Особо выделим исследования известного курганного могильника в урочище Клады у ст-цы Новосвободная в Прикубанье. В 1950 г. А.А. Иессен провел его обследование и снял план курганной группы (Иессен А.А., 1955; Попова Т.В., 1963, рис. 2; табл. 43, 5). Раскопки могильника были возобновлены в 1979 г. Кубанской экспедицией ЛОИА АН СССР и продолжаются поныне[32]. В результате изучена значительная серия комплексов, включая дольменообразные гробницы (в курганах 31 и 35), стены одной из которых были расписаны красной и черной красками (Бочкарев В.С., Резепкин А.Д., 1980; Бочкарев В.С. и др., 1983а, б; 1987; Резепкин А.Д., 1981; 1983; 1986; 1987а, б; 1989; 1990; 1991б; Кондрашов А.В., Резепкин А.Д., 1988). Добытые здесь новые материалы, включающие в себя оригинальные изделия из камня, бронзы, серебра и золота, заметно превосходят по количеству и разнообразию находки из курганов, раскопанных Н.И. Веселовским. Они уже обобщены в специальном, диссертационном исследовании (Резепкин А.Д., 1989).
Исключительно важное значение имели раскопки в Прикубанье группы поселений майкопской культуры. Ведь до этого знания о бытовых памятниках этой культуры ограничивалось Долинским поселением в г. Нальчике и исследованными в 50-е годы в районе Адлера стоянками Воронцовской пещеры (Соловьев Л.Н., 1958). В 1957–1964 гг. экспедиция под руководством А.Д. Столяра и А.А. Формозова обследовала в бассейнах притоков Кубани, особенно р. Белой, более десяти поселений майкопской культуры (Формозов А.А., Столяр А.Д., 1960; Столяр А.Д., 1961; Формозов А.А., 1962; 1965; 1972; Формозов А.А., Черных Е.Н., 1964; и др.). Это Скала, Хаджох, Даховская пещера, Мешоко и другие, включая поселение Ясенова Поляна в бассейне Фарса, раскопанное в 1962–1966 гг. П.А. Дитлером (Нехаев А.А., 1990, с. 14). Изучение их позволило поставить вопросы о хозяйстве населения Прикубанья в эпоху раннего металла (Формозов А.А., 1962а), о периодизации майкопских поселений (Формозов А.А., 1962б) и т. д.
Обобщив материалы из указанных поселений Прикубанья, А.А. Формозов показал «двуприродность» майкопской культуры и выделил последовательные этапы в ее развитии (Формозов А.А., 1965). Он охарактеризовал ее как единую культуру эпохи раннего металла Северного Кавказа. Мы специально подчеркиваем данное обстоятельство, ибо в 60-е годы были предприняты попытки установить наличие в Прикубанье и Предкавказье в целом вместо единой майкопской культуры двух самостоятельных культур раннебронзового века Северного Кавказа (Столяр А.Д., 1964, с. 31, 32; Артамонов М.И., 1967, с. 3; Латынин Б.А., 1967, с. 95; и др.). Но эти попытки не были достаточно аргументированы (Мунчаев Р.М., 1975, с. 50).
Следует отметить, что ряд поселений эпохи раннего металла раскопан в Краснодарском крае и в последующие годы. К ним, в частности, относятся поселения Свободное в Красногвардейском р-не, исследовавшееся с 1981 г. (Нехаев А.А., 1981–1983; 1987; 1990; 1993)[33], Большетегинское южнее ст-цы Отрадная, открытое в 1983 г. (Динков А.Б., 1987), Гуамский грот в Апшеронском р-не (Трифонов В.А., 1987; 1988; 1990), у пос. Каменномостский (Ловпаче Н.Г., 1981), Унакозовская пещера в Майкопском р-не (Ловпаче Н.Г., 1987; 1992), поселение на Серегинском поле в Шовгеновском р-не (Днепровский К.А., 1991; Днепровский К.А., Яковлев А.А., 1988) и др. Отдельно выделим пос. Мысхако в Новороссийске — первое майкопское поселение на Черноморском побережье. Оно было открыто в 1969 г. (Онайко Н.А., 1974). В 1979 г. здесь А.В. Дмитриевым были проведены новые раскопки, а с 1990 г. экспедицией ИА АН СССР начаты широкие исследования поселения Мысхако (Гей А.Н., 1991, с. 66–68). Укажем, кстати, что в районе Новороссийска зафиксировано уже не менее семи пунктов с находками предметов майкопской культуры (Дмитриев А.В., 1984, с. 33).
Весьма плодотворными оказались и результаты раскопок майкопских памятников в Центральном Предкавказье. Отметим, прежде всего, проведенные в 1964–1965 гг. А.Л. Нечитайло раскопки большой группы курганов у ст. Усть-Джегутинская (ныне г. Усть-Джегута), ряд которых содержал погребения с характерной раннемайкопской керамикой (Мунчаев Р.М., Нечитайло А.Л., 1966, с. 133–151; Мунчаев Р.М., 1975, с. 228–241). Там же обследовано и майкопское поселение (Нечитайло А.Л., 1988; 1989а). Богатый бронзовый инвентарь, включая котел и псалии, обнаружен в 1976 г. Х.Х. Биджиевым в кургане 4, близ аула Кубина, недалеко от Усть-Джегуты (Биджиев Х.Х., 1980, с. 33–43). Им же раскопаны курганы у ст-цы Кардоникская Зеленчукского р-на (Биджиев Х.Х., 1988, с. 113).
Благодаря работам экспедиции ИА АН СССР исследована целая серия майкопских комплексов в центральной и восточной части Ставропольского края; курганы у хут. Жуковского Новоселицкого р-на (Державин В.Л., Тихонов Б.Г., 1980, с. 76–79; Державин В.Л., 1991, с. 9), близ селений Грушевское и Калиновское Александровского р-на (Мишина Т.Н., 1989, с. 233–256) и у с. Ореховка в Петровском р-не, а также поселения в Моздокской степи — у ст. Галюгаевской Курского р-на (Андреева М.В., Кореневский С.Н., 1987, с. 123; Кореневский С.Н., 1988б; 1989а; 1990б; 1991; 1993). Отметим и раскопки поселения близ р. Ташла в г. Ставрополе, проведенные в 1981 и 1986–1988 гг. (Кореневский С.Н. и др., 1991, с. 63, 64), и кургана 9 с раннемайкопским погребением у ст-цы Воровсколесской Андроповского р-на, на границе Прикубанья и Ставропольского плато, исследованного в 1982 г. (Кореневский С.Н., Петренко В.Г., 1989, с. 195–232).
Одним из центров концентрации памятников эпохи ранней бронзы оказался район Кавказских Минеральных Вод. Здесь, в частности, у пос. Иноземцово Железноводского р-на в 1976 г. был раскопан большой курган с богатым и разнообразным комплексом майкопской культуры (Кореневский С.Н., Петренко В.Г., 1982, с. 96–112). Но более всего исследовано памятников в г. Кисловодске и близ него (Рунич А.П., 1967; Рунич А.П., Формозов А.А., 1972; Березин Я.Б., 1982; Кореневский С.Н., 1985; 1986; 1988а; 1990а, б).
Довольно широкие исследования памятников раннебронзового века осуществлены в Кабардино-Балкарии. В 1968–1969 гг. в г. Нальчике была раскопана крупная насыпь с большой гробницей, сложенной из каменных плит и содержавшей богатый комплекс находок, в том числе бронзовый котел, золотые украшения и т. д. (Мунчаев Р.М., Чеченов И.М., 1969; Чеченов И.М., 1970; 1973; Формозов А.А., 1973). Рядом с этим курганом, кстати, зафиксировано тогда и поселение майкопской культуры (Чеченов И.М., 1970, с. 90; Бетрозов Р.Ж., 1970). Другое поселение ранней бронзы открыто на р. Урух (Нечаева Л.Г., Мизиев И.М., 1969). Но наиболее обширные исследования были проведены в бассейнах Чегема и Баксана. Начиная с 1972 г. экспедиции Кабардино-Балкарского НИИ раскопали здесь огромные курганные могильники бронзового века, содержавшие значительное число майкопских погребений с разнообразным и интересным инвентарем (Мизиев И.М. и др., 1973; Мизиев И.М., 1974; Чеченов И.М., Батчаев В.М., 1975а, б; 1976; Батчаев В.М., Чеченов И.М., 1976а, б; Батчаев В.М., Кореневский С.Н., 1980; Кореневский С.Н., 1980а; Чеченов И.М., 1980; 1992; Чеченов И.М., Керефов Б.М., 1984; и др.).
Территория же Северной Осетии, как и соседней Чечни и Ингушетии, — это область стыка майкопской и куро-аракской культур. Здесь исследованы отдельные бытовые (пещера Шау-Легет) и погребальные комплексы, связываемые с куро-аракской культурой (Любин В.П., 1966; Ростунов В.Л., 1988; 1991). Обследованы также и другие памятники III тысячелетия до н. э. (Тменов В.Х., 1975; 1980; Гиджрати Н.И., 1986; Сосранов Р.С., Черджиев Э.Л., 1990; и др.). Среди них выделим могильник у с. Сунжа Пригородного р-на, в котором в 1989–1990 гг. раскопано пять курганов майкопской культуры (Козаев П.К., 1991; 1992; Кореневский С.Н., 1993, с. 10, рис. 27–33). Следует указать и на курганы у сел. Дзуарикау, содержавшие интересные постмайкопские комплексы с сосудами на ножках, необоснованно отнесенные к куро-аракской культуре (Николаева Н.А., Сафронов В.А., 1980).
Особо следует сказать о Дагестане. Эта область Кавказа входит в ареал куро-аракской культуры. Но в последнее время сделана попытка интерпретировать некоторые памятники эпохи ранней бронзы, исследованные здесь в разные годы, как относящиеся к майкопской культуре (Магомедов Р.Г., 1991б). Поскольку ни один из них не представляет типично майкопский комплекс как по важнейшим атрибутам погребального обряда, так и с точки зрения присутствия в них характерных образцов керамики и металла, мы не можем согласиться с подобной их интерпретацией. Перед нами, скорее всего, факты, указывающие на взаимодействие и взаимовлияния культур раннебронзового века Кавказа.
Укажем на то, что отдельные находки, характерные для майкопской культуры, сделаны и на территории Северо-Западного Прикаспия (Крупнов Е.И., 1954; 1957б; Марковин В.И., 1980а; Шилов В.П., 1982; 1984).
Наконец, отметим тот факт, что в 60-80-е годы характерные образцы керамики и других категорий инвентаря, а также особенности погребального обряда, близкого майкопской культуре, выявлены в смежных регионах, в частности на нижнем Дону (Кияшко В.Я., 1968; 1969; 1979а), в Крыму (Щепинский А.А., 1965) и отдельных районах степной Украины (Збенович В.Г., 1974; Нечитайло А.Л., 1984; 1991).
