаясь в одно целое с автомобилем, каждой клеточкой тела ощущая стук поршней, шелест шин, дыхание выхлопной трубы.
Она сидела рядом, через открытый люк ветер развевал её волосы, играя с ними и создавая причудливые конструкции.
Им было хорошо вдвоём, они это знали и наслаждались таким состоянием. Любовь, скорость, ветер…
Уходя от удара, он в последнюю секунду успел дернуть ручник, разворачивая машину так, чтобы принять на себя всю его мощь, закрывая её от неминуемой смерти. Потом он хрипел, звал её по имени. Тёмная кровь пульсировала и пенилась, выходя пузырьками из разорванных лёгких. Заметив, что она жива, он успокоился, затих, отдавая себя на волю ветра…
Вечная жизнь
Если данный рассказ затронет чьи-то тонкие чувства, не обижайтесь. Всё это моя чистая выдумка, наверное.
– Надо уходить, они не оставят тебя живым. – Невысокий кудрявый мужчина повернулся к собеседнику.
– Это не выход, – спокойным голосом ответил тот, поглаживая аккуратную темную бороду. – Если на меня объявили охоту, то найдут везде. Кажется, пришёл мой час.
– Да, ты очень сильно их раздражаешь. – Первый мужчина тревожно оглянулся, выискивая глазами опасность. – Скоро праздник, а твои выступления собирают всё больше и больше людей. Наших врагов это не устраивает, значит арест или обычное убийство произойдёт до начала торжеств.
– Втихую воткнуть нож они не решатся. – Второй качнул головой. – Им нужен громкий ход, уничтожающий меня как личность.
– У нас нет никаких шансов выиграть суд, если он состоится. Уверен, он будет подкуплен. – Первый вздохнул. – Из-за тебя они потеряли много денег, а такое не прощается. Скорее всего, ты будешь приговорён к смерти. – Он взял собеседника за руку. – Ещё есть время. Давай уйдём подальше из города. Отсидимся, пока страсти поулягутся, – потом вернёмся.
– Видишь ли, дорогой мой друг, – второй мужчина грустно улыбнулся, – мы стали сильнее их, и они это чувствуют. Если я сбегу, у них появится повод обвинить меня в трусости. Мои идеи тут же будут названы лживыми, и народ этому поверит. Всего лишь очередной выскочка, возомнивший себя миссией, скажут они, и будут правы.
– Тебе не плевать на слова? Подумай о жене, о друзьях. Любая жизнь ценнее смерти. Не этому ли ты учил нас?
– Это так, – второй мужчина снова улыбнулся, – но я уже перешёл черту, когда могу самостоятельно распоряжаться своей жизнью. Все без исключения варианты спасения ведут меня к дальнейшему позору. Уверен, они не зря пустили слух о предстоящем аресте. Ждут, как я себя поведу. Готовятся натравить своих псов на моё имя, чтобы обильно полить его грязью. Ещё бы, такой повод! Сбежал? Значит, врал всё это время, строя из себя невесть кого. А по факту оказался обыкновенным трусом.
– Хорошо, не хочешь бежать, давай примем бой. Когда придут солдаты, мы встретим их оружием, забаррикадируемся внутри.
– Тоже не выход. Нас просто перебьют.
– Не знаю, как тебе помочь. – Первый мужчина нервно прошёлся взад-вперёд. – Хочешь, я умру вместо тебя? Скажу, что я – это ты!
– Дружище, – второй рассмеялся мягким приятным смехом, – ты думаешь, они такие дураки и не отличат одного от другого? К тому же как я могу потом жить, зная, что из-за меня погиб невинный человек? Нет, так нельзя. Это моя судьба – и только моя.
– Что же делать? – Первый пригладил кудрявые волосы руками.
– Ничего. Пусть всё идёт своим чередом. Надеюсь, у меня есть ещё несколько дней.
Друзья замолчали, любуясь наступающим закатом. Огромное ярко-красное солнце медленно уходило за горизонт, причудливыми красками меняя цвета широкой долины и перерезав извилистыми тенями далекие каменистые горы.
– Скажи мне, – первый мужчина нарушил вечернюю тишину, – ты действительно веришь, что любовь победит? У людей короткая память, они быстро забудут об этом, после того как тебя не станет.
– Да, она обязательно восторжествует, – второй вскинул голову, посмотрел на небо, – иначе весь мир окончательно погрязнет в грязи, желчи, злобе, как это происходит сейчас. Даже маленький лучик во мраке несёт свет и тепло. Человек, который по-настоящему любит, никогда не совершит плохого поступка по отношению к детям, семье, окружающим, к природе. Когда нам хорошо, хочется делиться своим счастьем, передавая его другим.
Я уверен, что рано или поздно, может быть даже через много столетий, любовь будет править на земле. Ведь рай не на небе, он должен быть здесь. В конце концов, земная жизнь дана не для страданий, как учит церковь.
– Поэтому они тебя и ненавидят, – рассмеялся первый, – на счастье много денег не заработать.
– Вот что значит казначей, – второй хмыкнул, – мыслишь совсем другими категориями.
За спиной, на тропинке, раздался шум падающих камешков. К друзьям подошла молодая стройная женщина:
– А я вас везде ищу. Время ужинать, стол уже накрыт.
Второй мужчина обнял её и поцеловал в волосы:
– Спасибо, милая! И как ты всё успеваешь?
– Ну, одна-то я точно бы не справилась. – Женщина рассмеялась. – Накормить такую ораву – непростая задача. Твои ученики давно мне как братья – они и помогают. Идемте, хватит секретничать.
– Конечно, Мария. – Мужчина взял её за руку, кивнул первому. – Пойдем, дружище, нас заждались.
В последний раз, обернувшись на закат, они начали подниматься по склону, в сторону небольшого домика, стоящего почти на обрыве.
– Наконец-то учитель появился. – Собравшиеся около длинного деревянного стола молодые люди приветствовали второго мужчину.
– Проголодались? – Тот улыбнулся. – Приглашаю к столу – отведать хлеб и вино. Простите нас с Иудой, немного заболтались.
Зашумев, все стали рассаживаться на скамейки, весело переговариваясь между собой.
Мария поцеловала мужа в щеку:
– Милый, вы кушайте, беседуйте, я пойду в дом, чтобы не мешать мужским разговорам. – Она повернулась и быстро исчезла за открытыми дверями.
– Друзья мои, – ближе к середине ужина тот, кого называли учителем, встал, поднял бокал, – хочу выпить вино за вас, моих самых преданных учеников, с которыми мне довелось пройти такой длинный путь, что хватит на множество книг и легенд. У меня одна огромная просьба к вам, и я очень сильно хочу, чтобы вы её выполнили.
– Клянусь, сделаю всё, что ты попросишь, – вскинул свой бокал круглолицый Пётр, крепкий мужчина атлетического сложения.
Учитель рассмеялся:
– Петя, ты всегда был самым нетерпеливым. Просьба моя необычная и на первый взгляд может показаться странной. Если со мной что-то произойдёт в ближайшие дни, пожалуйста, не дайте делу моей жизни пропасть без следа.
– Ты заболел? Или дошли слухи о возможном аресте? – сидящий рядом с Петром худощавый Павел вопросительно посмотрел на учителя.
– Да. Думаю, это может произойти очень скоро. Поэтому будьте готовы отказаться от знакомства со мной, иначе вас может постигнуть та же участь.
– Что ты такое говоришь? Как можно отказаться? – Петр ударил кулаком по столу так сильно, что подскочили тарелки, а наполненный вином кувшин едва не опрокинулся.
– Вы обязаны это сделать. – Учитель развёл руками. – Сохранив свои жизни, сами станьте учителями. Несите мое слово о любви в народ, раздавайте его людям без остатка. А теперь давайте выпьем.
Вскоре пьянящее молодое вино сделало своё дело. Помрачневшие было от нехороших вестей ученики повеселели, отбросив тяжёлые думы на потом. Снова, как в прежние времена, застольные беседы перемешивались с яркими шутками, поучительными историями, весёлым смехом и добрыми песнями.
Вечером четверга, когда дневная жара спала и лёгкая прохлада накрыла город, небольшая компания молодых мужчин отправилась в сад, раскинувшийся в долине Гефсимании. Там, наслаждаясь ярким ароматом листвы, полевых цветов, слушая стрекот цикад, они неторопливо совершили традиционную молитву. На обратном пути, почти на выходе, их окружила толпа вооружённых людей, среди которых мелькали статные легионеры, облачённые в блестящие доспехи. Их командир выступил вперёд: