Владимир Лещенко – Под тенью проклятья. Город не для всех (страница 17)

— Слыхал, есть такая эльфиянка — баба-мортер... — начал было лейтенант.

— Это Белая Змея, что ли? Так ведь, говорят, выдумка это. Еще Синего Стражника вспомните или Вареного Ушастика с Веселыми Вдовами...

— Синий Стражник, сынок, это никакая не выдумка! — насупился лейтенант. — Вот походишь с моё в ночные дозоры, по всяким местам — поймешь кое-что...

— Еще скажите и Исконное Проклятье — не выдумка! — бросил сержант с дурацкой улыбочкой.

— Ну хватит болтать! — прикрикнул старший «муниципал» и зачем-то оглянулся через левое плечо. На службе как-никак…

— Шеф, датчики отказываются что-либо показывать! — послышался крик одного из экспертов Департамента.

— Я уже это понял! — отрезал грубый голос, хорошо знакомый Энид — то был Горран Пойд, старший криминалист.

Она направилась к нему. Тут же крутилась Ирсара Чинти, месяц назад еще стажировавшая у Лайг после Академии — все еще полная иллюзий юная полицейская, смотревшая на свою старшую коллегу с обожанием.

— А, капитан Лайг, — окликнул Энид Горран. — Привет, только вас тут и не хватало. Спасибо, что прибыли, старший инспектор. Вы вроде имеете ранг первого мастера по арбакору? Не могли бы разбить пару камер? А заодно уж — наглых журналистских морд?

— Пострадавшие уже установлены? — осведомилась она, игнорируя шутливый тон.

— Да. Это Арвос Рундао и Вим Галво — богатые молодые люди без определенных занятий, — поспешила доложить Ирсара.

— Ого! — присвистнула капитан. — Первый — сын пивного магната и той манекенщицы, как её... А второй? Тоже вроде знакомая фамилия?

— Наследник сети сигарилльных магазинов.

— Будет шум и вонь! — резюмировала Энид.

— Уже начинается! — подтвердил Горран, кивая на прессу.

— Что тут произошло хотя бы примерно ясно?

— В том то и дело... тут есть кое-что странное.

— А именно? - поморщилась Энид, от вида ватаги суетящихся журналистов.

— Скорее всего, не нападение. То есть не обычное нападение.

— Обычное, не обычное... — проговорила Энид, опускаясь на корточки рядом с Горраном. — Что тут необычного, дружище? В этом проклятом месте, называемом Джерис, каждый день кого-то убивают — и людей, и эльфов, и даже полицейских.

— Тогда внимательнее присмотритесь к... причине смерти. — Горран указал на живот трупа.

Энид глянула на тело светловолосого парня и оттянула край его рубахи, рассматривая глубокую рану.

— Ну, как? — не выдержал Горран.

— Хороший удар, нерядовой, — кивнула Энид. — Края ровные как по лекалу — то, чем это сделали, натачивали до совершенства. Да и рука была рукой мастера. И разрез специфический — косой. Обычно бьют вертикально сверху вниз...

— Это ясно. А кто это сделал? Есть соображения? — Энид знала, что Горран уже сделал свои выводы и теперь хочет услышать её.

— Уж точно не простой житель трущоб, — нахмурился сыщик. — У меня такое ощущение, они нарвались не на того, на кого рассчитывали.

— Какой-нибудь отставной спецназовец? — осведомилась девушка.

— Вряд ли, — подумав, сказал он. — Зачем бы нашим золотым мальчикам цапаться с означенным спецназовцем?

— Известно зачем, — хохотнул оказавшийся вблизи сержант. — Золотая молодежь! Потрогали его за попку, он и обиделся!

— И в самом деле версию о нетрадиционной ориентации нужно будет проверить, — кивнула Энид, не забыв, впрочем, наградить излишне остроумного муниципала уничтожающим взглядом. Но, скорее всего, потянем пустышку — тогда бы мы имели не два трупа, а двух измордованных калек. Кроме того, пока что к нормальным мужчинам гомики у нас на улицах не лезут.

«Или уже лезут?» — промелькнуло у неё.

Энид еще раз внимательно осмотрела труп при свете фонарика.

— У него такое лицо, как будто что-то сильно удивило или испугало его в последний момент.

— Ну, это понятно: я бы тоже удивился, распори мне брюхо, как свинье, предназначенной на жаркое к Самхейну, — ввернул Горран. — И как? Ты что думаешь?

— Да, — вздохнула Энид. — Тот, кто это провернул, отлично знал свое дело — а таких умельцев немного. Улики есть?

— Никаких...

— Тогда ясно, что... ничего неясно... — пробормотала Энид, вмиг оказавшись на ногах. — Горран невольно отпрянул от её резкого, как у пантеры, движения.

— Да, тут еще КОБ нажимает на нас, — виновато продолжил Горран.

— Интересно, что их на этот раз не устраивает?

— Ну, во-первых, они требуют, чтобы мы помогли им изловить пресловутого Аластора. Во-вторых, столь же пресловутую Белую Змею.

— А при чем тут она? С каких пор Комитет занимается обычными убийцами?

— Ну, не такая уж она обычная... — усмехнулся Горран. — Опять же прошли слухи, что якобы они работают вместе. Один здесь, другой там.

— Исключено, — ответила Энид. — Аластор — террорист, а она при всем своем своеобразии —типичный мортер. Кстати, это не может быть её работа?

— Почему именно «она»? Впрочем, вряд ли... Она или он, как ты правильно отметила, это высококлассный убийца — а тут два каких-то придурка хоть и из богатых семеек. Кому они так насолили, чтобы тот заплатил Змее? Ладно. Пора сворачиваться.

Горран кивнул и начал орать сначала на помощников, чтобы они живее убирали трупы, потом на зевак, крича, что здесь ничего интересного нет. Энид, воспользовавшись моментом, быстренько уехала в участок на служебной машине.

Отчитавшись перед шефом и сказав, что они, возможно, вновь имеют дело со старой знакомой, Энид забрала из архива дело Белой Змеи. Здесь было всего два листочка, которые даже не рассказывали о ней, ибо рассказать было нечего, а просто давали все возможные теории и гипотезы.

Зайдя к себе в кабинет, Энид посмотрела на часы, ни на минуту не забывая о «предложении» эльфа. Сколько же проблем…

Подойдя к столу, она только сейчас заметила мигающую лампочку на автоответчике. Вздохнув и гадая, что это может быть еще, она нажала на кнопку.

«…Энид? Здравствуй, это Айри, — прозвучал голос однокашницы по университету и старой подруги. — Я пыталась связаться с местным отделением, но они отбрехиваются, — у них там была драка со стрельбой, — а больше знакомых полицейских у меня нет. Так вот, к нам поступила эльфийка. Свидетели уверяют, её сбил черный «Парго» седьмой модели с аэрографией «Маблунг ан ньолт». Ошибаться они не могут — один из них отставной дорожный полицейский. Девушка все еще без сознания. Если что, заезжай. Удачи, Энид».

Как только Энид прослушала запись, она нажала кнопку третий линии и сконнектилась с информационно-сетевой службой.

— Хруолан, — начала Энид. — Здесь Лайг. Будь добр свяжись с дорожной полицией и выясни — сколько в нашем городе имеется черных «Парго» седьмой модели? Как только выяснишь, — она несколько секунд напряжено морщила лоб, — подключись к записям камер слежения, затребуй у дорожно-патрульной службы кадры с ними и выясни, какой из этих богатых идиотов украсил свою идиотскую груду металлолома, стоящую идиотскую кучу денег, идиотской надписью «Маблунг ан ньолт»? Понимаю, что это муторно, но это приказ.

— Да, сейчас. — В трубке несколько секунд было слышно, как гросс-сержант Хруолан с невероятной быстротой бил пальцами по мануалу, затем он отключился.

Довольная собой Энид откинулась в кресле. Этот хмырь что-то говорил о том, что она истинная сидха? Сейчас он был бы удовлетворен...

— Да, родич, — прошептала она почти без ненависти, — раньше ты был врагом всего-навсего Джериса, а теперь ты мой личный враг. А что бывает с теми, кого я считаю недостойным топтать Арту, ты и так знаешь. Но ведь по нашей эльфийской привычке презираешь ничтожных людишек и не думаешь, что это касается и тебя тоже.

Спустя несколько минут заверещал элекон.

— Здесь Хроулан, — буркнул раухерщик. — Я нашел этот мобиль...

— Быстро, — похвалила капитан. — Молодец!

— «Парго» чёрного цвета седьмой модели в городе нашем ровно три, — юношеским баском сообщил польщенный сержант. — Первый зарегистрирован на Тапта З-Роона — уважаемого тангара из корня Роон, семидесяти девяти лет, компаньона в коммандитном товариществе Ирвинд, «Ридас и Ко» — импорт-экспорт ферросплавов. Сейчас, по нашим данным, стоит в охраняемом гараже жилого кондоминиума на улице Богусы Праведного дом двадцать семь, ибо хозяин уже как три дня срочно вылетел рейсом компании «Дальние Авиалинии» в королевство Острых гор.

Энид помолчала. Если гном куда-то вылетел — при известной всем нелюбви этого народа к полетам, — значит дело весьма срочное. Оставалась, конечно, вероятность, что его машиной кто-то воспользовался без разрешения, — но вряд ли гном при опять же всем известной «любви» подгорных коротышек к оркам стал бы писать на машине прозвище вождя ненавистных дикарей.

— Ладно, проехали. А вторая?

— Вторая — собственность Хонуга Пальса, двадцать пять лет, не работает, отец — совладелец Торгового дома «Рочистарн». Но он тоже отпадает. Вот уже три недели, как хозяин вдребезги разбил его на очередных «Диких гонках». Мобиль сейчас на полицейской стоянке — ждет вывоза в металлолом.

— А что с хозяином?

— В состоянии средней тяжести в клинике Зомдера, — усмехнулся голос на том конце линии. — Переломы ног, сотрясение мозга.

Энид подумала, что последний диагноз удивляет, ибо у человека, способного выставить на «Дикие гонки» машину стоимостью сто тринадцать тысяч монет, мозгов нет по определению.

— Так — с этим тоже ясно. А третий?