Владимир Лосев – Страж порталов (страница 9)
– Ты не сын солнца! – Ибис отвернулся от него.– Уходи!
– Я уйду вслед за девушкой,– сказал Кот, вылезая из священного жилища,– Моя смерть – это уже твой выбор.
Он пошел к дереву Райя, залез на него, набрал плодов, До которых смог дотянуться, потом вернулся в полукруглый дом, в котором ночевал. Положил в мешок плоды, меховой плащ, хотя и не представлял себе пока ситуации, в которой плащ мог бы ему понадобиться, Набрал полную фляжку воды, закрепил меч за спиной и лег на землю Он стал медленно и глубоко дышать, вводя, себя в транс. Скоро почувствовал Ивину: она шла медленно, едва передвигая ноги от усталости.
Кот задумался. Он не знал, куда она идет и зачем. Возможно, натура ведьмы помогала ей чувствовать колодцы, но двигалась она слишком медленно, чтобы успеть добраться до них раньше, чем солнце убьет ее.
Ему не хотелось идти. Он понимал, что гнаться за ней под палящим солнцем глупо, что лучше всего дождаться ночи, когда станет чуть прохладнее. Но внутренний голос говорил, что нужно идти сейчас – иначе девушка погибнет. А своим чувствам Кот доверял.
Он встал, мрачно выругался и зашагал по ровной, рассохшейся глиняной корке быстрым походным шагом.
Скоро он уже обливался потом в своей тяжелой куртке, но снимать ее не собирался, зная, что в жарких странах, в пустыне люди надевают на себя плотные одежды, защищающие тело от лучей солнца и впитывающие в себя влагу.
Рубашка быстро промокла; ноги в кожаных штанах чувствовали себя, как в печке; в сапогах хлюпало.
– Какой же нужно быть глупой и упрямой, чтобы пойти в пустыню чужого мира и надеяться на то, что выживешь! – проворчал он,– Даже если ты самая лучшая ведьма всех миров, и тогда у тебя почти нет шансов.
Ибис прав: ты – глупа, а от глупости нет лекарств! И плоды Райя не смогут тебе помочь, Ивина…
Кот мрачно поднял голову. Марево по-прежнему колыхалось на горизонте. Белое солнце слепило. Вокруг простиралась голая равнина без единого деревца.
– И сам я глупец, раз пошел вслед за ней! Зачем она мне? Тут бы суметь выбраться живым из этого мира самому, а не спасать других… Да и ничего хорошего я от нее не услышал, кроме угроз превратить меня в крысу!..
Кот закутал голову запасной рубашкой, которая немедленно нагрелась. Он то ли шел, то ли плыл по раскаленному мареву, продолжая размышлять о том, как добраться до портала. Для этого нужно было остаться в живых и не дать умереть Ивине, хотя он и не понимал, зачем она ему. Милая мордашка и хорошая фигура – еще не основание для того, чтобы выручать ее. Однако внутренний голос твердил, что без нее ему не выбраться отсюда.
Вообще-то, вел он себя странно и глупо! Ибис ведь верил, что он и есть сын солнца. С его помощью можно было добраться до побережья. А Кот стал его разуверять и разуверил во всем…
Вчера он мог и не злить девушку, которая тянулась к нему, надеясь найти в нем хоть какую-то опору. Понятно: она оказалась в чужом мире, в скверном и опасном месте, ей требовалось его участие. А он оттолкнул ее и тем самым заставил уйти неизвестно куда. Что ей оставалось делать? Ругаться с ним, самовлюбленным твердолобым глупцом?
Нет, ее уход – не просто девичья глупость: он сам этого хотел. Вот только почему? Влияние пустыни? Или дело в чем-то другом? Может быть, дело в магии, направленной на него, которую он своевременно не почувствовал?
Кот выругался и огляделся.
Вокруг – лишь чахлые кустики сухой травы, растрескавшаяся глиняная корка под ногами и марево, колышущееся у горизонта. Он вздохнул, отпил глоток воды из фляжки и снова зашагал вперед.
Вполне может быть, что тут действует чья-то магия…
– Дурак! – обругал себя Кот,– Конечно же это магия!
Он должен был распознать воздействие, просто обязан был! Правда, он ведь отдыхал, вокруг ничего не происходило, это его и расслабило. Он до сих пор все еще вял и несобран, по-прежнему не работают мозги… А почему его не предупредили о чужом воздействии собственные чувства? Или они включаются только тогда, когда ему грозит непосредственная опасность,– вот как сейчас?.. Интересно, кто направил магию против него?
Кота многому научили мать и отец, а после их смерти – тетя, которая взяла его на воспитание. Все они в той или иной мере владели магией.
Мать и тетка были ведьмами, этим зарабатывая себе на хлеб. Отец – воин, очень хороший воин, может быть даже самый лучший из всех. А воинское искусство тоже одна из форм магии. Мать, тетка и отец учили его примерно одному и тому же: умению вслушиваться в себя, в свои чувства, особенно в самые слабые, которые обычный человек и не замечает. Именно в них заключалось все: и предвидение, и способность слышать на большом расстоянии, и обостренно—животные ощущения запаха, звука, изменения погоды…
Искусству погружаться в транс учил отец (он говорил – «в безвременье»), заставляя мысленно проигрывать в уме предстоящие бои. А мать и тетка, после того как убедились, что мальчишка равнодушен к магии, стали учить его различать любые виды магического воздействия и использовать свои способности и силу, которая, несомненно, в нем имелась. Они не успели сформировать в нем мага, но все, что ему требовалось для выживания, дали. Даже сумели создать кое-какую магическую защиту. В итоге все перемешалось в его голове, и получился своеобразный сплав зачатков магии и воинского искусства.
Он постоянно погружался в транс, чтобы разобраться в своих ощущениях. И незаметно для себя стал настолько чутким, что слышал и чувствовал очень многое из того, что происходило вокруг: мысли и настроения людей, запахи и цвета, даже образы будущего… Это и помогло ему выжить после того, как тетку убили по королевскому приказу. И он остался совсем один, а ему тогда едва исполнилось семнадцать лет…
Конечно же, причина – в магическом воздействии. Его должна была сразу насторожить змея! Ибис сказал, что змеи не выползают из своих нор в такое время, а эта выползла, потому что ее заставили. Кто? Явно какой-то маг или колдун. Но зачем ему это было нужно?..
Ну, по крайней мере, он начал что-то соображать.
Значит, его чувства заработали. Возможно, когда он пошел в пустыню и опасность стала реальной, его чувства и его защита активизировались, отражая враждебное магическое воздействие. Вот только бы не оказалось слишком поздно…
Кот остановился и прислушался к себе: Ивина находилась впереди. Он приближался к ней. Еще несколько часов ходьбы в таком темпе – и он ее догонит. Но сможет ли он идти с той же скоростью эти несколько часов?
Слишком жарко… Даже если идти медленнее, вряд ли от этого ему будет комфортнее…
Кот поднял голову вверх. Белое солнце – без привычной желтизны, как в его мире. Безжалостно раскаленное, как и все вокруг. Слабый ветерок не помогал. Он нес в себе жару и еще больше сушил тело.
Кот выпил глоток воды и потряс фляжку: воды осталось чуть меньше половины. Он недовольно покачал головой и снова зашагал вперед.
Как там сказал Ибис, солнце убьет тебя и ее…
Что ж, вполне возможно… Пить воду больше нельзя – она понадобится Ивине, когда он ее догонит. Вероятно, она уже лежит без сил – слишком быстро стало сокращаться расстояние между ними. Хорошо еще, что глиняная корка под ногами твердая и ровная. По ней было бы приятно идти, если бы не эта жара.
Человек выпивает в день два—три литра воды… В пустыне расход увеличивается, потому что тело потеет…
Нет, куртку снимать нельзя, несмотря на то, что очень хочется. Его кожа не выдержит такого солнца. Опять же, под курткой – влажно. Стоит ее снять, и влагу сразу унесет горячий ветер. Воду пить смысла нет: она тут же превращается в пот…
В пустыне умирают от обезвоживания. Кровь сгущается, сердцу становится тяжело перекачивать ее, и тело слабеет…
Кот выругался и немедленно пожалел об этом: во рту было сухо, мучительно захотелось пить. Он недовольно покачал головой и прополоскал рот, чтобы смочить сухой язык и губы. Потом, не сдержавшись, сделал один маленький глоток.
Опять прислушался к себе: Ивина была совсем недалеко – в получасе ходьбы в том же темпе. Она больше не двигалась…
Что делать, когда он ее найдет? Воды хватит только для того, чтобы привести ее в сознание. А дальше?
Воды нет… Жара усиливается и в полдень станет такой, что невозможно будет двигаться…
Устроить навес из плаща и ждать, когда зайдет солнце? Но тут и ночью достаточно жарко… Да и удастся ли сохранить силы до вечера, чтобы продолжить путь? Ему ведь еще придется нести на себе Ивину – вряд ли она сможет передвигаться самостоятельно. Это он, воин и бродяга, привыкший ко всему, тренированный и выносливый, способен идти даже тогда, когда нет сил. А она – городская девушка, скорее всего, к таким испытаниям непривычная. Если только у нее нет в запасе каких—нибудь магических трюков… Вообще-то ведьмы, увы, умирают, как и простые люди. Кот это понял, когда потерял мать и тетку…
В пустыне прежде всего гибнут от отчаяния, теряя веру в спасение. Обычно на вторые—третьи сутки, когда обезвоживание достигает критической отметки. Сильные, крепкие люди, как правило, сдаются первыми, потому что у них большие тела, которым нужно много воды. В пустыне выживают маленькие: их тела гораздо меньше испаряют влаги…
Кот грустно усмехнулся. Все это ему, совсем мальчишке, рассказывал отец. Оказывается, он помнит до сих пор все до единого слова! Интересно, что всплыло поучение отца именно сейчас, когда в нем возникла необходимость…