Владимир Малыгин – Крах Ордена Меченосцев (Бег в колесе) (страница 2)
Пока лужа не испарилась на таком пекле, успеваю ещё несколько раз смочить лицо влагой, заодно и пару капель в рот уронить. Пресная вода, не солёная. Значит, точно не с меня натекло. Зато стало чуть легче жить и дышать.
Уже смелее приоткрываю глаза, загораживаясь от солнца ладонью, осматриваюсь по сторонам. Улица. Лежу под стеной невысокого строения, вроде бы как из камня сложенного. И точно в луже лежу. В большой и грязной. Передёрнуло, когда понял, откуда я воды зачерпнул, и что мне в рот пролилось.
Да ладно, какие в моём нынешнем положении могут быть нежности! Кстати, несмотря на полдень – солнце в зените, на улице никого. И это явно не окраинная улочка, а широкая и просторная.
Переваливаюсь на бок. Скрипит высохшая шкура, трещит ветхая одежонка, расползается лохмотьями прямо на мне от дряхлости.
Помогаю себе ногами, чудом нахожу в грязи камни мостовой, отталкиваюсь от ребристого булыжника босыми пятками, сажусь.
Судя по ветхости одёжки, удивляться отсутствию обуви не нужно.
Ну и кто я и где нахожусь? Инстинктивно потрогал шею, осторожно потёр грязную шкуру пальцами, царапнул ногтями, коснулся гривы спутанных волос. Отдёрнул руку и уставился во все глаза на свою тощую лапку с длинными грязнущими когтями… А ноги, торчащие из рваных подобий брючин, не ноги в моём понимании, а суповой набор костей!
Понятно, от чего помер прежний владелец этого тела! От голода! То-то у меня сейчас никаких сил нет, даже просто дышать и то тяжко!
Заставляю себя встать на морально-волевых. Приходится опираться на стеночку, оставляя после себя грязные отпечатки ладоней на выбеленной поверхности.
Выпрямляюсь и судорожно набираю воздуха в лёгкие. Успешная попытка встать на ноги вытянула из этого хилого организма последние силы.
На раздавшийся сбоку разъярённый вопль почти не прореагировал, сил развернуться уже не было. Жгучая боль перечеркнула голову, тут же резануло ухо и щёку, рвануло плечо. Инстинктивно пригнулся, прижался спиной к стене, ещё больше заляпывая её грязью. Последнее я, похоже, зря сделал. Потому что и руку, и голову, и грудь с животом тут же осыпало градом обжигающих ударов. Под которыми от моей ветхой одежонки только клочья полетели.
Боль и ярость всё же придали силы, отпрыгнул в сторону, поскользнулся в грязи, не удержался и плюхнулся спиной в эту же лужу. Брызнуло во все стороны, окончательно заляпывая грязью и стену, и того, кто на меня напал.
– Так тебе и надо! – обрадовался про себя новой порции яростной ругани.
Ужом отполз в противоположную сторону, протёр глаза, перевернулся, сел и глянул на противника из-под левой руки. Правой постарался побольше грязи в ладонь зачерпнуть, чтобы было чем отбиваться.
Не пригодилось. Противник мой оказался толстобрюхим и неповоротливым. Не сумел он увернуться от брызг грязной жижи, вот и оттирал сейчас полой какой-то похожей на кафтан одёжки своё лицо. Да какое это лицо! Похожая на пригоревший ноздреватый блин морда! Вся в редких и прилипших сейчас к этому страшному блину слипшихся волосёнках!
Зря ты оттираешь, только хуже делаешь! Она же как масло, эта грязь, такая же липкая и жирная.
Зато у меня появился шанс! И я быстренько выбираюсь из лужи и даю дёру.
Но не успеваю, слишком слабое тельце у меня. Снова свистит кнут! Поднятыми вверх руками пытаюсь прикрыть голову и плечи от удара и ошибаюсь в расчётах – гибкая полоска плетёной кожи обвивается несколько раз вокруг пояса.
Сильный рывок, и я лечу назад. И снова оказываюсь в своей луже, снова летит во все стороны грязь, снова орёт разъярённым медведем мужик в кафтане, а я распутываю плеть и всё-таки удираю…
Прямо под лошадиные копыта! Только и успел увидеть стальной блеск подков. А потом всё погасло…
Напоследок ещё успел обрадоваться – хоть от жары избавился…
***
Знакомое место…
Тишина
Ау! Где все?
А где я вообще? И что у меня вообще есть? Вот здесь и сейчас, что именно есть? А ничего, кроме души! А класть её на чашу весов я как-то не желаю…И почему это меня в какие-то немощные тела забрасывают? Неужели не нашлось кого-нибудь более подходящего? Покрепче… И пусть бы ещё немного побогаче… Чтобы нищетой и убогостью не светить. Точно! Если уж даёте человеку шанс, то извольте сделать так, чтобы он нормальным оказался!
После таких моих рассуждений окружающее меня пространство словно взбаламутилось. Не понравились, похоже, кому-то всемогущему мои крамольные мысли.
Кстати, а почему у меня в таком вот неживом состоянии получается всё осознавать? Думать, размышлять и критиковать? Разве должен я помнить все свои земные воплощения? И что дальше? Висеть в этом «нечто» и ждать? Чего? Нового переноса? Так я на это заранее согласен, можете сразу и приступать. Да и ничего другого мне не остаётся. И согласие моё, я так понимаю, никого не интересует…
Пространство вокруг меня даже малость потеплело, что ли…
Ладно, одобрили и одобрили. Но тело мне прошу подобрать на этот раз более живучее! Пожалуйста!
***
Шелест и свист послышался. Еле слышный, на грани слуха… Или не слуха… Ну или что там у меня? Насторожился, забарахтался в окружающем «нечто», постарался на приближающийся звук развернуться. Получилось с трудом, но получилось!
Знакомая крылатая фигура промчалась так близко, что меня закрутило и отбросило в сторону взбаламученным потоком! Но успел разглядеть все подробности…
Архангел с окровавленным мечом! А на мече, как на вертеле, поникшее тело того самого мужичка из электрички! Вместо которого я на перрон шагнул.
Да ещё и архангел этот меня в пустоте увидел… Зыркнул глазами, как прожекторами, у меня душа самым буквальным образом в пятки ушла!
Как не испепелил только… Хорошо, что как раз в этот момент меня в сторону и отбросило!
А там пришлось подождать, пока вращение замедлилось и остановилось. Ну а пока ждал, снова голоса услышал:
– Этот опять у тебя без дела болтается?
– А куда его девать?
– Да сбросить вниз и вся недолга!
– Сбросили уже! И что из этого вышло? Мрёт, словно муха на морозе! А ведь я каждый раз энергию трачу! Ты бы своей со мной поделился, кстати… Твою же ошибку прикрываю…
– Да дохлый он потому что! Душа слабая и не боец! Нигде не выживет!
– Но ведь до своих лет как-то смог дотянуть? В своём мире…
– Так у него и мир такой, соответствующий. Бледный… Они его таким сделали, под себя подстроили, под свои слабые тела.
– Ты лучше скажи, что дальше? Наверх ему нельзя…
– А что сразу я? Ты взялся, ты и придумывай!
– Я взялся? Это ты сразу вниз сбежал, свою ошибку исправлять! Устранился, на меня всё скинул! А теперь я крайним оказываюсь? Не выйдет! Вдвоём отвечать будем!
– Тише, тише, успокойся. Не нужно так нервничать. Да и услышать могут…
– Ты совсем там, внизу, двинулся? Ну кто нас здесь может услышать? Нет же вокруг никого!
– А этот? Ошибка который?
– Твоя, между прочим, ошибка!
– Да моя, моя, ты только успокойся. Показалось, что он видел меня…
– Когда?
– Да только что! Когда я с этим грешником мимо пролетал!
– Уверен? Или показалось?
– Не знаю! Но я бы на твоём месте проверил!
– Вот когда на моём месте будешь, тогда и проверяй…
Пространство вокруг размазалось и замерло. Передо мной две огромные пернатые фигуры. Один с мечом завис, с тем самым, но только уже без тела. И крови на лезвии нет, пропала куда-то. «Успел на мойку слетать», – мелькнула мысль. Усмехнулся. И усмешка моя не осталась незамеченной. Вот как так? У меня же нечем усмехаться! А они увидели, поняли…
– А ведь он и впрямь нас видит… – вот теперь я их различил по голосу. Этого, который без меча, теперь для себя буду называть Первым.
– А я тебе что говорил? А ты «показа-алось…»
– Это ты засомневался! – не согласился с мечником Первый.
Фигнёй какой-то занимаются. Как дети малые. Делать им больше нечего!
– Как это нечего? Да у нас тут столько дел! – возмутился тут же мечник. Услышал мои мысли, гадёныш… Мечником тогда и будешь!
– Это у тебя столько дел! – тут же возразил первый архангел. – Ты-то у нас мотаешься всё время вниз, не то, что я…
– Так замотался, что ошибки начал делать. Пора перерыв устраивать. Или давай меняться? Я тебе меч, а ты мне свои весы… А ты, – строго глянул на меня. – Следи за тем, о чём думаешь. А то я ведь и рассердиться могу!