Владимир Легойда – Мешают ли джинсы спасению. Опыт современной апологетики (страница 6)

Вторым, и очень важным, центральным, моментом римской религии был культ императора. Римский император обожествлялся уже при жизни. Поклонение ему было обязательным для всех граждан ритуальным правилом. Оно предполагало принесение жертв императору, произнесение клятвы именем императора и т. д.

Возникшее и быстро распространявшееся по империи христианство довольно скоро обнаружило свое несоответствие этим двум положениям.

Прежде всего, христиане утверждали, что Бог один, а боги, которым поклоняются нехристиане, – не более чем деревянные или каменные куклы, идолы, неспособные ни услышать, ни помочь. Кроме того, христиане всячески избегали языческих увеселений и зрелищ. Такое отношение породило (в основном среди простонародья) представление, что христиане – безбожники. Ведь они не признают богов, а кем еще назвать не признающих богов людей? Кроме того, терпимость римлян к чужим религиям была основана на уважении древности и «национальности» религиозной традиции. Христиане же воспринимались как новая революционная секта.

Но христиане, помимо всего прочего, не признавали и культ императора. Это, по римским представлениям, серьезно усугубляло их вину, так как свидетельствовало уже не просто об атеизме (что, откровенно говоря, волновало прежде всего жрецов и простой народ – многие римские интеллектуалы сами вовсю потешались над богами и высмеивали народные верования), но и об опасности для государства. Культ императора был официальным государственным культом. Непризнание его, отказ приносить жертвы императору и поклоняться его изображению означали государственную измену. Поэтому христиане считались государственными преступниками. Это было все равно, что в СССР 30-х гг. заявить, что Сталин не является мудрейшим из мудрейших и вождем всех народов. Похожим образом дела обстояли и в императорском Риме.

Непризнание культа императора вызвало гонения на христиан со стороны государства.

«Атеизм» не был единственным грехом христиан в глазах римлян. Последователей Христа также обвиняли в человеконенавистничестве и разврате. Так простой народ интерпретировал те обрывки слухов о христианских собраниях и богослужениях, которые доходили до людей. Причина неприязни и слухов состояла в том, что жизнь простого народа в Римской империи была максимально открытой, была на виду. Христиане же собирались на свои богослужения тайно, непосвященные (т. е. не принявшие Крещения) туда не допускались. В эпоху гонений у первых христиан даже сложились особые правила поведения – disciplina arcani – «тайное учение», или «учение тайны». Христианские собрания проводились секретно. Верующие собирались на молитву в катакомбах – вырытых в земле длинных извилистых улицах и переулках (первоначально – местах захоронения римлян, а затем – христианских мучеников). Молитвы и их последование зачастую не записывались (чтобы книги не попали в руки язычников), а заучивались наизусть…

Конечно, такая секретная жизнь не могла вызвать ничего, кроме ненависти и презрения у римлян. Кроме того, все это усиливало подозрения в «сектантстве». Поэтому христиан обвиняли во всевозможных грехах и преступлениях, часто взваливая на них вину и за политические катаклизмы и даже за… стихийные бедствия. В Северной Африке еще в IV веке существовала поговорка: «Если нет дождя, вини христиан».

Сегодня может показаться странным, что, несмотря на такое отношение со стороны народа и на правительственные гонения, христиане не стремились сделать свою жизнь более открытой, установить контакт с государством. Напротив, оставаясь абсолютно лояльными к большинству римских законов и правил жизни, христиане были абсолютно непреклонны в вопросах веры.

Казалось бы, чего проще: сделать богослужения открытыми, поучаствовать в чествовании императора – и никаких гонений не было бы, и обвинения в атеизме и разврате сами собой бы отпали. Однако христиане не шли на это, предпочитая смерть. Почему? Чтобы были прекращены обвинения в атеизме, недостаточно было доказать, что ты веришь в Бога. Для римлянина религия прежде всего культ, исполнение внешней, общепринятой и традиционной стороны обрядов. А христиане категорически отказывались именно от языческих обрядов. Иными словами, необходимо было принесение жертв императору. Отказ был равносилен подтверждению обвинения в атеизме, государственной измене и т. д.

Кроме того, существовала реальная опасность, что язычники, поклонявшиеся многим богам и признававшие божества различных народов, стали бы повторять внешние формы христианских Таинств, наполняя их своим содержанием и не осознавая подлинной сути происходящего. Тем самым христианское священнодействие могло бы превратиться в одну из языческих мистических оргий. По мнению современного богослова диакона Андрея Кураева, римскому язычнику ничего не стоило бы после совместного моления с христианами «пойти и «подзарядиться» в мистериях Диониса или Митры»¹⁴.

Но недаром христианская Церковь с самого начала своей истории именовалась православной, т. е. главным считалось правильное поклонение Богу. Христиане не хотели участвовать в инославии, не хотели допускать инославных к Таинству, другими словами, всячески бежали такого модного сегодня религиозного синкретизма, проповедующего общность всех религий и ратующего за их слияние.

И хотя disciplina arcani давно ушла в прошлое, о ее существовании нам напоминает возглашение диакона во время совершения православной Литургии: «Оглашеннии (т. е. лишь готовящиеся к принятию Крещения), изыдите, оглашеннии, изыдите, елицы (те, кто) вернии, паки и паки (еще и еще) миром Господу помолимся».

Литература:

1. Болотов В.В. Лекции по истории Древней Церкви. Репринтное воспроизведение издания 1907 года. М., 1994. Т. 2. С. 2–165.

2. Кураев Андрей, диакон. За что преследовали христиан в языческом мире // Сатанизм для интеллигенции. Т.1. Религия без Бога. М.: Московское подворье Свято-Троицкой Сергиевой Лавры: Отчий дом, 1997. С. 351–363.

3. Лебедев А.П. Эпоха гонений на христиан. М., 1994.

4. Тальберг Н. История христианской Церкви. М.: Интербук. 1991. С. 23–32.

«Крестоносцы»

…Хорошо известно, что никакой «монополии» на крест у христиан нет. Во-первых, крест – древнейший мистический символ множества народов. А во-вторых, сами христиане, насколько я знаю, воспользовались этим символом впервые лишь в IV веке. Причем произошло это «сверху», по указу первого христианского римского императора Константина.

Иван, Москва

Действительно, задолго до возникновения христианства различные формы креста использовались многими народами Азии и Африки. В каждой культуре этому символу придавалось свое значение. В самом широком смысле он, как правило, связывался с Вселенной, с Космосом, с противопоставлением неба и земли или пространства и времени, а также с символическим значением цифр.

В христианстве крест приобретает принципиально новое, необычное значение, ранее нигде не встречавшееся. Он становится символом Бога-Спасителя – Иисуса Христа – свидетельством искупления Им человеческих грехов и залогом спасения людей. Примечательно, что символом спасения стало не просто орудие казни, но орудие самой позорной казни – распятия. Граждане Римской империи благодаря своему статусу не могли быть подвергнуты такой «неприличной» смерти. Однако то, что было позором для римских граждан, обернулось величайшей славой и спасением для христиан и стало самым известным и самым почитаемым религиозным символом в мире.

Повсеместно в Римской империи крест стал употребляться лишь к концу IV века. Это традиционно связывается с именем императора Константина Великого, которому в 312 году перед битвой с Максентием было видение креста на небе с надписью «Сим победиши!». После победы Константина крест стал открыто использоваться как символ победы.

До эпохи Константина христиане удерживались от изображения креста Христова в его действительной форме, а тем более – от изображения его вместе с Распятием. Однако это совсем не значит, что символ не существовал.

Согласно большинству свидетельств, крест как орудие спасения мира Иисусом Христом был предметом величайшего чествования у христиан с самого основания Церкви. Отцы Церкви говорят об этом чествовании как об апостольском предании, то есть той традиции, начало которой положили сами апостолы – люди, бывшие первыми учениками Христа. В первые три века оно относится к области disciplinae arcani («тайное учение», или «учение тайны»), то есть к кругу тех христианских верований и обрядов, которые хранились в тайне от язычников. Причинами этой закрытости были, во-первых, религиозный плюрализм языческого общества, в котором признавалась любая религия и разрешалось следование сразу нескольким традициям, и, во-вторых, необходимость поклоняться божественному кесарю, чего христиане, конечно, не делали.

Язычники, впрочем, что-то знали об апостольской традиции, потому что отдельные лица из христиан имели мужество открыто исповедовать крест. По рассказу Понтия, биографа св. Киприана Карфагенского, в III веке некоторые христиане изображали фигуру креста даже у себя на лбу; по этому признаку их узнавали во время гонений и предавали мучениям. От середины III века сохранилось одно изображение (на сосуде) человеческого лица с крестом на челе. Из актов 7-го Вселенского Собора известно, что в царствование Диоклетиана (III век) мученики Прокопий и Орест носили изображение креста на груди. Язычники называли христиан в насмешку крестопоклонниками (crucicolae), предполагая, что христиане чтут крест как фетиш или как идол. На предметах, сохранившихся от трех первых веков и найденных при раскопках в Риме и Помпеях, встречаются большей частью лишь аллегорические изображения креста и Распятия. Встречаются во множестве и символы креста, и его различные формы: якорь, а также крест, напоминавший первую букву в имени Христа (X), который также называли crux decussata (от изображения римской цифры 10). О поклонении кресту по древнему обычаю в начале III века свидетельствуют Тертуллиан, Ориген и другие.