Владимир Лещенко – След «Семи Звезд» (страница 72)
Сыщик плюхнулся в траву, густую и мягкую, как брачное ложе, которое скроет все от посторонних глаз. Выстрел, еще выстрел… Приподнявшись, майор ответил дважды туда, где мог прятаться нападающий.
В ответ громыхнуло аж три раза. Картечь и дробь прошли высоко над головой. Он фыркнул – и почему дилетанты так обожают помповые ружья?
Из зарослей выбежал человек с ТОЗ-94 наизготовку (12 калибр – не шутка!) и понесся к сараю, вероятно, намереваясь занять позицию за его углом.
Вадим выстрелил и, кажется, попал – неприятель бросил ружье, схватившись за бедро, но успел нырнуть в дверной проем. Сыщик прислушался…
Враг думает, что хорошо замаскировался, но он-то похитрее будет. Теперь, главное, следить, чтобы никто не прорвался к дому и не мог добраться до Вари…
Вадим не ошибся – к ней действительно никто не мог подобраться, потому что все желающие уже были там.
Девушка, сидя в своем убежище, пребывала в возрастающем замешательстве и страхе. Гудела голова, должно быть, валявшийся сейчас без памяти Куницын таки наградил ее сотрясением мозга. Звуки выстрелов, как в колодце, отдавались эхом в черепе, а затишье стало еще мучительнее.
Наверное, поэтому Варя сначала и не увидела, как отворилась потайная дверь, и в проеме появился профессор Стрельцов, которого снаружи безуспешно выслеживал сыщик. А когда заметила, оказалось поздно. Слишком близко тот подошел.
Половину его лба украшал громадный кровоподтек – след от ее удара. Разорванные брюки промокли от крови – пуля хотя и вскользь, но зацепила ногу. Глядя на него – окровавленного, с безвольно повисшими руками, Варвара ахнула. Ей почудилось, будто перед ней – вылезший из могилы мертвец. «Сейчас он бросится на меня и перегрызет горло», – подумала она, отодвигаясь постепенно назад.
– Вот я и вернулся за тобой, Избранница! – рыкнул Стрельцов и протянул к ней дрожащую руку. – Иди ко мне… Ты моя… Их Печать лежит на тебе!!
Глаза его, как почудилось журналистке, полыхнули багряным огнем. Варя потеряла сознание.
Она пришла в себя лишь тогда, когда профессор с неожиданной силой выволок ее к алтарю и буквально распял на гладком мраморе… В передней застонал в беспамятстве Куницын, но Стрельцов даже ухом не повел.
Деловито прижимая одной рукой Варю к алтарю, другой он лихорадочно расставлял какие-то предметы на поверхности жертвенника. Ее бывший наставник оказался не только живее всех живых, но, кажется, стал лишь здоровее от удара по голове – только вот заметно лишился последнего ума.
– Не жалей, ты на дороге вечности! – вещал сумасшедший профессор. – Так или этак, но Хозяйка все равно будет владеть тобой, а ты – служить ей! Это голос крови!
Варвара попыталась дернуться, но тело не слушалось ее, как будто связанное по рукам и ногам невидимыми путами.
– Не волнуйся и не пытайся противиться судьбе, о, Избранная. Скоро все будет готово, потерпи. Еще немного – и мы станем едины с тобой. Нам откроется Вечность и все силы небесных сфер помогут воссоединиться с Могущественными. Они даруют Знания и Великую Силу, что откроет истинный путь и направит нас по Тропе Древних! Так сказано в Книге!
Журналистка молилась всем известным ей богам, чтобы это чудовище, когда-то бывшее профессором Стрельцовым, куда-нибудь провалилось. Но все напрасно…
Стрельцов, натянул на себя некое подобие кожаного фартука, который украшали медные бляхи грубой работы в форме серпа или полумесяца, надел на шею странного плетения цепочку, а в левой руке зажал какой-то сосуд непонятного назначения.
Что он будет собирать в него, осталось для девушки загадкой, которую совсем не хотелось разгадывать. Варя зажмурилась. Профессор, не спеша, поставил по периметру алтаря черные свечи, достал гусиное перо и стал вычерчивать вокруг девушки прямо на мраморной крышке алтаря непонятные знаки. Какие-то тени метались по комнате, мрак казалось, сгущался. Или это уже начинался бред?..
Девушку охватило чувство глубочайшей, невероятной нереальности происходящего. Несколько дней назад она жила нормальной жизнью, ходила по улицам современного мегаполиса, читала книги и писала статьи. Теперь же беспомощной лежит в этом Богом забытом месте и ожидает, что с ней сотворит вконец рехнувшийся сектант.
Как же подать знак Вадиму, чтоб ее рыцарь явился во всем своем блеске и спас ее?
Надо завязать с полоумным беседу. Говорят, это помогает.
– Николай Семенович, постойте ради бога… ради ваших богов! – взмолилась она.
– Не думай, что твой мент поможет – Стрельцов начал разрезать на ней одежду, и пару раз лезвие оцарапало тело. – Сейчас мои верные псы делают из него решето.
– Господи, да послушайте же! Вы не в том месте проводите обряд. Врата не здесь! Я… я помогу вам их найти. Только отпустите меня!
Глава сектантов саркастически хмыкнул и покачал головой:
– Ты полагаешь, я начал бы обряд, не зная точного места и времени? Девчонка! Думала меня провести. Да я и без твоей жалкой тетрадки знал, где расположены Врата.
В его голосе слышалось нескрываемое торжество:
– Здесь! – он топнул ногой. – В этом самом месте. Именно тут три века назад стояла усадьба, где старик Брюс творил свои великие и страшные дела. Что, не ожидала? Ха-ха-ха!
И, к полной неожиданности Озерской, профессор процитировал:
Как?! Откуда ему стало известно содержание оды Баркова?!
– Спрашиваешь себя, как я раздобыл оду? А просто. Натравил своих псов-паладинов на старую калошу из «Лондона», вздумавшую грудью защищать чужую собственность. Они и порвали ее на куски, заодно с придурком-хозяином. А тетрадку отобрали. Видишь?
В его руках появилась знакомая рукопись, и Варвара застонала от бессилия. Чопорная леди-администраторша, Матвей Селуянов – очередные жертвы Книги…
– Но как вы догадались, что речь идет именно об этом месте? – продолжала упорствовать журналистка. – Ведь стихотворение попало к вам в руки совсем недавно.
– Книга! Она привела. Я же тебе многократно повторял, что избран ИМИ. Твой стишок только подтвердил мое чутье. Богоматерь – это церковь Рождества Богородицы, находящаяся по соседству. А напротив, на том берегу реки, стоит Софийский собор. Ну, и женский монастырь поблизости. Все три приметы. Так-то, милочка, начиталась небось книжек дурацких для идиотов писанных и решила что откроешь «код Баркова». А теперь не мешай! Сегодня ночь Смены Времен – наилучшая пора для обряда…
Стрельцов невозмутимо продолжил свое дело. Положил книгу на живот девушке и начал, как ей показалось, песнопение. Но через мгновение Варя поняла, что он просто произносит нараспев:
ПРРИДИ ЖЕ!!! – заверещал профессор и запнулся.
Двустворчатая дверь резко распахнулась, и на пороге появился Вадим, направивший ТТ на Стрельцова.
– Звали? Позвольте заметить, вам светят крупные неприятности! Попытка изнасилования, незаконное лишение свободы, похищение человека и как минимум соучастие в двух убийствах с целью ограбления… Не находите, что это может повредить репутации и научной карьере?
– Тебя это не касается! – взревел профессор. – Оставь нас! Пошел вон! Я не боюсь смерти! Аз есьм Бездна Вечности…
Его щегольской костюм превратился в грязное тряпье, лицо напоминало физиономию бомжа, полчаса назад спьяну обматерившего патруль ППС, но весь он прямо-таки излучал силу и опасность.
«Его Экселенция», как выяснилось уже в следующую секунду, рассчитывал не только на неведомых демонов. Из кармана его вымазанного травяной зеленью пиджака появился неуместный в этом мистическом антураже пистолет.
Черное дуло повело влево, блестящая вороненая игрушка стремительно поднялась на уровень груди Савельева. «Беретта 92F, калибр 9мм, патрон парабеллум – автоматически определил майор. Коротко щелкнул боек – осечка!
Злорадно выкрикнув что-то, Стрельцов вскинул руку опять, но Вадим присел, уходя с линии огня и одновременно выхватывая из-за пояса ПМ Борисыча.