Владимир Легойда – Мешают ли джинсы спасению. Опыт современной апологетики (страница 4)

А дальше потрясающая по силе и проникновенности сцена: ни одного упрека, ни одного слова обвинения. Все, что пытается сделать девушка, – это успокоить любимого. Она говорит, что он не должен расстраиваться, что деньги – это не главное, что она еще заработает. Главное, они любят друг друга, поэтому все будет хорошо.

В ответ парень «взрывается» и начинает гнать от себя девушку. Он кричит, что не может находиться рядом с ней, что ему больно от осознания того, что он – последняя сволочь – проиграл заработанные ею деньги, а в ответ от нее – ни слова упрека, а только обещание любить его, что бы он ни натворил. Но такая любовь выше его сил, так как он не может быть с ней, ощущая свою подлость! Ему больно от ее доброты, и он ее прогоняет.

Конечно, дальше ему станет только еще больнее. Прогнав любимую, он будет всю жизнь мучиться, потому что такая любовь – одна и на всю жизнь. Но, согласитесь, трудно в этой ситуации обвинить девушку, упрекнуть ее в том, что именно она обрекает парня на мучения…

Этот образ, на мой взгляд, вполне по-христиански описывает ощущения души грешника, встречающей Бога – Того, Кто есть Любовь. Любовь, которая обжигает, но без которой нет жизни. Так человек, просидевший долгое время в темной комнате и отказывавшийся выходить к свету, неизбежно слепнет, когда солнечные лучи впервые касаются его лица. И кто виноват, что на постоянный призыв выйти на улицу, к свету, он отвечал отказом?.. А глаза тем временем потеряли способность воспринимать свет, то есть жизнь. Поэтому именно сам

человек обрекает себя на вечную тьму, вечное мучение.

И все же, повторю еще раз, христианство – это Благая Весть (по-гречески – Евангелие) о Жизни, а не смерти. И все, что требуется от нас, – это открыть дверь и выйти к свету, пока не поздно. Время у нас еще есть.

Часть 2

Часто задаваемые вопросы

Яблоко раздора⁹

Кому сегодня не известен знаменитый библейский сюжет: Адам и Ева в раю съедают яблоко с древа познания добра и зла, нарушая тем самым данный Богом Завет – вкушать со всех деревьев в Эдемском саду, кроме этого? За подобный проступок прародители жестоко расплачиваются: Бог изгоняет их из Рая. И хотя в таком описании все кажется вполне соответствующим библейскому изложению, на самом деле оно довольно далеко от истины: нет там ни Евы, ни яблока. Но – начнем по порядку.

Во-первых, не Адам и Ева, а Адам и жена. Имя Ева («Хавва», др. – евр. «жизнь») жена первого человека получает уже после изгнания из Эдема. «Буквоедство!» – может возмутиться современный образованный либеральный читатель. Но скорее всего будет не прав. Дело в том, что в традиционных культурах наречение имени предполагало, что дающий имя обладает соответствующей властью. Поэтому не исключено, что до грехопадения Адам такого права не имел, раз он не дает имя жене сразу после ее сотворения. И только тот факт, что Ева первой поддалась на провокацию змея, нарушил определенное равенство мужчины и женщины: «И к мужу твоему влечение твое, и он будет господствовать над тобою», – говорится жене при изгнании, а не после творения.

Во-вторых, конечно, Библия ничего не говорит ни о райских яблоках, ни о райской яблоне. Книга Бытия вообще не уточняет, о каком дереве идет речь: сказано только, что это древо познания добра и зла, растущее посреди рая, и сказано, что змей прельстил жену плодами древа. Библия – книга символическая. Символ указывает не на то, что давно прошло и стало «преданьем старины глубокой», а на то, что чрезвычайно актуально и сейчас и будет актуально всегда, так как соотносит нас с вечностью. Рассказ об Адаме и Еве в последнюю очередь следует воспринимать как «историю жизни одного семейства». Символизм данного рассказа призван показать, что человек потерял изначальное, естественное состояние отношений с Богом и с себе подобными…

Но вернемся к яблоку. Откуда же тогда оно появилось, откуда все эти многочисленные ассоциации, картины и проч.? Сейчас сложно, наверное, сказать, каким образом именно яблоко стало ассоциироваться с грехопадением человека. Вообще-то, в христианстве символизм яблока двойственен. Во-первых, яблоко является символом грехопадения и изображается в качестве такого страшного символа в пасти змея, обезьяны или руках первых людей. Попытки объяснить выбор яблока тем, что латинское слово malum (яблоко) является однокоренным со словом malus (зло), несостоятельны – корни у этих слов разные.

Традиция же изображать яблоко в качестве символа грехопадения появилась скорее всего в эпоху Возрождения, когда каждый уважающий себя художник писал на библейские сюжеты, а эпизод с грехопадением был одним из самых распространенных. Не исключено, что данный символизм восходит к древнегреческим мифам, в которых именно яблоко часто играло весьма символическую роль: вспомним хотя бы знаменитое яблоко раздора, которое Парис вручил богине Афродите как победительнице первого в человеческой истории «конкурса красоты». Правда, закончился этот конкурс весьма печально: в благодарность Афродита наградила Париса любовью Елены Прекрасной, что в конечном итоге привело к Троянской войне. В самой же Библии яблоко встречается в книге Песнь Песней. При этом многие специалисты полагают, что и в греческой мифологии, и в Песне Песней речь идет не просто о яблоках, а о гранатовых яблоках, попросту – о гранатах, которые испокон веков считались символом любви.

Во-вторых, в христианской символике яблоко может являться и символом спасения, если оно изображается в руках Младенца Христа или Богородицы. Очевидно, это связано с тем, что Иисус Христос именуется в христианской традиции Новым Адамом, так как через одного человека (Адама) грех и смерть вошли в человеческую природу, так через одного Богочеловека, Иисуса Христа, природа людская была освобождена от греха и смерти (см.: Рим. 5,12–21).

Литература:

1. Апостолос-Каппадона Д. Словарь христианского искусства. Челябинск, 2000.

2. Кураев Андрей, диакон. Мужчина и женщина в книге Бытия // Альфа и Омега, 1996, № 2/3 (9/10). С. 268–301.

3. Легойда В. Р. Женщина и мужчина: отношения сквозь века //Фома, 2002, № 1(13). С. 32–42.

4. Похлебкин В. Словарь символов. М., 1999.

5. Тресидцер Д. Словарь символов. М.: ФАИР-ПРЕСС, 1999.

Загадка Вифлеемской звезды¹⁰

В Евангелии от Матфея прочла, как волхвы пришли поклониться родившемуся младенцу Иисусу, причем привела их к Нему шедшая по небу звезда. Неужели Церковь действительно верит в то, что по небу двигалась некая звездочка? И почему это какие-то восточные волхвы пришли в Иерусалим?..

Елена Павленкова, Москва

В древние времена появление или исчезновение небесных тел связывалось с рождением или смертью великого человека. Так считали греки и римляне, подобная точка зрения существовала и на Ближнем Востоке. Однако нам может показаться странным, что волхвы, увидев звезду, тут же отправились на поиски царя, да еще и в Иерусалим.

Между тем доподлинно известно, что тогда по всему Востоку было распространено убеждение, что в ближайшее время, причем именно в Иудее, должен родиться Владыка мира, которому будут поклоняться все народы.

Об этом напряженном ожидании Царя Иудейского свидетельствуют в своих произведениях римский историк Тацит («Истории», 5, 13), Светоний Транквилл («Жизнь Веспасиана», 4, 5) и иудейский историк Иосиф Флавий («Иудейская война», 6, 5.4). Подтверждением тому служат и евангельские слова пришедших в Иерусалим волхвов. Они уверенно спрашивают: «Где родившийся Царь Иудейский?»

Евангелие говорит, что волхвов в Вифлеем привела шедшая перед ними звезда. Что это была за звезда? Ведь, согласно Евангельскому тексту, волхвы увидели звезду на Востоке и пришли в Иерусалим (поскольку, как мы выяснили, именно там ожидали рождение Царя), где звезда вновь возникла и повела их в Вифлеем. Христианские писатели первых веков (Игнатий-Богоносец, Ориген и Евсевий) думали, что это была особенная, специально сотворенная для такого случая звезда. Святой Иоанн Златоуст (IV век) и блаженный Феофилакт Болгарский (XI век) считали ее разумной силой (ангелом), явившейся в образе звезды.

Интересное объяснение этого явления предложил знаменитый немецкий астроном Иоганн Кеплер. Он доказывал, что виденная волхвами звезда появилась в результате редкого совпадения в одной точке наиболее ярких планет: Юпитера и Сатурна. Свои вычисления Кеплер основывал на том, что 17 декабря 1603 года произошло подобное совпадение этих двух планет, а в следующую весну к ним присоединилась третья планета – Марс.

По астрономическим вычислениям Кеплера такое же совпадение (Юпитера и Сатурна в созвездии Рыб) должно было происходить и в 747 году от основания Рима, а в следующем, 748 году (т. е. примерно в то время, когда родился Иисус Христос) к этим двум планетам должен был присоединиться Марс. Поскольку явившаяся волхвам на родине звезда перестала быть видима, когда они отправились в путь, и вновь показалась, когда они пошли из Иерусалима в Вифлеем, то присоединение Марса в 748 году вполне согласуется с евангельским повествованием. Это небесное явление известно в астрономии под названием «парад планет». Интересно, что в Лондонской обсерватории в 60-е годы прошлого столетия посетители могли видеть воссозданную английскими астрономами картину звездного неба в год рождения Иисуса Христа с яркой звездой.