Владимир Майоров – Апробация (страница 5)
– Хорошее, но старое, – согласился Автандил.
– Хорошее старым не бывает, – возразила девушка.
Некоторое время шли молча. Погода стояла не февральская. При полном безветрии планировали большие пушистые снежинки, а тротуар, который не успевали убирать, поскрипывал лёгким морозцем.
Наконец Автандил решился:
– Позвольте узнать, как Вас зовут?
– Жаль, – вздохнула спутница, – Я надеялась, Вы не спросите. Пока не знаешь имени, всё так необычно, странно… А потом становится очень просто и скучно.
– У нас просто не будет, – пообещал Автандил.
– Вы вправду так думаете? – девушка неожиданно остро взглянула на него. – Тогда, может быть, признаетесь, как
– Почему не признаться. Автандил.
– Шутите.
– Да нет, правда. Меня так родители назвали.
– А что это означает, не сказали?
– Сказали. Когда вырастешь взрослым – сам поймёшь.
– Так Вы ещё очень молодой?
– Наоборот, Очень старый.
– Ну, уж, и старый!
– Нет, правда, я два института закончил.
– А работаете продавцом.
– Это временно. На жильё зарабатываю.
Прошли Садовым до Смоленской и свернули не Плющиху.
– Вот и наше общежитие, – вздохнула Белоснежка.
Помолчали. Девушка коснулась ладонью его груди.
– Идите уж. А то жена сердиться будет.
– У меня нет жены.
– Всё равно, идите. Вам завтра рано на работу.
– Погодите! Когда мы встретимся? Я же обещал показать удивительное место. Я не обманываю.
– Завтра вечерние занятия. Только в восемь заканчиваются.
– Отлично! Буду ждать в восемь пятнадцать. Надеюсь, к тому времени арку уже заасфальтируют.
– Посмотрим, – Белоснежка махнула рукой и побежала к подъезду.
Ощутив на щеке жгучее прикосновение красного пятнышка ядерного прицела, Автандил, будто ненароком, скатился на пол и юркнул под кровать. А потом уже проснулся.
Под кроватью было тесно и очень пыльно. К тому же, он и тут не чувствовал себя в безопасности. Ведь для ядерного прицела стены не являются препятствием. Сейчас как шарахнут – дом в клочья. Петькиных бомжей жалко – они-то ни в чём не виноваты…
Засвербило в носу. Автандил чихнул. Потом чихнул ещё раз. Поток быстрого воздуха несколько проветрил мозги и вернул пробудившегося на порог реальности. Выдвинул из-под кровати голову и огляделся. Быть может, почудилось? Или сон глупый приснился?
Сон был точно. Но вот глупый ли? Перед глазами вновь возникла чарующая картина – шелестящие, лениво перетекающие друг в друга змеиные кольца, напоминающие неохватные трубы газопровода, покрытые серебристыми перьями…
Автандил тряхнул головой, и видение исчезло. Он снова находился в привычном мире. За привычным окном потягивался привычный просыпающийся город. Где-то в этих каменных джунглях тлеет костёр
Стоп! Автандил затаил дыхание и сосчитал до десяти. Осознать болезнь – значит наполовину победить её. Правда, остаётся ещё вторая половина, но о ней лучше не думать. Цепляться за реальность, пока ещё можно отличить то, что есть, от того, чего никогда не будет. Прошёл в ванную, плеснул в лицо холодной водой, посмотрел в зеркало.
А ведь, правда, есть в этом лице нечто марсианское…
Лифт был занят, и Автандил спустился по лестнице. По пути заглянул в почтовый ящик – вдруг есть что-нибудь для хозяев квартиры. Было письмо, но не для хозяев. На конверте стояло его имя. Пожав плечами, Автандил вскрыл конверт и достал листок странной – желтоватой и очень плотной бумаги. Весь он был испещрён рисунками, нанесёнными чёрной тушью. Удивлённо повертев в руках послание, Автандил вернул его в конверт и положил в карман. То ли ещё будет – пронеслось в мозгах.
Решил проверить, удалось ли откачать воду из промоины? Никаких машин рядом с аркой не наблюдалось, на земле чернел прямоугольник свежего асфальта, а длинная трещина, что явилась на стене, была заклеена полосками бумаги с печатями.
Сердце забилось так сильно, что перехватило дыхание. Сглотнул комок, невесть откуда взявшийся в горле, и шагнул в полутьму. Арки с противоположной стороны двора опять не было, как и вчера утром. Он побежал, задыхаясь, завернул за угол, остановился. Тот самый коридор меж домами. Крадучись, прошёл по нему. Вот они – тупик и лестница. Никуда не делись. Спускаться одному почему-то было жутко. Да и незачем. Он повернулся и снова побежал. «…Вечером… Вечером…» – стучало кровью в мозгу. Очнулся лишь, вдохнув дымок спешащих автомобилей. Оглянулся… И с чего это он так перепугался? Ничего странного вокруг не наблюдалось. Ну и ладно. По крайней мере, сегодня не опоздаю на работу.
Арам уже поджидал его.
– Я тут такого нарассказал, услышишь – не поверишь.
– А хорошо бы поверить, – возразил Автандил, – Меня ведь спрашивать будут.
– Ты женишься! – азартно сообщил Арам, – Невеста – красавица. Отец – миллионер из Саудовской Аравии. Обещал купить тебе весь этот рынок – ну, свадебный подарок молодым, понимаешь?
– Ты свихнулся? – обалдело прошептал Автандил. – Какая Саудовская Аравия! Она же беленькая как невыпавший снег.
– А разве я сказал, что чёрненькая? Тебя что, будущий тесть не устраивает? Нефтяные скважины не устраивают? Я тут мучился, такого тестя подыскал, а он не доволен!
– Доволен я! – вскричал неожиданный жених, – Вот только у твоего магната все дочери черноволосые, а… – он запнулся и только сейчас сообразил, что Белоснежка так и не назвала своего имени.
– Ты меня за кого держишь! – возмутился Арам. – Думаешь, Арам – трепач? Думаешь, я тебе мозги пудрю? Смотри! Да? – и сунул Автандилу свёрнутый в трубочку глянцевый журнал.
Автандил развернул и замер, не успев произнести и полслова. С большой фотографии улыбалась его Белоснежка, только странно одетая – в чёрной мантии и плоской квадратной шапочке с кисточкой.
– Похожа? Да? – Арам был удовлетворён произведённым эффектом.
– Откуда у тебя
– Парень один оставил, забыл, наверное. Я смотрю – мордашка знакомая…
– Что за
– Странный какой-то. Длинноволосый такой, джинсы рваные. Я бы такого в гости не позвал. Зашёл, носом повертел и это оставил.
Автандил снова посмотрел на журнал. Только сейчас он сообразил, что строчки вьются непонятной арабской вязью.
– Что здесь написано? – спросил он, – Ты понимаешь?
– На соседней линии Колька работает, чемоданами торгует. Он в Инязе учится, арабский знает. Я к нему зашёл. Только глянул – сразу всё рассказал. Тут написано, что третья дочка нефтяного магната Абу-Аттаха получает диплом об окончании Ливерпульского университета. Так что напрасно на Арама ругался. Арам всегда правду говорит.
– Спасибо! – вздохнул Автандил, аккуратно свернул журнал и положил в карман куртки.
– Ну, и как там у тебя? О`кей?
Автандил пожал плечами.