Владимир Малянкин – Семья по расписанию: Праздник каждый день (страница 16)
– А у нас своя, – поддерживает Юлия. – Но зайца давай. Пусть будет. Эклектика.
Алина тихонько лепит свой кулич – аккуратный, ровный, но без выдумки.
– Алин, ты чего такая скромная? – спрашивает Милана. – Давай фантазируй! Посыпку цветную, глазурь погуще…
– Я боюсь испортить, – признаётся Алина.
– Не испортишь, – Юлия подходит и помогает ей украсить верхушку. – Смотри: сначала глазурь, потом посыпка, а сверху можно цветочек из мармелада. Видишь?
– Красиво, – выдыхает Алина.
– Как ты, – улыбается Юлия.
Алина краснеет, но на душе у неё тепло. Она вдруг понимает, что её здесь не просто терпят – её здесь любят. По-настоящему.
Ульяна печёт идеальные куличи. Ровные, высокие, с математически выверенной глазурью. Денис бы гордился.
– У тебя как по линейке, – замечает Милана.
– А что плохого в порядке?
– Ничего, – улыбается Юлия. – Просто жизнь любит, когда есть место хаосу. Смотрите на мои – все разные, кривенькие, но душевные.
И правда, Юлины куличи – как люди: ни одного одинакового. Один выше, другой ниже, третий и вовсе набок завалился.
– Это характер, – объясняет Юлия. – У каждого свой.
Часть 4. Пасхальное утро
Солнце светит по-весеннему ярко. Снег почти растаял, только в тени ещё лежат остатки. Воздух чистый, пахнет весной и немного дымом – Владимир уже разжёг мангал.
На веранде накрыт стол. Белая скатерть, куличи, крашенки, творожная пасха, свечи. Артём нарисовал на салфетках ангелов – простых, трогательных, немного нелепых.
– Красиво, – говорит Юлия, выходя на веранду. – Как в кино.
– В кино обычно всё ненастоящее, – замечает Владимир. – А у нас всё по-настоящему.
– Это и есть кино. Наше, семейное.
Собираются все. Ульяна с Денисом, Милана с Артёмом, Максим с Алиной. Кеша сидит на перилах и, кажется, тоже хочет праздника.
– Ну что, – говорит Владимир. – По традиции: сначала куличи, потом шашлык. Порядок не менять.
– Почему? – спрашивает Денис.
– Потому что сладкое до мяса – это праздник. А мясо после сладкого – это просто обед.
– Логично, – кивает Денис и делает пометку в телефоне: «Порядок приёма пищи: десерт перед основным блюдом – праздничный вариант».
Пробуют куличи.
– Это Миланин, – объявляет Милана, разрезая зайца. – Пробуйте.
– Вкусно, – кивает Владимир. – Немного суховат, но зато форма интересная.
– Это я пересушила, – вздыхает Милана. – Заболталась с Артёмом.
– Ничего, – утешает Юлия. – Зато душевный.
Ульянин кулич идеален. Все кивают – профессионально.
– Денис, твоя жена – гений, – говорит Владимир.
– Я знаю, – отвечает Денис. – Я каждый день это проверяю.
Юлин кулич пробуют с особым трепетом.
– Мам, это… – Максим жуёт и замирает. – Это как в детстве. Тот самый вкус.
– Тот самый, – кивает Юлия. – Я рецепт не меняла 35 лет.
Алина пробует свой кулич. Он получился… нормальный. Простой. Не гениальный, но и не плохой.
– Вкусно, – говорит она неуверенно.
– Алин, – Милана обнимает её. – У тебя первый самостоятельный кулич в жизни. Это событие! Надо запомнить.
– И записать рецепт, – добавляет Ульяна. – Для истории.
Алина смотрит на всех и чувствует, как к горлу подступает комок. Она не привыкла к такому вниманию. К такому теплу.
– Спасибо, – шепчет она.
– За что? – удивляется Юлия.
– За то, что приняли. За то, что… вы как будто всегда были.
– Так мы и были, – улыбается Юлия. – Просто ты раньше не знала. А теперь знаешь.
Часть 5. Шашлык и разговоры
После куличей – шашлык. Владимир в своей стихии: мангал, дым, запах жареного мяса. Он стоит у огня, как жрец у алтаря.
– Пап, ну как? – спрашивает Максим, заглядывая через плечо.
– Ещё минута, – командным тоном отвечает Владимир. – Не мешай. Шашлык любит тишину и сосредоточенность.
– Шашлык любит, чтобы его ели, – замечает Денис.
– Это потом. Сначала – уважение.
Женщины накрывают на стол. Артём раскладывает зелень так, чтобы это выглядело как натюрморт.
– Это для души, – объясняет он.
– А есть это можно? – уточняет Ульяна.
– Можно. Но сначала полюбуйтесь.
Все садятся за стол. Шашлык дымится, зелень зеленеет, солнце светит. Идеально.
– Хочу тост, – говорит Владимир. – За Пасху. За то, что мы вместе. За то, что у нас есть друг у друга. За то, что даже когда мы ссоримся, мы всё равно любим. И за то, что наши куличи с каждым годом становятся только лучше. Ну, почти все.
– Пап! – обижается Милана.
– Я про свои, – быстро поправляется Владимир. – У меня вообще не получилось бы, если бы не Юля.
– У тебя и не получилось, – смеётся Юлия. – Ты даже не пробовал печь.
– Я морально поддерживал. Это важнее.
Все смеются. Чокаются. Едят.
Алина смотрит на Максима, на его семью, на этот шумный стол, на Кешу, который клюёт упавшее зернышко, и думает: «Вот оно. Счастье. Именно так я его и представляла. Только в книгах пишут тихо, а здесь – громко. Но это даже лучше».
– О чём задумалась? – спрашивает Максим, обнимая её.