Владимир Логинов – Земля – Кассилия (страница 15)

–– Тьфу ты! Зачем историку изучать физическое тело, да ещё космического происхождения? – недоумевал Виктор.

–– У него свои методы, парень. Он кассилиец. Ладно, пошли, попьём чаю, что-то прохладно стало. Сам знаешь, утром всегда так.

Виктор про кассилийцев вообще-то слышал, а ещё про каких-то там квакеров, но не придавал этому значения, мало ли теперь развелось всяких сект. Мало того, тележурналисты наперебой вдалбливают своей оболваненной клиентуре, что все эти секты находятся на содержании спецслужб США и Великобритании.

Вернувшись в свой временный лагерь, Браун уселся на обросший мохом валун, и, пока Виктор разводил костерок, грел воду для чая, рассказал ему ещё кое-какие подробности из своей жизни:

–– Я ведь, Витя, женился поздно. Всё как-то не до того было. Жена тоже была геологом, хотела ребёнка, да почему-то всё не получалось. Правда и лет ей уже было за сорок. Десять лет прожили и никаких результатов. Посчитали, что кто-то бесплоден из нас, махнули рукой, да и работа у нас такая, что в экспедиции могли и яичники застудить, да мало ли причин, всё-таки современные люди плохо приспособлены к природным климатическим условиям. А вот когда я принёс ту статуэтку в свой дом, опять случилось нечто: жена забеременела. Обнаружился при осмотре трёхнедельный плод. И что ты думаешь – эта беременность затянулась на десять лет. Обследовались, конечно, но гинекологи ничего понять не смогли. Плод есть, живой, но не растёт в общепринятом смысле. И вот по истечении десяти лет плод, вдруг, начал расти, развиваться, а через пять месяцев родилась дочь. Я не оговорился, именно через пять месяцев, – не через девять как обычно. Причём младенец совершенно здоровый, крепкий, никаких отклонений от нормы. Жена, правда, отдала Богу душу, но и это объяснимо: ведь ей уже было шестьдесят лет, и беременность едва ли была ей полезна…

Почему-то я сразу заподозрил в этой трагедии мой давний палеоконтакт с чуждой для землян культурой, там, в чёртовом урочище, хотя прошло уже много лет после того. Потому и заподозрил, что после того контакта, хоть и времена наступили тяжкие, я не впал в уныние, а наоборот стал бодр, жизнерадостен. Меня постоянно грело ощущение встречи с чем-то величественным и наши земные дела, суета, разные там огорчения и заботы, казались мне просто какой-то глупостью, чем-то никчёмным. Здоровью моему мог позавидовать любой. Я ведь забыл, что такое поликлиника, за исключением того случая, о котором я тебе рассказывал. И вообще у меня с годами стала улучшаться память, интеллект, значительно прибавилось сил, выносливости, хотя ведь с возрастом всё должно быть наоборот.

Виктор молча зачерпнул из котелка походной кружкой настоявшегося на брусничнике горячего чая и поставил рядом с академиком. Осторожно и даже как-то робко спросил:

–– И какой же вывод, Иван Карлович?

Браун не торопясь, взял кружку с чаем, слегка отхлебнул, внимательно посмотрел в глаза ожидающему ответа Виктору, сказал просто:

–– Удивительный, но закономерный, Витя. Я понял, что та огромная статуя в подземелье не какой-то там каменный колосс, а сложнейший робот-компьютер внеземного происхождения. И сооружение то, не что иное, как приёмо-передающая станция, осуществляющая связь с другим, звёздным, миром, или миром пятого-седьмого измерения. Робот за короткое время воздействовал на моё подсознание, изменил в какой-то мере генетическую составляющую в цепи, облучив клетку, заложил новую информационную программу, и даже метаболические процессы в моём организме пошли иначе, со временем конечно.

–– Вот здорово! – воскликнул восхищённый Виктор, даже не заметив и не почувствовав, что пролил на колено горячий чай. – И что же теперь? Кто ж тогда Симона?

–– Кассилийка чистой воды, парень! – как-то просто и буднично сообщил геолог. – И я кассилиец!

Браун, вдруг, встал с валуна, выпрямился и несколько торжественно объявил вставшему тоже Виктору:

–– И ТЫ ТОЖЕ КАССИЛИЕЦ!

–– Как это? – растерялся Виктор. – Я ничего не чувствую!

Академик сел обратно на валун, махнув рукой:

–– Садись! Не пугайся! Ничего плохого в этом нет. Наоборот, ты стал на порядок выше любого землянина. Всё очень просто, Витя: ты понюхал цветок с другой планеты, получил дополнительный ген и новую программу своего развития. Только проявятся твои способности не скоро, не вдруг.

–– А как же реакция отторжения? – сразу же возразил Виктор. – Любой чужеродный ген тут же разрушится в организме?

–– Да ты что Витя!? – усмехнулся Браун. – Забыл, с кем ты вступил в контакт? Это же высокоразвитая инопланетная цивилизация! Они же знают, что делают! Это мы только наобум что-то производим, авось получится. Нет, брат, здесь подход научный!

–– Но тогда ведь любой может вступить в контакт с внеземной жизнью через эти цветы? – удивлялся Виктор, находясь в смятении. Сумбур противоречивых мыслей, словно рой гудящих пчёл, вертелся у него в голове, не давая сосредоточиться. Он растерянно смотрел на Брауна.

–– Совершенно верно, парень! – усмехнулся академик. – На это и рассчитывали инопланетяне. Люди бессознательно нюхают любые цветы, особенно женщины. Только вот упал метеорит в неудобном месте, в глухом углу Таганая.

–– А как же Симона? – недоумевал Виктор. – Ваша дочь? Она же не нюхала эти цветы?

–– Но родилась-то она от меня, молодой человек! Ладно, хоть твоя мать, дай ей Бог здоровья на долгие годы, выходила на первом году жизни мою дочурку Симону. Вы ж тогда жили в Златоусте, – это уж потом переехали в Челябинск. Я-то всё время в командировках, занят был делом, хотя, прямо тебе скажу, выхаживать Симону особо-то, и не пришлось. Она долго не говорила, я уж было забеспокоился, а в два года неожиданно заговорила, да сразу на нескольких языках. Мало того заявила, что в няньках не нуждается, и, что, мол, я могу без какой-либо опаски за неё ездить в свои командировки. Якобы она сама себя накормит, и бельё постирает, и за домом присмотрит. Я-то уж ничему не удивлялся. Хорошо, что матери твоей не было при этом разговоре, а то бы она умом тронулась. Ну, а потом я увёз дочь в Москву. Там она и училась, там и живёт. А я вот прикипел к Уралу, и меня, честно говоря, в Москву не тянет. Работать-то, Витя, хоть где можно, но здесь как-то спокойнее, да и друг у меня, твой дед, под боком. Между прочим, мы с ним в одной экспедиции вместе все лето провели. Догадайся где? На Камчатке! Заказ Министерства обороны нас объединил. Мы там обследовали огромный полигон для ракетных стрельб. Небось, ты в курсе о межконтинентальных пусках? Ну, так вот я оборонщикам сделал подробные топографические картоны, ну, а дед твой занимался какими-то своими вычислениями. А может, и ничего не делал, – просто отдыхал. Он ведь в отпуске ни разу не был. Все работа, да работа, ну вот и заработал грошовую пенсию. У меня, конечно, такая же мизерная пенсия, но я, по крайней мере, получаю гонорары из Европы за свои научные труды. Спасибо хоть им – не дадут помереть с голоду, образно, конечно, выражаясь. Свои-то, сам ведь знаешь, никогда не оценят….

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.