Владимир Мельников – Оскал Стикса (страница 46)

Ахрип с Плахой, направляясь к ксеру, заглянули на биржу. По пути к ним присоединился и Умник.

– Ну, что тут у вас новенького? – обратился глава стаба к двум парням, которые дежурили на бирже, находясь на реабилитации после ранений. – Какие есть новые предложения от народа?

– В основном рацпредложения по улучшению быта. Рассматриваем. Как обобщим, доложим Плахе. Но есть интересное от мужика из воронежской группы. Он сейчас в ассенизаторах трудится и мотается отходы вывозить из стаба. Вот у него вроде бы дельное предложение по «тройникам». Мы на ближних устроили пункты наблюдения и места базирования для патрулей. Сейчас на них землянки, укрепления из мешков с песком или, в лучшем случае, из бетонных конструкций. Он предложил собрать небольшую бригаду, которая будет на «тройниках» обустраивать капитальные сооружения для хранения запасов и укрытия личного состава в случае опасности.

– Думали об этом в дальней перспективе, – отмахнулся Плаха. – Пока все ресурсы на строительство внешней стены.

– У него проще вариант. На кластерах попадаются памятники с бронетехникой. Я сам несколько штук видел. Вот он и предлагает эти танки и самоходки на тройники переместить. Защита получится капитальная.

– Слушай, Плаха, а он прав. Небольшая бригада может в короткий период времени подготовить на министабе укрепленный пункт. Найдут трактор с ковшом, отроют котлован, выгонят в нем стены, сверху перекрытие, а потом приволокут и наверху поставят танк с памятника. Внизу склад и место для отдыха, вверху наблюдатель и капитально защищенная огневая точка. Пять или шесть человек в такую бригаду хватит. При чем, при одном мастере остальные могут быть вообще без специальной квалификации. А вывозом мусора могут и люди без инициативы заниматься. Давайте парни, энтузиаста этого к себе вызывайте. Условия вы поняли: пятерых в помощь пусть сам подбирает, оружие и боеприпасы выдадим, все материалы и технику ищут сами на кластерах в составе групп добытчиков. Срок ему – неделя для обустройства первой такой точки.

Отходя от биржи Ахрип продолжил разговор: – Понимаешь, Плаха, и дерьмо вывозить надо специалисту, но инициативных людей надо выделять из общей массы. Особенно если у таких людей много всяческих предложений. И дело тут не столько в том, чтобы получить от них больше пользы, а в том, чтобы дать им в самореализации выплеснуть накопившуюся энергию.

– Добавлю, – поддержал разговор Умник, – любое государственное или общественное образование, где присутствует разделение на слои общества, где имеет место перераспределение благ, всегда будет иметь внутреннее напряжение. Всегда есть и будут люди, которые считают, что они работают больше, а получают меньше. Или могли бы получать больше. В общем – с чем-то несогласные. Такое недовольство способно объединять и накапливать в этих слоях определенную негативную энергию, которая впоследствии выливается в протестной форме. Хорошей отдушиной служат «социальные лифты», когда человек имеет возможность изменить свой социальный статус и, как следствие, свой достаток. Например, был каменщиком, потом стал бригадиром, за тем мастером и так далее. Более-менее это хорошо наблюдать в армии, когда солдат понимает, что при определенных условиях: знания, опыт, ну и удача, конечно, он может подниматься по карьерной лестнице.

– Ага. Расскажи мне сказки об этом. Если у твоих родителей нет средств для твоего обучения в вузе, так и будешь простым работягой. А у денежных родителей детям проще, – отмахнулся Плаха.

– Готов спорить. Не все зависит от денег родителей. Они могут сколько угодно вкладывать в свое чадо, но если ему не дано или выбрали не то направление в его образовании, толку буде очень мало. Сколько таких дипломированных торгуют на рынках или работают в такси? Но я же не об этом изначально говорил. Я о том, что должны быть условия, при которых активный человек мог бы иметь возможность из низов общества подняться выше своего прежнего статуса. Такая надежда и дает возможности для инициативы, для совершения каких-то героических поступков. В царское время, например, купец мог стать дворянином, при награждении рядом орденов за какие-то выдающиеся заслуги. А если должности передаются по наследству, или на них назначают не по способностям и умениям, а по блату, то такому образованию, будь-то государство, организация или фирма, не долго осталось существовать.

– У нас нет расслоения по материальным благам.

– Это пока нет. Сейчас мы декларируем «военный коммунизм» – все добытое в общую копилку и каждому по потребностям исходя из возможностей копилки. И это, несмотря на то, что кто-то с риском для жизни мотается по кластерам, кто-то в столовой поваром или прачкой работает, а кто-то от рассвета до заката горбатиться на стройке. Со временем расслоение будет значительным. Руководство и их окружение. Военные. Появятся торговцы. Да и люди с особо полезными дарами по своему благосостоянию будут выделяться. Появятся касты. Вот я и говорю, что нужен реально работающий механизм, позволяющий обычному работяге, подняться выше, поменяв свой статус в обществе. Должна быть возможность для активных. А пассивным и на их месте хорошо. Охраняют, еда и живчик есть и таким этого достаточно. Они, конечно же, видя условия и достаток других, будут недовольно гундеть, но на этом все и закончится. «Диванные» эксперты.

– Откуда, Умник, ты такое знаешь?

– Я, Плаха, в библиотеке одно время работал и много книг прочитал. Потому меня в Умника и окрестили.

– А ты вообще-то, чего приходил, Умник?

– Информацию принес. Источник сообщил, что Пират собрался уходить. С ним тридцать человек. Сегодня после обеда прейдут к тебе по этому вопросу.

– Надумал-таки уйти. Он с первого дня говорил. Я считал, что передумает. Ну, вольному – воля. Поговорим. Лишь бы к стабу лояльными их группа осталась.

– Мои люди с ними тоже уйдут. Двое, но друг о друге не знают. Так что компания будет под присмотром.

– Надеюсь, что сам Пират о них не в курсе?

– Обижаешь, командир. Они давно с ним ошиваются.

– Хорошо. Значит после обеда пожалует. Ладно. Покажу свое удивление, попробую отговорить.

Ксер Неля располагалась в отдельном помещении. Для нее был установлен строительный вагончик, который оборудовали всеми удобствами.

– Как дела, Неля?

– Тружусь в меру сил, Дед Ахрип.

– Над чем сейчас трудишься?

– Дефицитные дозвуковые патроны клепаю.

– После гороха есть подвижки в даре? Кажется, в Таборе ты подряд могла десять патронов копировать подряд, а потом перерыв?

– После двух горошин могу тридцатку делать подряд, а потом пол часа перерыв. Прогресс есть. Герыч говорит, что еще после двух приемов количество копий увеличится, а перерыв будет меньше. Сила дара быстрее станет восстанавливаться.

– Покажешь Умнику, как работаешь? А то он много слышал, а в живую процесс не видел.

Неля перешла к своему рабочему месту и расположилась в кресле. Справа от нее на столике стояла коробка с автоматными патронами калибра 5,45. На столике слева, на донышке гильзы, стоял образец для копирования.

Девушка, взяв в одну руку образец, вторую опустила в коробку, зажав пару патронов. Внешне никаких изменений не произошло, но спустя несколько секунд в ее правой ладони уже был патрон-близнец образца с пулей, окрашенной черной и зеленой полосками вершиной. Из ладони в коробку высыпался порошок.

– А это что? Отходы производства? – уточнил Умник, показав на порошок.

– Не совсем. Это остатки от переделываемых патронов. Одного мало, а два много. Вот излишки и превращаются в порошок. Его потом также можно использовать для копирования как сырье. Жалко, что ладонь небольшая и больший калибр не помещается. Для копирования необходимо, чтобы образец был полностью в кулаке, а в калибре 12,7, как ни стараюсь, что-то, но выглядывает.

– Такой патрон и из моей ладони выглядывать будет. Пошли, Умник. Нечего девушку отвлекать. Ксеры себе не принадлежат. Они как птицы в золотой клетке: все есть, всем обеспечены, только времени для себя нет.

Глава № 36.

Уход

П

ирата

Пират заявился в штабную палатку сразу после обеда. Только закончился короткий, в десяток минут, густой теплый дождь, выпавший из внезапно набежавшей тучи.

– Здаров, Пират. Давно не виделись, – Дед Ахрип изобразил на лице удивление. – Намок? Присаживайся. С чем пожаловал?

– И откуда так внезапно этот дождь?

– Это Улей, парень. Перезагрузка выхватила где-то дождевое облако. Ветром отнесло сюда. Так с каким вопросом пожаловал? Чем, так сказать, обязан?

– Да не вопрос у меня. Я не сам, а с парнями. Уходим.

– Надумал, таки.

– Надумали, Дед Ахрип. Чего тянуть, если решили.

– И много вас?

– Тридцать два человека.

– Знаешь, Пират, а я отговаривать тебя не стану. Вначале хотел отговорить, но не буду. Вольному – воля. Вот только как дальше сосуществовать будем?

– Обид у нас нет ни у кого. Какие обиды, если всех нас вытащили с того света. Приютили, обучили. Поэтому и хотим сразу обсудить, что и как дальше будет между нами. У каждого свой надел должен быть.

– Я помню уговор, что стаб на твою делянку претензий не имеет. Пошли сразу к карте, посмотрим. Ты сам будешь или еще кто-то из твоих поучаствует?

– Сам. Мне доверяют.

– Дело ваше. Вот смотри, – Ахрип остановился возле большой карты и ткнул пальцем в самом внизу в белый островок, обрамленный черными полями. – Это наш стаб. Вот тут, – он перевел палец выше и левее, – кластер, где ваша часть перенеслась. Предлагаю по этому кластеру и определить границу зоны влияния. Правило простое – в зоне влияния первыми «мародерят» хозяева. Если что-то надо соседям, это решаем переговорами. Вольные рейдеры – на свой страх и риск. Когда на выход?