Владимир Курсаков – Индиум (страница 2)

– Да, Валентин Яковлевич, слушаю.

– До тебя сегодня как до Кремля, хрен дозвонишься.

– Да я тут по делам мотаюсь, – соврал Максим.

– По делам – это правильно, время сейчас непростое, некогда на жопе ровно сидеть.

– Согласен.

– Ну ты ко мне-то заехать тоже не забудь, сегодня же четырнадцатое.

Новость о том, что сегодня уже четырнадцатое, крайне удивила Максима. Кристина ушла девятого, это значит, что он целых пять дней беспросветно пил.

– Обязательно заскочу, вы до скольких сегодня в офисе?

– До скольких скажешь, Максим Сергеич, до стольких и буду. Надо край сегодня перетереть.

– Хорошо, в течение двух часов заеду.

Максим положил трубку. «Вот же мерзкий тип, – подумал он, – стоит забыть четырнадцатого числа внести арендную плату, как этот Шпигель начинал разрывать телефон Макса звонками с навязчивыми напоминаниями об оплате. Сегодня к тому же истекал срок арендного договора, и надо было заключать новый. Естественно, Шпигеля нужно было сегодня давить. Пандемия как-никак. Выручки нет, и когда появится неизвестно. Пусть либо дает отсрочку, либо двигается по цене хотя бы на ближайшие несколько месяцев.

Максим зашел в Ватсап. Вот черт. Кристине он все же писал. Впрочем, переписка оказалась довольно короткой.

Максим: «Мне плохо без тебя :(»

Кристина: «Я понимаю. Нужно это перетерпеть»

Максим: «:( :( :(»

Плохо ему без нее, блин. Самое отвратительное, что можно сделать при общении с девушкой – это распускать при ней сопли. Конечно, бывают ситуации вроде этой, когда сопли текут ручьем и остановить их довольно проблематично. Но в эти моменты не стоит показываться девушке на глаза. Лучше отсидеться где-нибудь в укромном месте и только после того, как приведешь себя в должный вид, вновь появиться в ее поле зрения. Наверняка это Олег его подбил. Не на звонок, так на сообщение.

Максим выпил несколько кружек воды из-под крана и начал потихоньку собираться с мыслями. Итак, что мы имеем.

Личная жизнь летит туда, куда и «все» в песне Егора Летова про винтовку. Туда же летит и бизнес. Нужно все это дело спасать в срочном порядке. Но первоочередная задача – спасение бизнеса.

Внутренний алгоритм Максима, спасовавший в момент ухода Кристины, оклемался и начал строить планы. Это он дал совет Максиму начинать спасение утопающего именно с финансовых вопросов. Ведь они были связаны в том числе и с Кристиной.

По крайней мере, в голове Максима все это выглядело так: Кристина не любила Макса, но он компенсировал для нее эту неувязку крепким семейным тылом. У него никогда не было проблем с деньгами, даже на момент их знакомства. Тогда у Максима еще не было кальянной, и он работал барменом в одном из известных заведений города, а еще приторговывал техникой, покупая ее на «Алиэкспресс» и перепродавая на «Авито». Эти телодвижения позволяли ему иметь доход, который он сам классифицировал как «уверенный средний».

Запланировав семейную жизнь, Максим решил выйти на новый уровень. Работая барменом, он хорошо изучил питейный бизнес и в какой-то момент понял, что ему пора в самостоятельное плавание. Открывать очередной унылый пивняк, которыми вдоль и поперек усеян город Н., у Максима желания не было. Он хотел выстрелить, и помогла в этом Максу Кристина. Правда, помощь ее оказалась косвенной, но все же. Кристина никогда не была в Питере и с грустью поведала об этом Максу. Максим решил подарить ей недельную поездку в город на Неве. Он взял отгулы, купил билеты на самолет, и вот они уже вдвоем гуляют по Северной столице, наслаждаясь ее красотами и ежась на холодном ветру. Именно тогда, во время одной из прогулок, они и забрели погреться в случайно оказавшуюся на их пути кальянную.

Пройдет совсем немного времени, и мода на кальянные дойдет и до провинции. Но тогда это было что-то новенькое. И Макс сумел запрыгнуть в этот поезд одним из первых. Он скопировал формат, увиденный в Питере, и открыл свою кальянную в городе Н. Благо, у Макса имелся первоначальный капитал. На самом деле это были деньги, которые ему оставили покойные бабушка с дедом. Они хотели, чтобы он использовал их как первоначальный взнос за ипотеку, но Максим решил распорядиться ими иначе. Он как следует разрекламировал свое заведение, и народ клюнул. Кальянная «Крис» людям зашла, от посетителей не было отбоя.

Кристине нравилась предприимчивость Макса. Наверное, в какой-то момент она даже им гордилась. Максим с первого дня их знакомства внимательно изучал Кристину, ее интересы, вкусы, предпочтения, взгляды на жизнь – ничто не ускользало от его наблюдательного взора. И поскольку так вышло, что он полюбил ее, а она его нет, в их паре сразу определились социальные роли: принцесса в башне и штурмующий башню принц. Впрочем, принцем еще нужно было стать. На первоначальном этапе Максим был лишь навязчивым ухажером. Одним из многих.

Разница между принцессой и штурмовиком состояла в том, что принцесса могла ничего не делать и просто быть собой, а вот штурмовик должен был понять, чего хочет принцесса. Прочитать ее мысли о том, каким она видит своего принца, и стать этим самым принцем. По мере общения с Кристиной образ принца стал отчетливо вырисовываться.

Не сказать, чтобы она имела какие-то завышенные требования, но тем, которые у нее были, нужно было соответствовать довольно строго. Ее принц должен иметь крепкое телосложение и короткую аккуратную стрижку, сексуальная щетина приветствовалась, а вот модная борода, которую равняют в барбершопе, строго возбранялась. Стиль одежды преимущественно спортивный – только не треники с рынка, а стильные спортивные вещи из брендовых магазинов. Цепочки поверх футболки – да, кольца и перстни – нет, татуировки приветствовались, пирсинг возбранялся.

Такого вот парня хотела видеть рядом с собой Кристина. Перемещаться он должен был на иномарке, не обязательно супернавороченной – она все равно не особо разбиралась в машинах, – но чтобы ей визуально нравилась. Он должен возить ее на машине по городу, ходить с ней за ручку по торговым центрам. Еще принц должен был нравиться ее подругам. Впрочем, это не индивидуальная особенность Кристины, такое желание свойственно практически всем девушкам, но для некоторых этот пункт – приятный бонус, для Кристины же он был строго обязателен, подруги должны были ей завидовать. Принц должен занимать ее интересными беседами, проявлять инициативу и в отношениях быть ведущим.

Что касается средств заработка принца, у Кристины были списки допустимых и недопустимых профессий. Бармен, кем являлся Максим на момент их знакомства, был где-то посередине. Да, принц может быть барменом, но только при условии, что он воспринимает это как временную работу и в будущем планирует заняться чем-то более серьезным. Например, собственным бизнесом.

Так Максим и сделал. Впрочем, смена профессии была лишь одним из пунктов. По сути, он во многом трансформировал себя, не только стиль, но даже личность. Все для того, чтобы соответствовать запросам своей возлюбленной.

Глава 3

Шпигель был довольно неприятным типом. Не только в манере общения, но и внешне. Грузный старик с копной редких волос на голове. Складки на шее Шпигеля образовывали несколько дополнительных подбородков. Максим лично виделся со Шпигелем всего несколько раз, и при каждой новой встрече ему казалось, что этих дополнительных подбородков становилось все больше.

Максиму хотелось называть Шпигеля не Валентином Яковлевичем, а мистером Жабой. Естественно, он этого никогда не делал, деловой этикет не позволял.

Когда Максим зашел к Шпигелю в кабинет, тот сидел, развалившись на кресле за своим рабочим столом. Он не был занят, просто сидел, молча уставившись в одну точку. «А говорил, что не время на жопе ровно сидеть, – ухмыльнулся про себя Максим. – Наверное, сожрал муху и переваривает ее в своем огромном желудке».

– Приветствую, Валентин Яковлевич, – произнес Максим, подходя к Шпигелю, и протянул ему руку. Шпигель ответил вялым рукопожатием.

– Ну здравствуй, здравствуй, Максим Сергеевич, как ваше ничего?

– Верно заметили, Валентин Яковлевич, наше – ничего.

– Что, плохи дела?

– Ну вы же знаете, как устроен мой бизнес. Основной доход идет не от продажи продукта, а от посещений заведения. А с посещениями последнее время у нас, сами видите, туговато.

– Да, чертовы китайцы, распространили свой вирус и сидят теперь довольные.

– Ну, китайцы китайцами, меня больше расстраивают решения наших властей. Работать нельзя, а зарплату сотрудникам платить нужно. И за аренду тоже платить…

Когда раздалось слово «аренда», в глазах Шпигеля сверкнул огонек. Он поставил локти на стол и поднес ладони ко рту. Максим прочитал этот жест. Обычно люди закрывают руками рот, когда планируют что-то соврать. Язык жестов для чайников, страница четырнадцать.

Шпигель, словно заметив, что Максим обратил внимание на этот жест, тут же убрал руки ото рта. Впрочем, своих намерений он не изменил. Начал, как водится, издалека.

– Да, Максим Сергеевич, у меня вот тоже дела обстоят не лучшим образом. Только на этой неделе уже четыре офиса закрылось. И еще два под вопросом.

Повисло неловкое молчание. Максим представил, что Валентин Яковлевич видит мир глазами мистера Жабы. Его арендаторы – это мухи. В момент подписания договора об аренде Шпигель резко высовывает язык, хватает им арендатора и отправляет в жернова своей пищеварительной системы. Согласно этой теории, в данный момент Максим беспечно летал по кабинету мистера Жабы, а тот уже положил глаз на Максима и ждал момента, чтобы высунуть свой длинный липкий язык.