Владимир Малик – Тайный посол. Том 1 (страница 45)
Тревожно заныла зурна. Из помещений с криками и руганью выскакивали янычары, на ходу прилаживая одежду и оружие.
Гамид поспешно выехал из крепости к своему отряду. Сафар-бей вернулся к себе: ему хотелось повидать Адике. С каждым днем он все больше влюблялся в девушку и не пропускал возможности лишний раз показаться ей на глаза. Несмотря на жестокий и холодный характер, перед Адике он чувствовал какую-то непонятную стеснительность, даже робость, и неодолимая сила все время влекла его к ней.
Возле калитки его нагнал запыхавшийся Джаббар. Его длинное морщинистое лицо покрывали капельки пота, в глазах светилось недоумение.
– Что случилось, Джаббар? – нахмурился Сафар-бей.
– Ага, там… внизу… совсем не мертвый… тот гяур… Глазами моргает. Как быть – добить его или живьем закопать?
– Что ты мелешь? Не мог он ожить! Тебе показалось спросонья!
– Аллах свидетель, я не спал. И не показалось мне, тот гяур живой!
Сафар-бей круто развернулся и почти бегом бросился назад в подземелье, Джаббар едва поспевал за ним.
Узник и вправду был жив. По его телу время от времени пробегала дрожь. Сафар-бей выхватил ятаган и рассек веревку. Отяжелевшее тело казака упало ему на руки. Бюлюк-паша положил его на пол и велел Джаббару принести охапку соломы и кусок полотна.
После перевязки Арсен задышал ровнее и медленно открыл глаза. Сафар-бей опустился возле него на колено.
– Ты слышишь меня, гяур? – спросил он, наклоняясь. – Очнись! Рана твоя неглубокая, пуля скользнула по черепу. Ты родился под счастливой звездой… Тебя только оглушило. Очнись!
Но Арсен, видно, совсем обессилел. Голова склонилась к плечу. Тяжелые веки опустились, глаза закрылись. Он опять потерял сознание.
Сафар-бей поднялся:
– Джаббар, оставляю этого узника на тебя. Ты отвечаешь за его жизнь! Слышишь? Он мне нужен только живой! Дашь ему есть, пить… Береги пуще глаз своих, пока не приеду. Понял?
– Понял, ага. Понял!
Сафар-бей еще немного постоял над пленником, сморщив в задумчивости лоб…
Какая тайна хранится в памяти этого гяура? Почему и как скрестились их судьбы? Почему имя Ненко всю жизнь преследует его, стучит в сердце? Не с этим ли связано его раннее детство, о котором нет-нет да и всплывают отдельные неясные воспоминания? Как бы хотелось проникнуть в то далекое прошлое! Может, и у него где-то есть родители? Братья и сестры? Он знал, что некоторые янычары находили своих родных. А ему хотя бы узнать, кто он и откуда…
В мрачном раздумье вышел Сафар-бей из подземелья.
Джаббар подсунул раненому пучок соломы под голову, поставил рядом на полу ведерко с водой и миску с пловом из баранины. Хмыкнул удивленно – с чего бы так заботиться бюлюк-паше об этом проклятом гяуре, и поплелся по ступеням наверх.
Через минуту снаружи послышалось звяканье засова. Затихли шаги часового. В подземелье воцарились глухая тишина и темень.
Ненко
1
К вечеру Арсену стало лучше. Открыл глаза и затуманенным взором обвел мрачные стены подвала. Тихо. Темно. Куда же девались Сафар-бей и Гамид? Неужели им надоело истязать его? А-а… Они, кажется, говорили что-то о походе на гайдуков… о походе на Младена!..
Сознание быстро прояснилось. Арсен приподнялся и сел. Резкая боль в виске. Потрогал рукой – тугая повязка из полотна. Это удивило его. Он не помнит, чтобы перевязывал себя. Тогда кто же это сделал? Неужели Сафар-бей?.. А это что? Смотри-ка! Даже воду и еду поставили!..
Не находя ответа на все эти вопросы, Арсен решил действовать, не теряя времени. Сначала подкрепился тем, что нашел в миске, стоящей рядом, выпил из кувшина холодной воды. Потом, немного отдохнув, встал на ноги.
Голова еще кружилась, в ушах гудело, как в улье. Нестерпимо ныла исполосованная плетьми спина. Превозмогая боль и слабость, медленно поднялся по крутым ступеням вверх, к двери, и припал глазом к щели.
Солнце уже зашло – над Фракийской долиной догорал малиновый вечер, а с Синих Камней медленно опускались густые сумерки. Во дворе – ни души. Словно все вымерли… А было людно и шумно!
Интересно – охраняют ли его?
Слегка нажал плечом на дверь – она протяжно заскрипела. Сразу же кто-то кашлянул, загремел засов – и в подвал заглянул янычар.
– А-а, гяур! Очнулся? Тебе лучше?
– Да… лучше некуда, – ответил, еле шевеля разбитыми губами, Арсен.
– Ну так и лежи спокойно, пока не вернется бюлюк-паша.
– А когда он вернется?
– Как только поймает разбойника Младена.
Итак, Сафар-бей… нет, не Сафар-бей, а Ненко, сын воеводы Младена, выступил с войском против своего отца! Какая жестокая игра судьбы! Какой адский замысел вынашивал Гамид с тех пор, как выкрал детей воеводы! И как все сплелось теперь в один неразрывный узел: Младен, Анка, Сафар-бей, Адике… Только он да Гамид знают тайну этих людей. Но Гамид никогда добровольно ее не раскроет, а он – в заточении!
А тем временем Сафар-бей со своими людьми пробирается горными тропами к урочищу Чернавода… У него достаточно войск, чтобы уничтожить всех сторонников воеводы, а самого Младена, живого или мертвого, притащить к бейлер-бею.
Во что бы то ни стало нужно предупредить Младена об опасности, а главное, о том, что Сафар-бей – это Ненко! Нельзя допустить, чтобы сын убил мать и отца! Или наоборот – сам Сафар-бей погиб от руки Младена или его воинов…
Но как предупредить? Как вырваться отсюда?
Раздумывал Арсен недолго. Выход из подземелья один – через дверь. Другого нет. А дверь закрыта и ключи у часового. Следовательно… нужно оружие, и без крюка никак не обойтись!
Арсен вновь принялся сгибать и разгибать железо. Вперед – назад… Вперед – назад… Вот уже крюк стал податливей и наконец сломался у основания. Загнав острие в щель между камнями, Арсен выпрямил его и, оторвав от шаровар карман, обернул им отломанный конец, чтобы удобней было держать в руках. Сердце радостно забилось… Слава Богу! Теперь есть оружие – настоящее, такое же опасное, как кинжал или копье! Теперь его судьба в его собственных руках.
Немного отдохнув и снова подкрепив силы едой, Арсен громко заохал, застонал. Послышался голос часового:
– Чего тебе, гяур?
– Ой, что-то мне плохо!.. Сюда! Скорее!..
Хлопнула дверь. На пороге с фонарем в руке появился янычар. Нехотя стал спускаться, извергая поток проклятий на голову узника:
– Чтоб ты сдох, проклятый гяур! Чем ты так понравился, паршивый пес, бюлюк-паше, что я должен оберегать тебя? Тьфу! – Он шагнул с последней ступеньки. – Где ты тут, шайтан тебя забери!
И тут Арсен выступил из темноты и изо всех сил ударил его крюком в грудь. Тот только охнул и тяжело опустился на землю…
Быстро сняв с аскера одежду, Арсен переоделся, взял ятаган и кинулся вверх.
Снаружи стояла ночь. Голубая мгла окутала землю. Из-за Синих Камней всходил узкий серп месяца. Над городом нависла тревожная ночная тишина, изредка нарушаемая лаем собак.
Прячась в тени, Арсен осторожно пробрался к калитке, которая вела к домику Сафар-бея. Часового не было. В саду пахло розами, шелестели верхушки деревьев, шуршали под ногами мелкие камешки.
В одном окне тускло мигал свет. Арсен заглянул, надеясь увидеть Златку или Якуба. Но там, склонив голову на стол, дремал янычар.
– Срочный приказ Сафар-бея! – стукнув в окно, прокричал Арсен.
Не помышляя об опасности, янычар появился на крыльце, почесывая пятерней обнаженную грудь. Не успел он и слова вымолвить, как удар по темени свалил его.
Ловко связав янычару руки и ноги, Арсен втянул его в комнату и затолкал под кровать. Выживет – его счастье.
Из соседней комнаты послышались приглушенные голоса.
– Златка, Якуб! Вы здесь?
– Кто там? Неужели ты, Арсен? – послышался голос Якуба.
– Я! Открывайте!
– Легко сказать! Мы под замком.
Арсен поднял свечу. Отодвинул тяжелый кованый засов. Двери распахнулись. На пороге стояли встревоженные Якуб и Златка.
– Друг, как ты сюда попал? Один! Ночью! – удивился Якуб. – Где же Сафар-бей?
– Лучше спроси, кто такой Сафар-бей!
– Как тебя понимать?
– Сафар-бей – это Ненко! Понимаешь – Ненко, сын воеводы Младена, брат Златки!..
Якуб и Златка оторопели. В глазах – ужас. Они как к земле приросли. Новость лишила их речи.
– Не может быть! – выдавил наконец из себя Якуб. – Где же он сейчас?