Владимир Ларионов – Исток русского племени (страница 52)
В ближайшем соседстве с нашими предками с Востока жили индоиранские племена. Советский языковед Б. В. Горнунг считал, что предки арьев в конце 3-го тыс. до н. э. заселяли бассейн Средней Волги. Другой советский лингвист, В. И. Абаев, пишет: «Через ряд столетий пронесли арьи память о своей прародине и ее великой реке Волге». Иранская Авеста называет Волгу — Рха или Ра. Арабский ученый XII века Ал-Идриси называет ее Русиййа, что не может быть случайным совпадением с названием страны Русь!
Может показаться, что за нашими выводами об арийской прародине в самом центре России скрывается обычный «квасной» патриотизм, не стесняющийся и родину слонов относить к полярному кругу, и гордящийся вечнозелеными помидорами нашего снежного отечества. Доказывая, что это не так, что в этом важнейшем вопросе для нас важнее всего истина, дадим слово зарубежному, западноевропейскому ученому.
Известный франко-германский исследователь Т. Пеше свыше 100 лет назад провел анализ общих корней индоевропейских языков, чтобы из материала индоевропейского праязыка узнать, в каких условиях природы обитали далекие предки единого арийского племени. В России такую же работу провел недавно Н. Д. Андреев. Этим же вопросом в той или иной мере занимаются и наши современные ученые Р. А. Доманский и Г. Емельяненко.
Так вот, Пеше установил, а наши соотечественники спустя 100 лет подтвердили его выводы о том, что в индоевропейских языках есть общие названия только для северных животных и растений, таких как медведь, волк, береза, дуб, и таких явлений, как снег, лед, зима. В языках арийцев не оказалось общих названий для тигра, верблюда, пальмы, что исключает из их прародины Средиземноморье. Нет там и общего названия для бука, о котором мы будем писать в связи с границами славянской прародины. Отсутствие единого названия для бука исключает из прародины Западную Европу. Из возможных кандидатур приходится исключить Крайний Север Европы выше Санкт-Петербурга и Вологды и крайний восток за Нижним Новгородом, где исчезает наиболее характерное для страны арийцев дерево дуб. Исключаются также степные пространства южнее Киева и Воронежа, где исчезает лес, хотя в далекие времена леса и спускались значительно южнее вдоль великих рек. Северная граница может быть четко установлена и ледником, не пускавшим первых потомков сына Ноя Иафета расселиться севернее. Поэтому земли легендарной Гипербореи будут заняты позднее. Впрочем, древние считали, что истоки Танаиса-Дона лежат уже в Гиперборее, а это земли Тульской области.
Пеше пришел к однозначному выводу о том, что прародиной арийцев могла быть только центральная часть России и Белоруссия. Лингвистический анализ, продолжает далее исследователь, показывает, что арийцы уже знали медь, золото, серебро. Эти металлы могли быть им известны по месторождениям Олонецкого края, у самой северной кромки прародины.
Древние индоевропейцы возделывали гречиху, а может быть, и пшеницу. Домашними животными у них были корова, коза, лошадь, свинья и собака. У них был мужской счет родства и характерные для бронзового века патриархальные нравы. Выглядели арийцы длинноголовыми, высокими, голубоглазыми и русыми людьми.
Выводы Т. Пеше на антропологическом материале подтвердил основоположник русской антропологии А. П. Богданов в 1882 году. Именно Богданов показал удивительную гомогенность русского народа в сравнении с другими народами Европы. Сравнивая скелеты из захоронений последовательных исторических эпох, отечественный антрополог заметил, что только в Центральной России прослеживается плавный эволюционный переход от самых ранних ее обитателей до современных, тогда как в Западной Европе и Южной России краниологические и скелетные ряды дают обрывы постепенности, отражающие вторжение пришлых племен и смену этнического состава населения.
Р. А. Доманский считает возможным связать с арийской общностью Т. Пеше и унитарным пранародом А. П. Богданова фатьяновскую археологическую культуру боевых топоров бронзового века. А с неразделенными еще предками славян, балтов, германцев, оставшихся в Центральной России после исхода оттуда предков индоиранцев, латинян, греков, Доманский связывает дьяковскую археологическую культуру раннего железного века.
С этими выводами мы не можем полностью согласиться, в свете того материала, который был нами уже задействован. Арийскую общность мы должны связывать с древнейшими палеолитическими культурами Восточной Европы. И у нас нет никаких оснований сближать с балто-славянами всех древних германцев в ущерб индоарийским племенам. Разделение балто-славянского мира с германским произошло значительно раньше, чем с индоарийскими племенами, которые последними отделились от единой еще общности славян и балтов. По этой причине и фатьяновцев, и дьяковцев мы можем считать только балто-славянами. Причем балтийский элемент этих археологических культур мы можем указывать только в районе нынешнего проживания балтийских народов — латышей и литовцев, но никак не восточнее.
За тысячу лет до записи первых скандинавских преданий о прародине великий ученый Античности К. Птолемей говорил в своей «Географии», что за Сарматским разливом лежит огромный остров, который называют Скандий или Эритий. И это есть легендарная страна наших предков гипербореев, горнило народов, кузница народов мира. Там с Рифейских гор исходят великие реки и вдоль них славнейшие в мире луга с бесчисленными стадами скота. Там плодородные поля среди великих лесов, и нигде земля не дает болыпйх урожаев. Отсюда распространилось умение обрабатывать землю и ковать металл. Центр Рифейских гор Птолемей определял примерно на 55 градусе широты, а долготу же примерно как у гор Тавриды.
Любопытно, что еще в IX веке арабские авторы сообщают, что только на Руси умеют ковать ценные гнущиеся клинки, получившие известность впоследствии как дамасские клинки! А теперь обратим внимание на географические координаты, приведенные у Птолемея. Очевидно, что птолемеевский Эритий совпадает с Центральной Россией. Этот текст проясняют арабские географы раннего Средневековья, которым среди северных стран был известен огромный и загадочный для потомков «остров Русов». Профессор Доманский считает, что «остров Русов» — это междуречье Волги, Оки, Дона и Днепра. Сарматским же заливом Доманский считает не Балтийское море, а пресноводное море весенних разливов Приднепровской низменности. Это видно из того, что Сарматский залив находится, по Птолемею, от Черного моря в 10 днях пути, то есть примерно в 250 километрах. То, что Скандий древних — это не Скандинавия, а Центральная Россия, подтверждают и сами европейские источники, опираясь на древнюю устную традицию.
В «Рифмованной хронике» герцогов Нормандских, написанной около 1175 года поэтом Бенуа де Сент-Мором, важнейшем источнике западноевропейского Средневековья, есть такие строки: «Между Дунаем, Океаном и землей алан есть остров, называемый Сканей, и я полагаю, что это земля Руси. Как пчелы из ульев, вылетают они огромными могучими роями из тысяч и тысяч яростных бойцов и бросаются в бой, выхватив мечи, воспламененные гневом, как один за всех и все за одного. Этот великий народ может нападать на большие страны и давать жестокие сражения и одерживать славные победы». Нам, свидетелям полной хозяйственной разрухи в Нечерноземье, сейчас удивительно читать, что нашей родной Центральной России в древности принадлежала столь выдающаяся роль.
В 1934 году Институт археологии опубликовал известную работу П. Н. Третьякова «Происхождение земледелия», не оцененную до сих пор. Автор писал, что родину земледелия видят обычно в долинах Месопотамии, Нила и Инда. Это не так. До изобретения плужного земледелия, а это довольно позднее событие в истории, человеческие коллективы были слишком слабы, чтобы бороться с могучей сорной растительностью Юга. Только в лесах Севера у древнего человека была могучая помощь в виде огня, способного прожигать почву до глубины любых корней и вместе с тем удобрять ее. Однако Третьяков призывал не смешивать полуоседлое очень древнее подсечное земледелие с новым оседлым пахотным, впервые действительно возникшем на Юге. При подсечном же земледелии на пережженных лесных почвах первые три года получают небывалый для любой другой системы урожай с прибавкой в 150 раз против посеянного зерна. Только такая земля и могла стать прародиной многих народов мира.
Она не могла быть в Западной Европе, где из-за слишком обильных дождей у древнего земледельца вымокал весь урожай. Она не могла быть и в Сибири, где урожай побивался поздними весенними и ранними осенними заморозками.
Остается только Восточная Европа — не только наиболее подходящее место по климатическим условиям для прародины земледелия, но и обладающая крупными массивами смешанных лесов, дающими высококачественное топливо и золу. Ранние сельскохозяйственные культуры всех южных стран — и Египта, и Месопотамии, и Индии, и Китая — это ячмень, полба, просо, репа, культуры среднеевропейские по происхождению!
Американский исследователь Колин Ренфрю доказывал, что широко распространенное мнение о том, что индоевропейский праязык был принесен в Европу из Азии через Прикаспийский край и Причерноморье, неверно. В действительности распространение арийского языка связано с мирным распространением подсечного земледелия. В его материнском очаге в зоне Севера, благодаря этому способу хозяйствования, плотность населения возросла примерно в 50 раз, и избыточное население начало распространяться во всех направлениях со скоростью 15–20 километров за одно поколение. Всего за несколько сотен лет, при такой скорости арийцы могли заселить все пространство современной Центральной России. При распространении примитивного земледелия из лесов Севера в лесостепь возникло пастушечье хозяйство. Арийцы стали появляться в Средиземноморье как пастушечьи племена. Думается, что продолжавшийся рост населения в геометрической прогрессии вскоре вызвал лавинообразное расселение индоевропейцев от Атлантики до Китая.