Владимир Лебедев – Операция «Пропавшие» (страница 70)

– Новые сокланы нам нужнее. – Юсуф нахмурился. – Это догма.

– Догма, говоришь… – повторил Лоцман, чтобы скрыть досаду. – Сейчас увидишь, как Зона поступает с соклановцами. Смотри! – И пальцем указал на «Оракул».

Юсуф увидел все.

Схватку с кровохлебами. Спуск в «Омегу-16». Гигантского идола из живых мертвецов. Алтарь гномов и зал костей. Работу «мясорубки»…

«Сеанс» прервался не от жжения «Спящего сталкера», а от сильного толчка. Лоцмана оторвало от печи, бросило на сидящего Юсуфа, и сталкеры вместе со стулом грохнулись на пол.

– Вот почему в «Догме» не ходят поодиночке, – раздался голос Михалыча.

Усатый «догматик» возвышался над двумя ветеранами, спиной к «Оракулу», и сверлил взглядом Лоцмана.

– Палыч, объяснись, что происходит? – сказал он. – Захотелось лавров Мультика?

– Который на топчане сгинул? Не слышал о таком. – Морщась от боли, Лоцман поднялся на ноги. – Просто показал Юсуфу, как мы выживали и почему нам кровь из носу нужно к Доку.

Юсуф молча встал, отошел к лестнице, навалился на нее.

– Это… – Он не нашелся что сказать. – Звездец.

– Теперь ты знаешь, что там внизу и что случилось с Вервейко, – сказал Лоцман. – Знаешь, как выйти из «зазеркалья». Эта информация недешева.

Юсуф молчал, поигрывая желваками.

– Палыч, ты что, мутировал в темного? – Михалыч встал у двери с «Грозой» наперевес. – Мультик работал с «Оракулом» не так. Ты как Выдра…

– Михалыч, погоди! – настрой старого ветерана не ускользнул от Лоцмана. – Что за Мультик, что за Выдра? При чем тут темные сталкеры? При чем тут я и какие-то мутации?

Михалыч находился в более выгодном положении. Лоцман понимал это. Собственный «Абакан» висел за спиной, а черно-красный «догматик» был готов выстрелить в любой момент.

Но чего он вдруг взъярился?

Ветеран «Догмы» следил за каждым движением сталкера в «Сумраке». Напряжение в подсобке сельмага возрастало с каждой секундой. Один неверный вздох, и…

– Михалыч, внимательно слушаю, – сказал Лоцман, подняв ладони вверх, чтобы были на виду. – Или ты хочешь грохнуть меня из-за каких-то непонятных измышлений? Может, все не так, как ты думаешь?

– Михалыч, успокойся. Я старший квада, – подал голос Юсуф. – Приказ старшего – догма. Выкладывай, что у тебя на уме.

– Это было давно. – Старый «догматик» совладал с эмоциями. – Сколько вы в Зоне? Три года? Слышали про облаву две тыщи пятнадцатого? Когда перебили кучу бандюков? Тогда я и узнал, что такое «Оракул» и вживую увидел темного. Убийцу Бори, легенды «Догмы».

– Что случилось? – спросил Лоцман, сместившись к холодильной камере и усаживаясь на пол.

– Боря Мультик, легенда «Догмы», – повторил Михалыч, усаживаясь на стул, положив автомат на колени, стволом к Лоцману. – Звучит забавно, но это не пустой звук. Он вычислил многих врагов клана, врагов вольных сталкеров. А начинал «анархистом», нашим идейным противником. Боря Мавроди, Леня Масько, Мотя Турман – их тройку звали «МММ» или «Пирамида», отчаянные были ребята. Деньгами сорили, никому житья не давали. Но однажды у старого госпиталя фанатики уделали их. Отравили газом, взяли тепленьких. Борис рассказывал, что очнулись они на краю Лимана живыми-невредимыми, лишь слегка контуженными. Одна загвоздка – Боря с Леней остались при своих, а из Моти сделали натурального «каменщика». Все честь по чести – комбез «Свет», имя Сиф, промытые мозги. Друзей в упор не помнил. Хотел казнить их, как еретиков, но мужики не растерялись, скрутили его. Подумали, повели к Доку мозги вправлять. Так они очутились здесь, в этой подсобке. – Михалыч закурил, покосился на «Оракул» и покачал головой. – Решили передохнуть. Усадили Мотю за стол, как раз перед чертовым зеркалом, а тот раз! – и застыл истуканом. Решили, что впал в транс, а тот взял и исчез. Смотрят в «Оракул», а там Мотя! Его жизнь, как в телевизоре! Только на обратной перемотке. Как Мотю посвятили в «каменщики», с какого схрона достали ему экипировку, как он пришел в Зону… А потом «Оракул» начал показывать их истории. Борису повезло, Леня исчез первым. Из-за сработки старший потерял сознание и вырвался из аномалии. Очнувшись, дополз до «005 кюри», где за историю про «мультики» его и нарекли Мультиком…

За стенами магазина зашумел ветер, в окно заскреблись ветки яблони. Порыв воздуха влетел через дыру в потолке, качнул занавески. Михалыч прервался. Юсуф с Лоцманом скользили глазами по обстановке, надписям, друг другу и ждали продолжения истории.

– Зона меняет людей, – произнес Михалыч, – и не только психически. Уже одиночкой Боря пробрался в Припять, чтобы нажиться в схроне Сифа, но прогорел. От «каменщиков» ушел чудом, но не смог оторваться от «скорпов». Спасся благодаря кнопке SOS и нашим бойцам. Так «анархист» стал «догматиком». Ну а «Догма» защищает своих. «Скорпы» и «каменщики» умылись кровью, хабар из схрона отошел клану. Так я, сталкер-погодок, познакомился с ветераном-трехлеткой и вскоре вошел в его квад. Мультик, Михалыч, Макс и Нео. Нео-МММ. Мы не собирали артефакты, не отстреливали мутантов – мы охотились на людей. Мультик умел добывать информацию. Здесь, в этой комнате, он допрашивал отморозков, «анархистов», фанатиков и всегда выяснял, что нужно. Кто в банде, кого грабили, кого убили, где тайники и схроны. Он видел их жизнь в «Оракуле» и придумал, как обхитрить аномалию. Чтоб не исчезнуть, как Мотька с Леней, как остальные. Облава пятнадцатого сделала Борю нашей легендой. Но в том же году мы поймали Выдру. До мутации он был шаманом, и мы недооценили его. «Оракул» на него не подействовал! Мы охраняли снаружи, когда темный вылез на крышу и был таков. Макс и Нео ушли за ним, я сюда. Борю увидел на топчане, с костяным ножом в плече. Он быстро слабел, отрава делала свое дело. Уложил старшего, и он рассказал мне все, взяв слово, что «Оракул» останется тайной. Больше здесь я никогда не был.

Михалыч замолчал. Лоцман смотрел на него, мысленно представляя, каково это – прожить пять лет в Зоне, даже не помышляя о другой жизни.

С улицы донеслись выстрелы и лай.

Но ведь Зона меняет людей…

– Так ты считаешь, что Палыч темный? – спросил Юсуф. – Серьезно?

– Я видел в окно, как он вышел из транса. Обычному человеку это не под силу.

– На мне защитные артефакты, – возразил Лоцман. – Но даже будь я темным, что это меняет?

– Порождение Зоны… – Ветеран-«догматик» повернулся, чтобы Лоцман увидел на плече эмблему «Догмы».

– Михалыч… – Юсуф подался вперед.

Лоцман жестом остановил его.

– Михалыч, слушай, – обратился он к мнительному усачу, – ответь на один вопрос. Сколько лет ты в Зоне?

– Ну… шесть почти.

– Давеча Зубр назвал меня меченым Зоной. Как считаешь, за шесть лет тебя не могла постичь подобная участь? Может, Мультик тоже был помечен?

– У него были татуировки? – поинтересовался Юсуф.

– Всяких хватало, – буркнул Михалыч, обескураженный вопросами. – Он мне сказал секрет, как надо смотреть. Но ни он, ни я – не темные!

– И все-таки подумай. Никогда не тянуло за Периметр? Может, наоборот, к центру Зоны?

Михалыч побледнел.

– То-то же. Один промах, не спрячешься поглубже от Шторма – и ты навсегда останешься здесь. – Лоцман откинулся на дверку холодильника и закрыл глаза. – Юсуф, тебя это тоже касается. Берегите молодых, чтобы не так у них в будущем вышло…

– Шторм любого изувечит. – Юсуф потемнел лицом. – Молодой, не молодой – не важно.

– Мужики, вы же понимаете, что мне в «Догме» не место. Мы трое – ветераны, вдруг мы уже наполовину темные? – попробовал с другой стороны Лоцман. – Кто знает, вдруг однажды и вам скажут – пора на выход. Помогите нам дойти до Дока! Полдюжины километров, полдня ничего не решают, Енох точно не передумает!

Ветераны-«догматики» переглянулись, задумались.

– Если дам слабину, что скажут близнецы? Перед молодыми не имею права попирать устои клана, – произнес Юсуф. – Да и не хочу.

– Вы с Енохом тертые сталкеры, такие бойцы нужны «Догме», – добавил Михалыч.

– Ясно.

Лоцман почувствовал, как уходит напряжение. Гнев и отрицание ушли, торг не состоялся. Пришло время принятия – Гор бросает их и уходит с «Догмой».

– Последний вопрос, – сказал он. – Где ваши напарники? Мультик, Макс? Нео, Крот, Пострел? Другие? За годы в Зоне много ли у вас осталось близких?

«Догматики» переглянулись, промолчали.

– Эй, ветераны! – раздался крик из-за окна. – Мож, хватит рассиживаться и лясы точить?

В окне появилось злющее лицо Гора.

– Бум че делать, не? – Забарабанил пальцами по стеклу.

Лоцман с недовольством покосился на неуемного парня, махнул рукой: брысь! Юсуф, ни слова не говоря, пошел из подсобки. Михалыч тоже. Лоцману ничего не оставалось, кроме как последовать за ними.

Улица встретила их запахом цветов, свежим ветерком и лучами солнца сквозь тучи. Вихрь так и сидел у березы, погруженный в себя, близнецы наблюдали за обветшалыми избами и зарослями. Гор в нетерпении расхаживал перед дверьми в сельмаг.

– Ну, до чего договорились? – выпалил он, когда три ветерана вышли на заросшую дорогу и остановились друг напротив друга.

Лоцман смотрел на коренастого бородача в черно-красной «Силе». Бывало, вместе бродили по Зоне, никогда не конфликтовали. Но времена изменились. Теперь от решения Юсуфа зависела жизнь молодых – и очередной камень на душе учителя.

– Мы уходим! – объявил Юсуф. – Енох… – Он критически оглядел чернявого сталкера в замызганном «Страже» – Перед вступлением в ряды «Догмы» тебе проверка. Помоги вольным добраться до Дока. Управишься – приходи.