Владимир Лосев – Проверка на разумность (страница 34)

Зверь, который преследовал ее, был намного больше ее, имел немалую пасть с огромными клыками и мощные лапы с длинными острыми когтями. Этот хищник очень походил на саблезубого тигра, который когда-то водился на Земле, только казался сильнее и крупнее.

Птица едва успела взлететь из-под самого носа разъяренного хищника, и теперь он гнался за ней гигантскими прыжками. Та, бешено махая крыльями, поднималась к кромке обрыва, едва успевая поджимать ноги, чтобы они не попали в пасть. Хищник, чувствуя, что его жертва уходит, сделал гигантский прыжок, но так и не сумев достать птаху, покатился по крутому склону.

Во сне Евгений даже зааплодировал смелой птице, хоть и понимал, что при удобном случае, она сама сожрет его и не поморщится. Он даже не знал, чем вызвала та у него симпатию: то ли тем, что показалась ему смелой и отчаянной, то ли просто понравился ее облик.

Птица и на самом деле выглядела красивой и изящной, хоть летала не очень хорошо, с трудом, почти так же, как и он сам. Но Торк то, что с ним происходило, воспринимал, как шутку природы, как странное явление. А вот с этим существом что-то явно было не так.

Евгений проснулся озадаченный и сердитый. Марина не спала, ела мясо и задумчиво смотрела по сторонам. Сейчас она казалась тихой и милой девушкой, симпатичной и доброй.

— Проснулся?

— Сон приснился какой-то нелепый.

— Ну, это немудрено, планета-то чужая. Здесь все иное: воздух, гравитация, энергия, запахи и земля. И на нас это воздействует, меняя, подстраивая наш организм, поэтому и сны снятся странные. Мне вот раптор приснился, почти догнал меня скотина, от этого и проснулась, хотела снова заснуть, да какой-то зверь недалеко зарычал.

— Где?

— Больше не слышала, наверное, ушел, значит, и нам пора. Как ты себя чувствуешь? Сможешь идти?

— Ощущение такое словно пробежал марш-бросок по джунглям. Помнишь на третьем курсе? Нам тогда поставили десятка два разных прививок, от которых на следующие сутки трое умерло. Да и добежали не все. Сейчас чувствую себя также.

— Ничего выживешь, — Марина улыбнулась. — После сержантов академии десанта даже инопланетяне кажутся милыми и добрыми существами.

— Согласен, — Евгений зашевелился, выполз из-под куста и сел рядом с девушкой. — Каков наш дальнейший план?

— Ешь мясо, а то оно уже начинает портиться. То, что не съедим, бросим здесь, оно уже припахивает.

— Хорошо бы костер развести.

— Огонь — это здорово, только где его взять? Да у нас времени нет, итак, по моим ощущениям отстаем на пол дня. Надо наверстывать.

— Наверное, — Евгений взял большой кусок серого мяса с отвратительным душком и стал есть, борясь с тошнотой, вкус его изменился, в нем появилась горечь и еще что-то вряд ли полезное для его организма. — Запить бы. Жарко здесь.

— Ниже по оврагу лужа, пить можно, но на вкус еще хуже, чем мясо.

— Все равно схожу, в горе пересохло.

Метров в десяти от куста действительно нашлась лужа, по ее краю шли следы зверей — должно быть, здесь находился звериный водопой. На вкус вода оказалась горько-соленой, но он выпил столько, сколько смог, потом встал во весь рост и посмотрел вверх.

Багрово-красное светило уже спускалось по серо-зеленому небу за горизонт. Приближалась ночь. Получалось, проспал он часов пять по местному времени. Это хорошо. Неплохо отдохнул.

Марина пришла, легла на край лужи и стала с отвращением пить.

— О чем ты думаешь?

— Мне приснилась одна странная птица, пытаюсь понять, что это значит. Почему-то кажется, что это был непростой сон…

— Ну и глупо! — девушка вдруг бросилась в сторону кустов, быстро взмахнула рогом, и ту же из травы послышался долгий протяжный визг. Он вернулась к луже, таща в руках тельце небольшого животного, покрытого мелкой желтой шерстью. — Вот и еда. Сейчас шкуру сниму, а ты пока старое мясо из мешка выбрасывай. Сейчас поедим свеженького, парного. Заодно, неплохо бы подумать о том, что станем делать, когда доберемся до места.

— А что тут думать? Как только появимся, за нас начнут принимать решения киоты. Первым делом нас закуют в путы, а вот что будет потом, трудно представить, но вряд ли что-то хорошее.

— Ты веришь в их благие намерения?

— Нет, — Торк посмотрел, как Марина разделывает тушу, и отвернулся, его едва не стошнило, хоть к виду крови и внутренностей он уже привык во время учебы в академии десанта. Там умирали часто и бессмысленно — в основном изучая разные штуки, которые придумало человечество для убийства себя и себе подобных. — Если бы они хотели нам добра, то вряд ли выбросили бы на планету, кишащую агрессивными формами жизни. Не сомневаюсь, что они сейчас за нами следят и делают на нас ставки.

— Вот и я пришла к такому же выводу. Правда, насчет слежки и ставок сомневаюсь…

— Почему? Думаю, техника у них для этого имеется.

— Обычно я всегда чувствую, когда за мной наблюдают, так вот второй день я этого не ощущаю. Наверное, мы им стали неинтересны.

— Возможно, — Торк задумался, прислушался к себе и понял, что и он тоже не чувствовал на себе чужого взгляда. — Вероятнее всего ты права. Хорошо, какие есть предложения?

— Я считаю, нужно совершить что-то такое, чего они от нас никак не ожидают. Что-то необычное, но эффектное — может даже захватить челнок.

— Ты хочешь устроить войну, не имея ни оружия, ни брони? А какой в этом смысл?

— Я не говорю о войне, если бы у нас был хотя бы плюшкомет или один пистолет, то можно было и сразиться, но без него нам прямое противостояние не выиграть.

— Это точно.

— И в то же время, если ничего не делать, то мы никогда не вернемся домой.

— Насчет этого тоже возражений нет. Захватить челнок, а потом звездолет, звучит очень заманчиво, но как-то нереально

— Но ты согласен с тем, что стоит попробовать захватить корабль силой?

— Думаю, это наш единственный шанс выжить, по крайней мере, умереть в бою лучше, чем до конца жизни быть подопытной крысой для их экспериментов.

— А это тут при чем?

— Мне как-то пришлось работать с одним ученым, я его сопровождал на новую, только что открытую планету, так вот он мне рассказывал, что они проводят тестирование всех обнаруженных животных на интеллект.

— И зачем им потребовалась проверка на интеллект?..

— Боялись, что разведчики пропустили кого-то имеющего разум. Они все ищут тех, кто воздвиг храмы на брошенных планетах. Считают, что древние строители могли деградировать в результате каких-то природных катаклизмов.

— Смешно! — фыркнула Марина. — Только ученые почему-то не подумали о том, что в случае встречи с инопланетным разумом, не они будут принимать экзамен, а человечество заставят проходить тест на интеллект.

— На разумность.

— Разницы особой нет. Итак, мы нападем, что дальше?

— Может возникнуть проблема после того, как мы захватим их транспортное средство.

— Какая?

— Я не уверен, что мы сможем управлять им.

— Чем сложнее и мощнее корабль, тем больше задач поручается автоматике, поэтому может и получиться.

— Согласен, — Евгений посмотрел на заходящее светило, оно приобрело кровавый зловещий оттенок. — Надо идти, ночью станет прохладнее.

— Зато хищников прибавится, да и видеть в темноте не можем ни ты, ни я.

— Тогда ложимся спать?

— Нет. Пробежимся. Будем двигаться столько, сколько позволят звери, потом заляжем в первом же попавшемся овраге.

— Принимается.

— А по дороге подумаем, как нам выжить и победить.

— Сложная задача.

— Не сложнее самой жизни. Вперед!

Девушка полезла вверх по стенке оврага, хватаясь за корни. Торк последовал за ней. Они снова помчались вперед по степи. Марина ощутимо брала влево от нужной точки, в которую они должны попасть.

— Тебе не кажется, что ты меняешь направление? — прокричал Евгений. — Мы уходим в сторону от прямой линии.

— Знаю, но меня тащит в эту сторону.

— Глупо звучит. Кто тебя тащит?

— Мы пойдем туда, куда я скажу.

— И это звучит по-идиотски…