Владимир Кузнецов – "СМЕРШ" Его Величества" Часть I: "Предстояние" (страница 2)
– В восемнадцатом году адмирал Като, Вы должны помнить его на татами, гостил во Владивостоке со своей эскадрой, – усмехнулся Кано, намекая на вероломный японский десант по захвату русского города под предлогом защиты подданных Японской Империи. – Там ему довелось присутствовать на показательных выступлениях учеников спортивного клуба господина Ощепкова и даже в паре с ним демонстрировать публике ката дзюдо. Позже, любезно навестив Кодокан, Хирохару-сан поделился со мной своими наблюдениями. Так вот, он отметил у учеников «русского медведя» ряд отступлений от канонов Кодокан, а некоторые техники, как с изумлением признавался адмирал, он вообще видел впервые. Он дружески попенял господину Ощепкову на этот казус, а тот сослался на всё ещё невысокий уровень своих учеников.
– И что это значит?
– Только то, что у молодого сэнсэя была возможность ознакомиться с другими стилями «мягкого искусства». До меня или после меня. И он не придерживается канонов, что само по себе изумительно для столь молодого мастера.
Хирота не смог бы поручиться, что в голосе старого Учителя не звучало скрытого одобрения.
– И всё же, сэнсэй, будет ли реальной опасность для сынов Ямато при встрече на поле боя с учениками Вашего русского ученика? – гнул свою линию Хирота.
– Видишь ли, мой мальчик, – как к несмышленому дитя, обратился Кано. – Дзюдо последовательно развивает тело, дух и разум. Развитой разум способен использовать принципы дзюдо для улучшения всех сфер человеческой деятельности: манеры человека, того, как он одевается, живёт, его поведения в обществе и его отношения к окружающим. Словом, это может стать искусством жизни. Поэтому, я искренне надеюсь, что разум в конечно итоге одержит победу и до открытого столкновения дело просто не дойдет. Впрочем, всё это я говорил вам на наших лекциях. Об этом же я недавно имел счастье говорить и императору, когда нижайше просил его не использовать Кодокан в качестве военного учебного центра. Сын неба меня услышал и пообещал, что этого никогда не будет.
Посол невольно поморщился. Эта история была широко известна в высших правительственных сферах. Он уже знал, что миролюбивая позиция старого сэнсэя у многих вызывает отторжение. В Доме пэров некоторые даже считали его диссидентом.
– Многое зависит от того, – между тем продолжал Кано, – какого уровня развития достигнут ученики Васири-сан и будет ли у них для этого время. Вы ведь тоже изначально приходили ко мне учиться именно Бусидо, не так ли, Хирота-сан? – неожиданно, как и всегда на татами, подловил оппонента Кано.
Хирота смущенно понурил взор. Он и сейчас считал, что идет путём Бусидо, и принципы дзюдо тому весьма способствовали. Он уже открыл было рот, чтобы возразить...
– Закончим, пожалуй, – Сэнсэй внезапно плавно поклонился и одним движением встал с колен.
Послу ничего не оставалось, как церемонно поклониться в ответ и холодная вода, зачерпнутая ковшом из мидзусаси26, зазвенела о дно остывавшего тявана…
«14 марта 11 года Сёва.27
Министр иностранных дел Японии Хирота
Чрезвычайному и полномочному послу Японии
в Советском Союзе Сигэмицу28
… 2. Принять меры оперативного воздействия, направленные на дискриминацию контингента русских выпускников русской школы при духовной миссии в Токио, способных дезавуалировать нашу агентуру на вражеской территории. Фактически, эти лица являются живой картотекой наших сотрудников, с которыми они лично знакомы по факту совместной учебы и способны свободно провести их визуальную идентификацию.
3. Наиболее информированными нам представляются контрразведывательные агенты бывшей Российской Империи, из числа вышеозначенных выпускников, как имеющие персональное представление о методах нашей работы:
А. Василий Ощепков, обладатель 2-го дана Кодокан, преподаватель Центрального института физической культуры им. Сталина.
Б. Владимир Плешаков, переводчик Народного комиссариата иностранных дел СССР.
В. Тимофей Юркевич, преподаватель Московского института востоковедения в японском секторе.
4. Присутствие указанных лиц ранее регулярно отмечалось в областях геополитических интересов Империи. По мнению наших специалистов, это сложившаяся узконаправленная профессиональная группа, имеющая устойчивые каналы личной связи с большинством русских воспитанников школы. Просим учитывать этот аспект в процессе разработки.
Глава 2
Бывший доходный дом потомка текстильных фабрикантов Василия Баскакова выделялся свой архитектурой на фоне старых московских двориков – медальоны на эркерах, очень красивый лепной карниз, узорчатая решетка длинного верхнего балкона, гербы и каменный цветной узор. Он уютно расположился между Садовым и Бульварным кольцом по Дегтярному переулку, недалеко от бывшей Тверской и здесь всегда любили селиться представители столичной богемы. В двадцать первой квартире, в ночь на 2 сентября 1937 года, не спали.
Семья Ощепковых собирала вещи. Вернее, вещи собирала супруга Аня, и приёмная дочь Василия Сергеевича Дина. На семейном совете было принято решение, что ближайшие несколько недель женской половине семьи лучше пожить за городом, на съемной даче в Пушкино. Только начался учебный год и на спинке стула ещё висело школьное платьишко Дины с нарядным белым кружевным фартучком. Не смотря на некоторый беспорядок, в квартире ещё витала праздничная атмосфера первого сентября.
Сам глава семьи неторопливо перебирал личный архив, старательно вычисляя бумаги, которые могли бы бросить малейшую тень на их общих знакомых и особенно на выпускников его альма-матер – Токийской православной духовной семинарии, как она когда-то именовалась в официальных документах.
Время на дворе было неспокойное, гремели партийные чистки, победившая партия большевиков избавлялась от перерожденцев, попутчиков, троцкистов и прочих оппозиционеров, а заодно и от классово чуждых и враждебных элементов – военспецов из «бывших» и специалистов старой, царской закваски.
«Звоночком» для Василия Сергеевича стало предостережение его учеников, близких к верхушке РККА, о том, что готовится массовый процесс по бывшим «харбинцам» – реэмигрантам из китайского Харбина, бывших граждан царской России, а также сотрудников КВЖД29, вернувшихся на Родину. Мол, на столе Политбюро уже лежит документ, на основание которого все «харбинцы» зачисляются в категорию японских шпионов и диверсантов, и якобы минимальный срок уже опред
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.