Владимир Майоров – Тетрадь. Находка при отягчающих обстоятельствах (страница 9)
– Ну а чего тебе больше всего хочется?
– Хочется? Я собираюсь поступить в астрономический кружок.
– Правильно! А в тетради – лекции по астрономии. Смотри! Это же твой почерк. Это лекции, которые ты ещё не записала.
– То есть, их ещё нет.
– Нет.
– А здесь они уже записаны.
– Да.
– Так они есть, или их нет?
Тут вспомнилось словечко, слышанное от Кузнечика. Колька решил щегольнуть перед одноклассницей:
– Их и есть, и нет одновременно. Это диалектика.
Олеся вздохнула:
– Ты хоть знаешь, что это такое? – и увидев, как смутился Колька, сжалилась над ним. – Ладно, скажи лучше, откуда химия взялась?
– А что за папка, в которую ты клала тетрадь?
– Это я у папы взяла, – и глаза у неё стали круглыми как два озерка. – Он же в химическом институте работает!
Решили положить тетрадь просто в Олесин стол. К концу занятий химическая абракадабра исчезла, и остались ровные строчки Олесиного почерка. А на первой странице в верхнем углу проявились два слова: Макаронова Олеся.
– До свидания! – Олеся раскрыла дверь.
– А ты разве не пойдёшь, ну… проводить.
Она ухмыльнулась и крикнула:
– Мам, я во двор спущусь. Ненадолго.
На следующий день Колька пришёл в школу пораньше, чтобы рассказать Кузнечику о новом открытии, но друг, почему-то, задерживался. В дверь впорхнула Светка, бросила сумку на пол и, словно небольшой притихший вихрь, опустилась на стул рядом с Колькой. Её окружало облако ароматов, которое вибрировало, будто струны арфы.
Из общего букета поочерёдно выплёскивались запахи то сирени, то лаванды, то других, неизвестных Кольке растений.
– Кузнецов заболел. Ангина.
– Откуда ты знаешь?
– А он мне звонил. Сначала тебе позвонил, а потом мне. Потому что тебя допоздна дома не было. Опять с Макароновой целовался?
– Мы физикой занимались.
– Конечно, физикой. То-то Макаронова после ваших занятий такая вся не от мира сего. Ничего вокруг себя не замечает… Можно, пока Кузнечика нет, я здесь буду сидеть?
Колька, неожиданно для себя, посмотрел на первую парту у окна, где Олеся сосредоточенно искала что-то в рюкзачке.
– Никуда твоя Макаронова не денется. Пусть немного поревнует. Это полезно.
Колька сделал вид, словно не понял, о чём речь. Светка по-хозяйски положила на стол учебник и тетрадки.
– Меня Лукша не хотела в школу пускать. Говорит, благоухаю, как цветочная поляна. Чувствуешь?
– Угу, – промычал, покраснев, Колька.
– В пятницу диктант на причастные обороты, а я их не понимаю. Поможешь? – Колька пожал плечами – почему бы и нет. – Завтра родители вечером в театр идут. Никто мешать не будет.
Он почувствовал новую вибрацию запахов. Дуновение сквозняка тронуло его ароматом ландышей.
– Между прочим, я целуюсь гораздо лучше твоей Макаронины.
– Откуда ты знаешь? – огрызнулся Колька.
– Сам убедишься.
Светка сказала, что они начнут заниматься в пять. Когда он пришёл, Светкина мама оказалась дома. Как Колька ни отнекивался, она накормила его борщом и котлетами.
– Я знаю, мальчишки всегда голодные. Сожрут всё, что положишь.
– Ешь, а то хуже будет, – прошептала Светка. – Сейчас папаня придёт, и они испарятся.
Во время занятий Светка нарочито громко повторяла вслух правила.
– У вас завтра диктант? – спросила мама, заглянув в комнату. – Ну, занимайтесь, занимайтесь. Мы уходим…
Ещё минут пятнадцать Светка, правда без прошлого энтузиазма, постигала премудрости причастных оборотов.
– Всё. Теперь уж точно не вернутся, – вдруг заявила она и захлопнула тетрадь.
– Мы ведь только начали, – удивился Колька.
Она поднялась и потянула Кольку за руку:
– Вставай! Ну что ты, будто деревянный.
Он почувствовал аромат, как в школе, но более слабый.
– Мама сказала, этих духов надо брать чуть-чуть.
Глянула на стол, вздохнула:
– Да ну их, эти причастные обороты, всё равно ни фига не понимаю. Спишу у кого-нибудь… Давай лучше видик смотреть. Маман скачала новый сериал, говорит – жутко интересный.
Фильм и вправду был интересный, но Колян мало что запомнил. Потому что главным было лёгкое касание её плеча, невесомый чуть дурманящий запах и ладонь, будто ненароком оказавшаяся в его ладони. Колян боялся пошевелить рукой, лишь бы не спугнуть это бесконечное мгновение.
– Скоро предки заявятся, – Светка выключила телевизор и глянула в зеркало.
– Пошли пить чай.
Размешивая серебряной ложечкой сахар, с видом победительницы посмотрела на Кольку:
– Так кто лучше?..
– Опять с Олесей занимались? – как бы между прочим поинтересовалась мама.
– Нет, – Колька сделал вид, будто поглощён вечерними «Новостями», – со Светкой к диктанту готовились.
– А родители дома были?
Погасив свет и пытаясь уснуть, Колька анализировал доносившиеся звуки: машина зарычала под окном, Дрона протопала к своему коврику, родители беседуют о чём-то на кухне…