Владимир Малянкин – Семья по расписанию: Праздник каждый день (страница 15)
– За женщин! – заорали все.
Выпили. Закусили.
Алина вдруг всхлипнула.
– Ты чего? – испугался Максим.
– Я… я так рада, что попала в вашу семью, – прошептала она. – У вас так… тепло. И смешно. И… и оладьи вкусные. Даже подгоревшие.
– Алинка, – Милана обняла её. – Ты теперь наша. Навсегда. Так что привыкай.
– Я уже привыкла.
Юлия смотрела на всех и думала: «35 лет назад я выходила замуж за одного человека. А получила целую армию. Сумасшедшую, шумную, но любимую».
– О чём задумалась? – спросил Владимир, садясь рядом.
– О том, что я счастливая, – ответила она. – Даже несмотря на твои подгоревшие оладьи.
– Я исправлюсь, – пообещал Владимир. – К следующему 8 марта научусь.
– Не надо, – улыбнулась Юлия. – Такими, как есть, вы мне больше нравитесь.
И поцеловала его в щёку.
А за окном уже чувствовалась весна. Снег таял, сосульки плакали, и где-то вдалеке чирикали первые птицы. Всё начиналось заново. Но это уже совсем другая история.
Глава 8. Пасха. «Светлое Христово Воскресение, или Битва за кулич»
Часть 1. Великая суббота. Ночь перед праздником
За окном уже темно, а на кухне – свет, жара и благодать. Юлия колдует над тестом для куличей. Руки в муке, на лбу – белая полоса (провела рукой, вытирая пот), фартук в пятнах.
– Мам, ты как будто в муке родилась, – смеётся Милана, заходя на кухню. – Давай помогу.
– Помоги, – кивает Юлия. – Только руки мой. И душу приготовь. Куличи – это не просто выпечка, это таинство.
Милана моет руки и встаёт рядом. Она смотрит, как мама ловко вымешивает тесто, и вдруг ловит себя на мысли, что в детстве точно так же стояла на табуретке и смотрела.
– Мам, а помнишь, я маленькая была и всё пыталась тесто попробовать?
– Помню, – улыбается Юлия. – Ты однажды полбанки изюма съела, пока я отвернулась.
– Он вкусный был!
– А кулич потом без изюма остался.
Они смеются. Заходят Ульяна и Алина.
– Мы с продуктами! – объявляет Ульяна. – Денис передаёт, что он настроил духовку на идеальную температуру. Умный дом будет контролировать процесс.
– Умный дом, – вздыхает Юлия. – Лишь бы не выключил свет в самый ответственный момент.
– Он обещал не выключать, – улыбается Ульяна. – Я ему сказала, что если куличи подгорят, он будет спать на кухне неделю.
Алина тихонько проходит к столу и начинает раскладывать покупки: творог, масло, яйца, специальные посыпки.
– Алиночка, ты умеешь куличи печь? – спрашивает Юлия.
– Нет, – честно признаётся Алина. – Моя бабушка пекла, но я не запомнила. Она говорила, что это женщины должны передавать по наследству, а я всё мимо ушей пропускала.
– Ничего, – Юлия подходит и кладёт руку ей на плечо. – Сегодня научишься. Смотри и запоминай. Потом своим дочкам передашь.
Алина краснеет, но в глазах у неё свет. «Своим дочкам» – это же про неё и Максима? Про их будущее?
– Мам, ты её смущаешь, – замечает Максим, заглядывая на кухню.
– Я учу, – парирует Юлия. – А ты иди отсюда. Мужчинам на кухне в Пасху делать нечего. Только мешаете.
– А папа?
– Папа – исключение. Папа будет носить дрова для мангала. Завтра на даче шашлык.
Максим уходит, а женщины остаются. Четыре поколения (почти) на одной кухне: Юлия – хранительница традиций, Ульяна – прагматичная дочь, Милана – творческая душа, Алина – будущее семьи.
Часть 2. Мужской штаб
В зале мужчины смотрят футбол. Ну, как смотрят… Владимир дремлет в кресле, Денис читает что-то на телефоне, Артём рисует в блокноте.
– Скучно, – говорит Максим, заходя. – Может, поможем им?
– Кому? – не просыпаясь, спрашивает Владимир.
– Женщинам. На кухне.
Владимир открывает один глаз:
– Ты хочешь на кухню? В Пасху? Где женщины делают то, что они делают лучше нас, а мы только мешаем?
– Ну… да.
– Макс, – Владимир садится. – Запомни правило: есть зоны, куда мужчина может заходить только по приглашению. Кухня в большой праздник – священная территория. Там матриархат.
– А что нам делать?
– Нам – ждать. И быть готовыми к главному: завтра есть куличи и хвалить. Даже если они не очень. Особенно если не очень.
– А если они очень? – спрашивает Денис.
– Тогда хвалить в два раза громче.
Артём поднимает голову:
– Я могу написать оду куличу. В стихах.
– Пиши, – разрешает Владимир. – Хоть поэму. Женщины любят, когда их творчество ценят.
В этот момент с кухни доносится взрыв смеха. Мужчины переглядываются.
– Что-то пошло не по плану? – настораживается Максим.
– Нет, – улыбается Владимир. – Это значит, что у них всё хорошо. Смех на кухне – признак того, что еда будет вкусной.
Часть 3. Кулинарный батл
– А теперь самое интересное, – говорит Юлия, доставая формочки. – Будем печь.
– А можно я свою форму попробую? – спрашивает Милана и достаёт из пакета формочку в виде зайца.
– Заяц? – удивляется Ульяна. – На Пасху?
– А что? Символ плодородия. Весны. Обновления.
– Это кролик, – поправляет Ульяна. – Пасхальный кролик. Это западная традиция.