Владимир Моисеев – Астрономы идут (страница 2)

От добровольных помощников отбоя не было. Сама собой возникла религиозная община. Иероним назвал ее Орденом хранителей универсального телескопа. Так уж совпало, что на развалинах Обсерватории обнаружили сохранившийся большой телескоп и пять маленьких, универсальных. Он посчитал это знаком свыше.

Иероним много думал о будущем, искренне полагая, что без духовного единения невозможно наладить жизнь. Это требовало бережного отношения к людям, способным думать. Он решил, что хорошо было бы собрать в одном месте ученых, философов и библиотекарей, обеспечив им надежную защиту и возможность свободно познавать мир. Для этой цели он основал Монастырь, не сомневаясь, что умные люди должны некоторое время пожить обособленно и спокойно заниматься делом, не отвлекаясь на пустяки. Это был самый простой способ добиться интеллектуального возрождения.

Служение общему делу и монашеское послушание — вот что, по мнению Иеронима, должно было спасти людей от бесконечной череды невзгод и лишений.

Он не ошибся. Монастырь оказался тем ядром, вокруг которого стала налаживаться нормальная жизнь.

Из множества высказываний Иеронима, достойных упоминания, людям почему-то больше всего понравилось одно, уж очень понятно и доходчиво оно звучало. Из уст в уста передавался отрывок из проповеди, который получил особое название — «Обещание святого Иеронима». Собственно, сама притча, как впоследствии доказали монастырские философы, была сочинена прежними людьми еще до Вонючего рассвета, но непререкаемый авторитет Иеронима, сделал Обещание необыкновенно популярным. Самые разнесчастные крестьяне из далеких деревень, знали его наизусть и заставляли зазубривать своих детей. Именно эта короткая проповедь оказала самое сильное воздействие на историю выжившего после Вонючего рассвета человечества. Именно эта притча стала поводом для признания Иеронима святым.

У людей появилась уверенность в светлом будущем. «Обещание святого Иеронима» стало догмой, абсолютной истиной. В нее поверили верующие и сомневающиеся, богатые и бедные, умные и дураки, активисты и пофигисты. Отныне все без исключения строили жизнь согласно «Обещанию». Населенная людьми территория получила название Мира святого Иеронима.

Часто спрашивают:

— Можно ли рассчитывать, что жизнь со временем наладится, и мы победим все напасти и беды?

Отвечаю:

— Конечно. Есть две возможности: фантастическая и абсолютно реальная. Фантастическая — мы справимся со своими проблемами сами. Реальная — прилетят небесные покровители и вернут мир, утерянный после Катастрофы и Вонючего рассвета, где мы счастливо заживем в свое удовольствие.

Святого Иеронима не интересовала реальная власть над людьми, только их интеллектуальное развитие. Этим немедленно воспользовались социально активные личности, почувствовавшие, что появился шанс, который глупо упускать. Они по достоинству оценили «Обещание» и поспешили основать правящую и поныне династию Наблюдателей. Явную вторичность их идей и убеждений легко можно было установить, обратив внимание на их действие — они установили на огромном камне перед своим главным Замком остатки трубы телескопа. Все их помыслы, вся их деятельность были направлены на то, чтобы первыми обнаружить прилетевших покровителей. Они это и не скрывали. Девиз Наблюдателей был прост: «Кому первому Бог даст увидеть небесных гостей, тот поест вдоволь!»

Преимущество первооткрывателей казалось королям Наблюдателей настолько огромным, что они стали каждую ночь обследовать небо. Сначала визуально, а потом выменяли универсальный телескоп в Монастыре.

С тех пор прошло более двухсот лет, но соперничество двух претендующих на руководство миром институтов не прекращалось ни на минуту. Это было тем более странно и бессмысленно, что интересы сторон не пересекались: Монастырь заботила исключительно духовная сторона жизни, а Замок — развитие государственных структур, социальное устройство общества и удовлетворение собственных материальных запросов. Непонятно, как они могли помешать друг другу! Но вражда от этого не становилась менее жесткой и решительной. Впрочем, до открытых вооруженных стычек дело не доходило. До поры до времени…

Глава 2

Деревня

Жить в деревне — не мед с пальца слизывать. Но скучно не было. Папаша с раннего детства вдалбливал Андрею странные идеи.

— Послушай меня, Андрюха, — часто говорил он сыну, постукивая кулаком по столу в такт словам, наверное, чтобы сын лучше понял. — Если будешь себя хорошо вести, то обязательно попадешь в Резервацию, где из тебя сделают настоящего образованного человека. Сдается мне, что у тебя получится. Только надо как следует постараться. Захоти — и обретешь!

Что такое Резервация Андрей по молодости лет еще не знал. Он считал, что это какое-то царствие небесное, не имеющее отношения к реальному миру, который по его представлению, состоял из деревни, Монастыря, откуда время от времени наведывались монахи, чтобы полакомиться ягодами, и страшного Замка, властителей которого интересовали только налоги. Долгое время Андрей не догадывался даже о том, что поблизости существуют другие деревни, где также живут люди. Но в один прекрасный день он понял, что мир огромен. Это открытие оказалось одним из сильнейших потрясений в жизни. Произошло все совершенно случайно. Однажды он услышал, как отец сурово выговаривает матери:

— Смирись, женщина, придет время, и я отдам Андрея наставникам в Резервацию, пусть обучат его своим умениям. Так испокон веков заведено в нашей деревне. И не мне менять правила. Собственно, поэтому мы и называемся — деревней, а не какой-нибудь лапотной дырой. Каждый год у нас забирают детей в Резервацию. Для обучения. Согласно замыслу святого Иеронима. Это привилегия — наши дети не глупее других. Поняла? Мы хотим, чтобы наши дети стали образованными. Имеем право. Слава святому Иерониму! Но это и обязанность! К нам придут и спросят: «Где умные дети»? Поняла?

— Неужели тебе не жаль нашего мальчика? Двенадцать годков ему только исполнилось. И что это за обучение такое? Для каких дел его готовить будут?

— Для светлой жизни, не сомневайся!

— А с чего ты взял, что в Монастыре его ждет светлая жизнь? Монахи сказали, а ты и поверил? А если Андрей попадет в Замок? Говорят, что Наблюдатели безжалостны и жестоки.

— Но только не со знающими людьми, — резко сказал папаша. — С образованными везде хорошо обходятся, хоть в Замке, хоть в Монастыре, таков закон! А может случиться, что Андрюха исполнит завет святого Иеронима и первым обнаружит наших небесных покровителей! Ты подумала об этом? Еще и мы с тобой прославимся.

Мать заплакала. Пожалела сына. Но отвечать не стала. Значит, согласилась, что образованным человеком быть хорошо.

В деревне о Резервации знали мало. Иногда только староста Силантий стращал недорослей своим зычным голосом:

— Я вам задам, басурманы! Если будете плохо ягоды собирать, так и знайте, не возьмут вас в Резервацию. Да и что вам там делать? Ленивых наставники не любят. Три шкуры сдерут, пока знания не затвердите! Вспомните доброго дядю Силантия, да поздно будет!

Папаша, впрочем, говорил Андрею иначе:

— Скоро к нам в деревню приедут наставники из Резервации, если станут вопросы задавать, так ты отвечай с достоинством и думай сначала, не ляпни какую-нибудь глупость. Они этого не любят.

— А в Резервацию когда ребят забирают: когда умно говоришь, или когда невпопад болтаешь? — не понял Андрей.

— Отбирают по уму, глупых и ленивых им не нужно.

— Что ж ты, папаша, своего единственного сына в Резервацию отдаешь? — удивился Андрей, некстати вспомнив причитания матери. — Не жалко, что ли?

— Да я бы и сам пошел, да только мой срок вышел, никому я там не нужен. А тебе двенадцать лет стукнуло, пора определяться!

— А вот староста говорит…

— Много твой староста понимает! — грубо оборвал папаша. — Не слушай его. Попадешь в Резервацию, считай, что переломил судьбу, будешь жить поживать — добра наживать. Еще, глядишь, и нам, родителям твоим, что-нибудь да перепадет! Пойду, помолюсь Богу. Может быть, у тебя и получится.

На Андрея слова папаши произвели чрезвычайно сильное впечатление. Вот тут-то он и догадался, что мир не ограничивается деревенской околицей. Теперь он знал, что кроме их поселка, Монастыря и Замка на свете существуют и другие деревни, где обитают какие-то лапотники! Папаша недолюбливает их и не хочет быть похожим на них, говорит, что они глупые, потому что даже не пытаются пристроить своих детей в Резервацию и дать им образование. И живут они совсем не так, как принято в их деревне! Получается, что папаша встречался с ними и, может быть, даже разговаривал, раз уж знает о них так много.

А еще где-то далеко-далеко, в Монастыре или Замке, оказывается, живут могущественные чужаки, которые непонятно каким образом наслышаны о существовании Андрея и намерены теперь вертеть его жизнью по своему разумению, не спросив на то разрешения не только у него самого, но даже и у папаши. Страшно, конечно, но он им зачем-то понадобился, раз они собираются отобрать его у родителей и отправить в свою Резервацию. Вот так дела!

Эти разговоры смущали Андрей, ему было страшно, но и любопытно. Неужели он вскоре собственными глазами увидит других людей?