Владимир Логинов – Пилигримы вселенной (страница 14)

–– Этот учёный жив? – спросил Давид. – Где его найти?

–– Да что ему поделается? – Тутта небрежно махнула рукой. – Жив, конечно, но мы не поддерживаем с ним отношений, я на него сержусь. Слушай дальше. Я тогда училась в Ямбургском университете на медицинском факультете, на отделении психиатрии и фармакологии. Наступили летние каникулы и нас с отцом его двоюродный брат Максимилиан Гунн повёз посмотреть древние пирамиды на востоке страны ариев, там их было три в ряд. Вокруг этих пирамид оказалась аномальная зона. Прекрасное место, я тебе скажу, сын. Примерно около трёх квадратных километров необычных деревьев, благоухающих цветов и маленьких водопадов. До сих пор в моей памяти, дух захватывает. Красота неописуемая, фантастическая, какая-то сказочная красота. Мы там переночевали, а утром, как назло, над этим местом пролетал вражеский воздушный флот рептилоидов бомбить столицу ариев Боровск. Максимилиан, как член Совета Старейшин, такого допустить не мог. Он имел при себе какое-то странное оружие, похожее на лук с толстой стрелой. Он запустил стрелу в эту летящую армаду, она расцвела в небе гигантской хризантемой, и там, в высоте, началось что-то невообразимое. Там родился чудовищный смерч, который забрал в свою гигантскую орбиту триста или больше военных летательных аппаратов, драконов, и какой-то огромной струёй кинул их на землю. На каждом таком драконе было по триста фосфорно-магниевых зарядов.

–– Какое-то странное вооружение! – заметил Давид.

–– Представляешь, сын, что началось, когда все эти машины начали падать с небес, разбиваться об окружающие скалы? Прекраснейший мир, подобного которому даже представить трудно, в один миг превратился в огненный ад. Мы едва ноги унесли, скрывшись в проходах пирамид, но загазованность достала нас и там. В самом конце тоннеля, уже под третьей пирамидой, мы попали в грот, где увидели светящийся ромбододекаэдр белого кварца на пьедестале из крепчайшего андезита. Выход из этого грота был только один – туда, в ад, и мы должны были погибнуть от загазованности, которая стала уже проникать и в это отдалённое место. Мы начали молиться, и случилось чудо: помню – ярчайшая вспышка света и какая-то неземная сила забросила нас в это время, в город Дубну. Вот так мы с отцом и Максимилианом оказались здесь. Максимилиан работает сейчас в столице, занимается информационными технологиями…

–– Ага! Значит войны были и в твоём родном времени! – воскликнул Давид, поражённый удивительной историей такого далёкого времени.

Тутта рассказала сыну о рептилоидах, о их стремлении во что бы то ни стало завладеть экономикой всей планеты, но их планам активно сопротивлялся высокоразвитый мир гиперборейцев, прародителей ариев, от которых произошли славяне

–– И всё-таки, мама, – не мог согласиться Давид, – полтора миллиона лет, не слишком ли много? Не могу понять, какая сила могла передвинуть материальные тела из одного времени в другое?

Тутта ласково погладила Давида по плечу.

–– Помнишь, в детстве я читала тебе восточную сказку о том, как одного героя бросили в бездонный колодец и правитель страны, в которую попал юноша, в благодарность за какую-то услугу подсказал ему выбраться в свой мир на баране. Мол, мимо тебя будут пробегать два барана – белый и чёрный, так ты вскочи на белого и окажешься в своей стране. Но юноша перепутал, вскочил на чёрного барана и оказался совсем в другой, незнакомой стране. Так вот эта сказка родилась не на пустом месте: она есть реальность, истина; видоизменённая, она дошла до этого времени в сказке. Существует чёрная космическая энергия, но современные люди не умеют использовать гигантскую энергию чёрных дыр и межзвёздного пространства. Белая энергия – это фотоны света, это энергия звёзд, и люди тоже толком не знают как ею пользоваться. Люди моего родного времени умели и знали как работать с этими энергиями: они умели перемещаться с одного места на другое мгновенно и умели, также мгновенно, перескакивать из одного времени в другое. Не все, конечно, но таких было немало – моя бабка Ядвига, например. Ты-то знаешь, что существует скорость света и материальный предмет можно разогнать до этой скорости, но тело при этом разрушится. Это ядра, протоны электроны. Вы все тут зациклились на этом постулате. А представь себе скорость выше скорости света – это будет не просто чудо, а сверхчудо, сын. Но древние люди передвигались через смежные миры, через другие измерения, если в этом была крайняя необходимость. Вспомни, как ты искал пропавший свитер: ты же весь дом перевернул, гараж, баню, мастерские, а ведь предмет переместился в другой мир, в другое измерение, я ведь сразу поняла, у самой вещи пропадали. А исчезающие прямо на глазах люди? До миллиона в год их исчезает по миру, – это что по-твоему шутка?

–– Ну, мать моя! – воскликнул совсем запутавшийся Давид. – Правда твоя, действительно исчезают люди и предметы, и наука объяснить этот феномен не может пока. Нарассказывала ты мне тут такого, что клубок этот распутывать придётся долго. Удивительна и фантастична твоя романтическая юность…

–– Всего этого уж нет, сын, – грустно заговорила Тутта. – Мира моего нет, родного времени. Всё съело напрочь это беспощадное время и космические катаклизмы. Не осталось даже следа от моей родной цивилизации, только память, что записана в кластерах воды, но читать записанное планетой современные люди ещё не научились. Вот, когда научатся – перед ними откроется великий мир прошлого, устремлённый в будущее. И всё же мир, о котором я тебе поведала существует – в другом измерении, где время течёт иначе. Ты учёный, сын, должен понимать, что эволюция шагает волнообразно: подъём – спад, подъём – спад. По-видимому, жизненный цикл этой, уже твоей родной эпохи заканчивается, наступает двухтысячелетняя эра Водолея. Мы находимся сейчас в переходном периоде, который продлится сто пятьдесят лет. Наступит время очень похожее на время нашей с отцом юности, когда игрек-хромосома у мужчин будет укорачиваться в десять раз медленнее, жизнь биологической клетки увеличится от ста двадцати суток до тысячи с лишним суток, метаболизм снизится в разы. В то время, когда мы с отцом познакомились люди принимали пищу только один раз в сутки, и даже ещё реже, да и то это был ритуал, посвящённый богам. Организм не нуждался в большом количестве пищи, клетка получала часть энергии из окружающей среды, вся сила, вся мощь эволюции была направлена на развитие интеллекта человека…

–– С такими выводами, мама, я, пожалуй, могу согласиться, – задумчиво высказался Давид. – По-видимому, эволюции, или, как ты говоришь, богам, надоело смотреть как люди быстро размножаются, постоянно устраивают войны друг с другом и тупеют на глазах. Эволюция двигается в сторону увеличения жизни человека за счёт уменьшения рождаемости, при этом интеллектуальная сторона сознания незаметно усиливается. Создателю мира, как я понимаю, нужен человек мыслящий, а не тупой исполнитель чужой воли. Если такая теория будет иметь подтверждение, а время покажет, то, наконец-то, человека будут ценить в обществе не декларативно, а по-настоящему. Рождение нового человека будет актом редкостным и восприниматься окружающими как благо, как высший дар богов… И всё же, мама, я не понимаю, почему у вас с отцом пятая группа крови, а у меня вот, вашего сына, неизвестно какая, вернее вы-то знаете какая, и всё равно вы мне прививки, положенные детям этого времени, делали. Если у меня пятая группа крови, так зачем делали прививки?

Тутта на этот вопрос сына не отреагировала, а заговорила совсем о другом:

–– Ну, вот, наконец-то, ты прозрел, сын. Вот скажи мне, коли, у нас разговор интимного характера, как ты на противоположный пол смотришь? С интересом мужчины, или как?

–– А никак! – быстро отреагировал Давид. – Женщины меня не интересуют, мама.

–– Понимаю! – тоже быстро согласилась Тутта. – Они и не должны тебя привлекать, потому что ты ещё не половозрелый.

–– Что-о!? – возмутился Давид. – С чего бы это? Я взрослый человек, разве не так?

–– Нет, не так! – отрезала Тутта. – Ты развиваешься по нашему генотипу, а, стало быть, половая зрелость у тебя наступит только к сорока годам, – вот тогда и будет у тебя вполне понятный интерес к противоположному полу. Окружающие тебя люди, скорей всего, удивляются тому, что ты плохо питаешься, и им невдомёк, как, пожалуй, и тебе, что твой организм просто не нуждается большем количестве пищи. У мальчишки общего, современного генотипа половая зрелость наступает к четырнадцати-пятнадцати годам. Твоему отцу было около сорока лет, когда он столкнулся со мной, увидел и влюбился. Закон Страны Саков запрещал брать в жёны варварок, но дело даже не в этом. Для варварок мужчина существо враждебное, они его психически и физиологически не переносили, контакта между ними, ни на каком уровне, просто быть не могло. Меня, как я тебе уже рассказывала, без моего согласия, ловко, научно-обоснованно, переделали, когда я была без сознания, воспользовались моим беспомощным состоянием. Но дело в том, что их закон позволял экспериментировать над чужаками, над пленниками. И всё же, скажу тебе, сын, я не в претензии к генералу Паку и твоему отцу – я получила счастье любви, а эта великая тайна чего-то же стоит…