Владимир Ленин – Полное собрание сочинений. Том 55. 1893 — 1922 (страница 2)
* Хотя содержание этих писем предназначалось обьино для всех, по крайней мере, живущих в данное время вместе членов нашей семьи, «чтобы не повторяться».
** Сюда не вошла переписка Владимира Ильича с его родными за период его ссылки (см. «Пролетарскую Революцию» №№ 2-3, 4, 5, 6 и 8 за 1929 г.) и за 1896 год, когда Владимир Ильич сидел в доме предварительного заключения в Петербурге (с 9/XII. 1895 - 29/1. 1897 г. по ст. ст.), имел почти все время свидания с матерью и сестрами, и его личная переписка с ними была очень незначительна (см. статью А. И. Елизаровой-Ульяновой «Владимир Ильич в тюрьме», № 3 «Пролетарской Революции» за 1924 г. и приложенные к этой статье два письма Владимира Ильича за 1896 г.). G ноября 1905 г. по декабрь 1907 г. Владимир Ильич жил в Петербурге или в Финляндии, часто видался с родными и почти не писал им. Кроме того, существует еще ряд писем к Анне Ильиничне и Марии Александровне, особенно за те периоды, когда Мария Ильинична жила за границей. Эти письма будут опубликованы дополнительно. (Упоминаемые М. И. Ульяновой письма В. И. Ленина включены в настоящий том. Ред.)
XII
M. И. УЛЬЯНОВА
Но если мы имеем полное собрание Сочинений Ленина и довольно большую литературу о ленинизме (и научно-исследовательскую, и популярную), то Ленин как человек, с его яркой разносторонней индивидуальностью, обрисован до сих пор крайне недостаточно или не обрисован почти совсем.
Предлагаемые читателю письма заполняют отчасти этот пробел. По ним можно судить, до некоторой степени, об образе жизни Владимира Ильича, его привычках, склонностях, об отношении его к людям и т. п. До некоторой степени, оговариваемся мы. Ибо, прежде всего, это далеко не полное собрание его писем к родным за указанный период. При частых переездах из города в город, при многочисленных обысках и арестах, которым подвергался то один, то другой член нашей семьи, многие из его писем либо попали в руки полиции и не были возвращены , либо утрачены иным путем. Часты были случаи и утери писем при пересылке, особенно во время империалистической войны. Поэтому иногда один и тот же вопрос повторяется в нескольких письмах подряд. Помимо того, на этих письмах лежит печать полицейских условий во времена царизма. Правда, вся деловая переписка (все сообщения о революционных событиях, жизни партии и т. п.) велась нами в те времена конспиративно, химией, обычно в книгах и журналах, и пересылалась на чужие «чистые» адреса **. Но личная жизнь и революционная работа были настолько тесно связаны, что личная легальная переписка, несомненно, сильно страдала и урезывалась нами из-за полицейских условий. И недаром Владимир Ильич писал в одном из своих писем к сестре, Марии Ильиничне, в Вологду, где она была в то время в ссылке: «очень уже трудно в нашем (и твоем и моем особенно) положении вести переписку, как хочется» ***
* Так, в Центроархиве мы нашли выписки из шести писем Владимира Ильича, приложенных к делу московского жандармского управления в качестве «вещественных доказательств». Выписки эти даются нами в приложении. (См. настоящий том, стр. 385-386. Ред.)
** Хранить их в России было, конечно, невозможно, и лишь часть из них уцелела в копиях, которые делались за границей.
*** См. настоящий том, стр. 354. Ред.
XIII
ПРЕДИСЛОВИЕ К СБОРНИКУ «ПИСЬМА К РОДНЫМ» ИЗД. 1930 г.
А это относилось не только к Марии Ильиничне, но ко всем членам нашей семьи, так как родство Владимира Ильича с ними было не только по крови, но и по взглядам, по убеждениям. Все они (и муж Анны Ильиничны - М. Т. Елизаров) были тогда социал-демократами, примыкали к революционному крылу партии, все они в большей или меньшей степени принимали участие в революционной работе, живо интересовались жизнью партии, радовались ее успехам, болели за неудачи. И даже наша мать, которая родилась в 1835 году и которой в конце 90-х годов, когда обыски и аресты в нашей семье стали особенно часты, было уже более 60 лет, с полным сочувствием относилась к нашей революционной деятельности.
Вся легальная переписка революционеров перлюстрировалась, и приходилось прибегать к разным намекам, условным обозначениям и т. п., чтобы коснуться так или иначе интересующих нас вопросов, сообщить о получении того или иного нелегального письма, справиться о знакомых и пр.
Читатель увидит, что письма Владимира Ильича, которые направлялись непосредственно на адрес матери, сестры или брата, почти не содержат в себе имен и фамилий - это могло бы навлечь неприятность для лица, фамилия которого упоминалась бы в таком письме. А подводить кого-либо в лучшем случае под неприятность у нас не было, понятно, ни малейшего желания. Если же в письмах Владимира Ильича встречаются все же имена и изредка фамилии, то только товарищей и знакомых, с которыми наше знакомство все равно было установлено полицией в силу разного рода обстоятельств (совместная ссылка по одному делу, учеба в одном и том же учебном заведении и т. п.) или основывалось на чисто деловых сношениях (фамилии издателей, книгопродавцев и пр.). Чтобы избежать упоминания фамилии кого-либо из более или менее легальных знакомых, о котором Владимир Ильич хотел сообщить что-либо, передать привет и пр., он сплошь и рядом прибегал в этих письмах к кличкам и объяснениям, имеющим связь с тем или иным известным нам фактом или событием.
XIV
XIV M. И. УЛЬЯНОВА
Так, Владимир Ильич называет «историком» (имея в виду его исторические работы) И. И. Скворцова-Степанова, с которым у него была одно время - через Анну Ильиничну и Марию Ильиничну - оживленная переписка .
Посылая привет В. В. Воровскому, который был в ссылке в Вологде одновременно с Марией Ильиничной, Владимир Ильич пишет: «Привет польским друзьям и пожелания, чтобы всячески подмогали» . Под «китайским путешественником» подразумевается А. П. Скляренко, служивший тогда на железной дороге в Маньчжурии, под «господином, с которым мы прошлый год катались в лодке» - В. А. Левицкий и т. д.
Иносказательно приходилось писать и о пересылке нелегальных изданий, конспиративных корреспонденции, книг, содержащих химические письма и т. п.
В конце декабря 1900 года пишущая эти строки переслала Владимиру Ильичу за границу с ехавшим туда Г. Б. Красиным «Манифест партии социалистов-революционеров», заделав его для конспирации в альбом с какими-то фотографиями. Посылка эта очень обрадовала Владимира Ильича, и в письме от 16. I. 1901 года он пишет: «очень благодарю за присланные книги и особенно за чрезвычайно красивые и интересные фотографии, посланные кузеном из Вены; очень желал бы почаще получать такие подарки».
«Искра» и другие нелегальные издания пересылались в Россию, между прочим, в конвертах на «чистые», легальные адреса. Такие адреса мы давали и для получения литературы для себя. И иногда в легальных письмах сообщалось о такой посылке, чтобы мы имели возможность своевременно справиться у адресата. Очевидно такое сообщение заключается и в следующих словах
* Из переписки этой сохранилось, к сожалению, только одно письмо от 16/XII. 1909 года. См. Сочинения Ленина, т. XIV, 2-е изд., стр. 212-216. (Из переписки В. И. Ленина с И. И. Скворцовым-Степановым сохранились два письма - от 2 и 16 декабря 1909 года. См. Сочинения, 5 изд., том 47, стр. 223-225, 226-232. Ред.)
** См. настоящий том, стр. 340. Ред.
*** Там же, стр. 194 и 211. Ред.
**** Там же, стр. 200. Ред.
XV
ПРЕДИСЛОВИЕ К СБОРНИКУ «ПИСЬМА К РОДНЫМ» ИЗД. 1930 г.
Владимира Ильича (письмо от 14. XII. 1900 г.): «Послал тебе, помнится, девятого интересовавшую тебя вещичку». «Очень рад был Володя твоему большому письму, - пишет Надежда Константиновна в письме от 8. П. 1916 года. - Может, еще как-нибудь напишешь» . Так как наша легальная переписка большими размерами никогда не отличалась, а во время империалистической войны, когда было написано это письмо, мы переписывались главным образом открытками и притом заказными, так как много писем пропадало, приведенные слова подразумевают, очевидно, нелегальное письмо через книгу.
В первое время пребывания Владимира Ильича за границей в 1900 году, когда он не знал еще, насколько прочно обоснуется там, он, в целях конспирации, не давал нам для переписки своего личного адреса, и, когда он жил в Швейцарии или Мюнхене, мы писали ему на Париж или Прагу. Так, в письме от 2. III. 1901 г. он сообщает свой новый адрес, прибавляя, что «переехал вместе с своим хозяином квартирным» . Франц Мод-рачек, на адрес которого шли наши письма, действительно, переехал тогда на новую квартиру, но Владимир Ильич продолжал жить в Мюнхене, на старой.
Одной из характерных черт Владимира Ильича была большая аккуратность и пунктуальность, а также строгая экономия в расходовании средств вообще, а в частности, лично на себя. Вероятно, эти качества передались Владимиру Ильичу по наследству от матери, на которую он походил во многих чертах характера. А мать наша - по материнской линии - была немка, и указанные черты характера были ей свойственны в большой степени.
Насколько Владимир Ильич был бережлив к деньгам и экономен в расходах на себя, видно из его письма от 5. X. 1895 года .
* См. настоящий том, стр. 197 и 456. Ред.
** Там же, стр. 205. Ред.