Владимир Лакус – Вовкины рассказы. Кино. (страница 2)

Двери широко распахнулись и в холл вальяжно вплыл министр окружённый своими клевретами, в смысле референтами и прочими помощниками.

Министр сразу со спины узнал деда забыл про вальяжность и бросился его обнимать, дед ожидая нападения милиции или что много хуже крепких парней в медицинских халатах, совершенно неуловимо просел вниз вырвавшись из объятий друга вдарил того под коленный сустав так, что министр оказался вместе с ним стоящем на коленях и уже собирался уйти на болевой, но тут узнал друга и крепко сжал его в объятиях, министр не остался у него в долгу и они ещё пару минут обнимались периодически отстраняясь чтобы налюбоваться друг дружкой.

Наконец они встали и клевреты бросились отряхивать министра и деда тоже не обошли своим вниманием подобострастно заглядывая тому в глаза с неприкрытым любопытством, что же это за человек такой осмеливающейся так за панибратски обращаться с ого-го какой персоной.

⁃      Где это ты так наловчился Владимвасилич?

⁃      А ты что не помнишь? Нас тогда как раз после форсирования Одера, капитан СМЕРШа учил, да ты больше как всегда в котелок поглядывал., усмехаясь отвечал дед.

И они обнявшись стали подниматься по лестнице, притихшие референты пропустив их на пол пролёта вперед смотрели на них, как на полубогов поднимающихся на Олимп.

⁃      Еще один такой конфуз и службу продолжите проверяя пропуска на базе в Афганистане. Через плечо бросил министр, вмиг побледневшему вахтёру, тому явно стало нехорошо и он осел в кресло.

Референты стали живенько подниматься по лестнице и один зло пригрозил пальцем уже практически лишившемуся чувств стражу.

⁃      Вовка ты где там застрял?, уже сверху басил министр. Мигом сюда, а то сам всю кока-колу выпью.

Услышав такое меня не надо было просить дважды, я прыгая через две ступеньки обогнал всех и услужливо открыл дверь перед новоявленными титанами. Дверь конечно оказалась не та, но это не играло никакой роли. Дядя Миша довольно улыбнулся и указала своим перстом, на дверь в конце кабинета где и располагались его покои.

Вторая попытка открытия дверей была более удачна, только у входа я даже успел немного заскучать, дед с

министром никак не могли решить кто из них первый войдёт и все норовили уступить друг другу дорогу, наконец они разобрались и бочком оба протиснулись в дверь, миновав приемную с очень важной и надменной теткой обложенной со всех сторон телефонами мы наконец попали в сам кабинет, по размеру больше напоминающий зал в небольшом кинотеатре.

Длиннющий стол с рядами стульев по бокам венчал его собрат, тоже циклопического размера обитый зелёным сукном с письменными принадлежностями по виду из времён Людовику XIIII, сбоку присоседился дивизион телефонных аппаратов два из которых красные с гербом СССР вместо диска, чем внушали мне огромное к ним уважение.

Но мы не стали задерживаться в этом царстве власти и державности, а вошли в еле заметную дверь в конце кабинета и оказались в довольно маленькой комнате, где на меня со стены грозно вытаращился огромный портрет Сталина с траурной лентой, прожигая меня насквозь тяжелым взглядом и говоря, "я тебя насквозь вижу сукин сын и знаю, что ты спер у своего героического деда порох, чтобы повзрывать все помойки в районе!".

⁃      Впечатляет да?, поинтересовался у меня министр и не дожидаясь ответа с гордостью продолжил, моя работа. Чем вывел меня из оцепенения.

⁃      Мдааа Миша, протянул дед, его надо по первому каналу транслировать вместо Кашпировского. Очень похож.

Дальше дед в сотый раз рассказал историю о том как великий вождь вручал ему орден в доме советов аккурат после госпиталя и о том как у него все заледенело внутри и ноги стали деревянными и как они потом пили коньяк в Метрополе с такими же как он орденоносцами, а потом угнали полуторку и врезались на ней в столб в Сокольниках и их всех забрали в военную комендатуру, но принимая во внимание торжественный и самый главный день в их жизни, не упекли в штрафбат, а всего то лишили отпуска и отправили обратно на фронт, напутствовав словами, что у немцев тоже грузовиков в достатке, а коньяк им с легкостью заменит трофейный шнапс.

Тут дядя Миша заметил, что дед совсем плохой стал, потому что не помнит, что ему тогда тоже вручал Сам орден и что он играл на баяне в кузове того грузовика, а после столкновения со столбом упал вместе с баяном в пруд.

⁃      Вот только откуда взялся баян забыл. Сказал дядя Миша и вздохнул, наверное вспоминая ушедшую навсегда молодость. А пойдём ка Владимвасилич, я тебе покажу одно замечательное местечко., и окинув взглядом мою погрустневшую физиономию продолжил, про кока колу я не забыл. А я подумал, что далеко не каждому дано быть министром, ведь насколько проницательный человек, а рисует как.

Пошли мы в служебную кафешку расположенную в подвале и естественно допуск туда имели только гости и сотрудники министерства. Несмотря на раннее время кафе функционировало, но посетителей ещё не было, время терялось в этом помещение, приглушённый свет ламп висящих над каждым маленьким, круглым столиком на высокой ножке действовал расслабленно и умиротворенно полностью идя в разрез с тем, что на дворе рабочий день.

Тяжёлые бархатные шторы ниспадающие и закрывающие фальшь окна, как мне кажется тоже не стимулировали рабочий процесс. На стенах висели картины, сложные для моего понимания и напоминали творчество Пикассо в его кубический период, над каждой картиной заботливо была установлена лампа испускавшая мягкий свет и дающая возможность насладиться творчеством неизвестного художника.

Министр широко обвёл рукой кафе, предлагая нам насладиться интерьером и атмосферой, дед одобрительно зацокал языком, я же понял этот жест по своему и устремился к прилавкам.

Чего там только не было: жезвы в песке уже отдавали свой кофейный аромат, выстроились в ряд охлаждающие аппараты с переливающимся в них соком, в закрытых стеклянных прилавках рядами стояли, пирожные: бизе, орешки, картошка, эклеры, кусками нарезанные торты на круглых подносах, бутерброды с сырокопченой колбасой, да не по одному кусочку на каждом, а аж по три, с красной рыбой, белой рыбой, с

красной икрой, отдельно располагались перепелиные яйца с чёрной икрой и как ни странно довершали эту композицию эпикурейства обычные вареные яйца под майонезом с зелёным горошком.

За прилавком сидел крайне расслабленного вида здоровенный мужик в белом халате и колол двумя пальцами грецкие орехи.

⁃      Это наш Тохтамыш., – самодовольным барским голосом пробасил министр.

Мужик и правда по виду смахивающий на поработителя земель русских тут же встрепенулся оценивающе оглядел нас с дедом с головы до ног, тут же широко улыбнулся демонстрируя два ряда отменных золотых зубов и выжидательно застыл.

⁃      – Это мой друг и наставник Владимвасилич и его внук. – представил нас министр.

В глазах Тохтамыша сразу стало читаться безмерное уважение к нашим персонам. Несмотря на наш довольно затрапезный вид.

⁃      Мне как всегда в двух экземплярах, а Вовка пусть сам выбирает и создай нам приватность.

После слов министра Тохтамыш тут же сорвался с места и скрылся в подсобном помещение откуда вышел с раздвижной шторой, отгородил ей угол, перенёс туда же низенький столик, поставил три таких же низеньких кресла, как видно из одного комплекта и накрыл стол, принеся бутылку французского Самуса, две порции яиц с горошком, нарезанные лимоны посыпанные кофе и сахаром, две чашки кофе и шоколадку, деды кряхтя уселись в низенькие кресла, а я схватил поднос и пошёл вдоль прилавка.

Помня один из главенствующих принципов деда, а именно воздержание, я не стал особо налегать на деликатесы а по скромному взял себе каждого вида на пробу. Набрав, что мне показалось очень странным два подноса и чтобы не мешать старшему поколению взгромоздился на барный стул за одним из столов, достал из за пазухи Джека Лондона и приготовился совместить сразу два удовольствия духовное и физическое, выходило не очень, с трудом умяв пол подноса я присоединился к дедам, которые уже несколько разогретые экспортным коньяком жарко обсуждали геополитическую обстановку в мире, бурно друг другу поддакивая и периодически обнимаясь, чем демонстрировали абсолютно идентичные взгляды.

Время текло быстротечно и от мерялось количеством выпивки в бутылке и вот когда на дне еле еле ещё что угадывалось прибежала взволнованная секретарша и быстро тараторя, чтобы её не успели перебить сообщила, что времени уже 13:05 и в предбаннике уже час скучает и грызёт ногти, очень известный кинорежиссёр ожидая встречи.

⁃      Режиссера сюда, ещё один стул, все убрать и повторить! – скомандовал министр, и не спорь!, обняв деда обратился к нему министр., Когда ещё посидим по человечески.

Не прошло и пяти минут, как на парах в кафе влетел режиссёр, заметался в поисках искомой персоны по потихоньку заполняющимся столикам бесцеремонно заглядывая всем в лица естественно никого не обнаружил и стал издавать звуки как кипящий самовар из которого на раскалённые стенки брызжет вода, схватил со стола салфетки на виду у изумленных чиновников, которые его сразу узнали и стали клянчить автограф, буркнул им в ответ, что то не членораздельное и стал вытирать лоб и щеки распаляясь все больше, размахивая руками и хлопая себя по ляжкам.