Владимир Кулаков – Восход (страница 12)

– Слышь, они с большей долей вероятности, реально спущенные…

– Да?! Ты уверен? —удивился первый охотник.

– Да, точно. Аккум зарядился ни в два, ни в три, а наверно раз в десять быстрее.

– Афигеть. То есть, вы пацаны, реально спущенные что ли?

– Мы не знаем кто такие эти ваши опущенные, но то, что мы тут совсем недавно – вот это вот факт. —ответил Ван, —Я не знаю, что и как у вас тут устроено, поэтому могли бы вы сказать, что нам сейчас делать с этим фактом, да и вообще, что делать в общем плане?

– Оу… Ладно, сейчас, подожди… Хотя нет… Предлагаю сначала познакомиться, а затем уже разберёмся что делать. Извините за не гостеприимство, меня зовут Морей. —сказал второй охотник, который доказал, что мы «спущенные». —Моего брата зовут Сербук, —договорил он.

– «А я оказывается довольно таки проницательный. Гипотеза с их родством оказалась верной.» —подумал я

– Приятно познакомиться. Меня можете звать Ван, а моего спутника – Кара. —сообщил им мой друг.

– Хорошо. Так, Ван, ты спросил, что вам делать… Слушай меня внимательно: у нас тут целое организованное общество – у всех есть свои профессии и задачи, за выполнение которых ты сможешь существовать в подземелье без особых проблем. Каждый волен сам себе выбирать работу, но как спущенные вы этого не сможете сделать без ведома главнокомандующего, а, следовательно, и зарабатывать себе на жизнь вы не сможете. Вам нужно будет встретиться с ним, а в этом мы вам поможем, но перед этим нам нужно самим прокормиться своим делом, то есть сходить на охоту. Я понятно объясняю?

– Да-да. Кстати на счёт охоты… Вот. Посмотрите.

Ван достал клык того огромного животного. Сербук и Морей пару секунд похлопали глазами, смотря на него и Морей с ошеломлением сказал:

– А это откуда у тебя?

– Такое дело… —начал Ван, —Вы наверно же слышали глухой хлопок часа так пол назад? Слышали ведь?

– Ты хочешь сказать, что вы сами убили остроклыка? Это же…

– Если остроклык – это огромное животное похожее на кошку, то да.

– Ёмоё… он же под охотничьим запретом…

– Ну и ладно, —Сказал Сербук, —скажем что это случилось в процессе самообороны и ничего нам не будет. А где его тело-то…

– Ак так и было! —возразил внезапно я, —Остроклык этот, сам на нас напал. Мы пытались изначально его отпугнуть, но не получилось. Он кстати тут где-то лежит. Вон, недалеко от вышки.

– Пошли посмотрим пацаны, затем уже пойдём разберёмся с вами. Мы с Мореем, если честно рады, что встретили вас. Просто ну… Нам точно заплатят за то, что мы поможем вам.

Ван пожал плечами в ответ. Мы подошли к трупу животного. Оно уже охладело под листвой, которую мы на него положили.

– Ничёсе… Ребят, вы чем это его так? У него голова продырявлена в двух местах и… колотые ранения по всему телу… Как вы его убили?

Я хотел начать, но Ван специально прервал меня:

– А ну короче мы пытались найти тут людей, просто спускались вниз и внезапно заметили, что эта тварь к нам подкрадывается в высокой траве. Мы закричали, попытались его отпугнуть громкими звуками, но он на нас и побежал. Кара начал стрелять из лука, я достал щит и копьё. Я не знаю, как он меня не убил с одного удара, но видимо я грамотно встал и удар пришёлся на щит. Вот смотрите какие царапины на нём… Моё копьё стразу пошло в дело. Вот от них и появились колотые раны. А голова продырявлена исключительно вот этой киркой, которую мы нашли в Нарисовом убежище по дороге сюда.

История была изменена, и я понимаю зачем. Наш бронзовый карабин я закрыл рюкзаком посильнее. Хоть братья охотники и выглядят дружелюбно, нашего доверия они ещё не заслужили. Карабин может стать в определённой ситуации весомым таким аргументом.

– Здорово вы его. Вам сильно, даже очень сильно повезло… Мы иногда находим наших коллег, растерзанных этими животными, хотя у них были самые крутые ПВшки, а у вас вообще по сути ничего не было.

– ПВшки это что? —спросил мой друг.

– Пневматические винтовки. Вот смотри, как у меня.

– Хм… Я думал это огнестрельное.

– Ха. Огнестрелом сейчас же никто не пользуется. Ах да, ты же вообще не знаешь ничего… Ладно потом поговорим. Нужно собрать этого остроклыка и сваливать отсюда, а то свет жарит капец сильно: все кисти уже обгорели.

Братья разрезали тушу зверя на части, подождали пока стечёт кровь и распределили все между всеми нами, но себе они взяли вес больше, чем дали нам нести. Погрузившись мы отправились в ближайший город подземных людей, чтобы там оставить нас с Ваном, и продать захваченную тушу животного.

Дорога повела нас по этим огромным выступам вниз. Головокружащие виды менялись один за другим: то выступ с глухим, загадочным лесом, то выступ, похожий на огромные ступени из-за своей многоуровневости, то опять водный выступ, с большим количеством рек и озёр. Это место очень странное, загадочное и одновременно очень красивое.

Видимо на этой высоте Верхних лугов люди довольно часто находятся, так как тут имеются более-менее пологие тропинки, по которым мы кстати в два счёта добрались до спуска в Рудное плато: совсем иное место, из-за того, что свет в него не проникал, тёмное, сырое и более тесное, но почему-то именно в котором и находился ближайший город.

Проход из Верхних лугов в него был своеобразный – на высоте перехода из одного в другой бесформенная вертикальная пещера, ведущая с самого верха, под названием «Верхние луга», обретала в горизонтальном сечении гораздо более округлую форму, образуя тем самым округлое поле на дне, которое мы видели с верхних выступов. Это поле было покрыто травой, а в его центре имелась опушка круглой формы с занижением в центре. Вся эта поляна не имела плавного перехода в склоны Верхних лугов, так как её плоскость шла дальше прямо в толщи пород, образовывая, тем самым круговой вход в Рудное плато. Можно сказать, что если спуститься на поляну и пойти по ней в любом направлении, то можно в любом случае попасть туда, куда нам надо, но в таком случае склонам Верхних лугов было бы не на чём держаться, но тут присутствовали огромные сталогнаты – вертикальные колонны природного происхождения. Они располагались по всему периметру поляны начиная с момента, ухода от центра под каменные породы. Чем дальше от центра этого поля находились колонны, тем плотнее они располагались, образовывая непроглядный лес.

Виды просто завораживали нас и приковывали наши взгляды, в то время как братья охотники шли дальше как ни в чём не бывало. Видимо они довольно часто здесь бывают…

Довольно скоро мы приблизились к краю Верхних лугов. Дальше спускаться так же, как и раньше у нас бы не получилось из-за отсутствия склона. Я задался вопросом:

– А как дальше? Тут не по куда спускаться.

– А дальше прыгать. —сказал Сербук

– Чего?!

– Да шучу. Тут есть верёвочная лестница. Сейчас скоро мы до неё дойдём и спустимся.

Пройдя до последнего выступа, мы с Ваном увидели специальную деревянную платформу, установленную между уступами на металлические балки. Размером она была примерно пять на пять метров, доски, довольно толстые, были уже очень состаренные, имелись потёртости и сколы, но они всё равно были довольно прочные, в центре платформы имелся квадратный проём. Мы по тропинке приблизились к ней, и я увидел эту чудовищно страшную вертикальную лестницу. Страшной она была не по тому что держалась на соплях, нет наоборот, она была очень массивной и прочной, а страшной она была из-за высоты, на которую она спускалась, и из-за того, что ветер шатал её как тряпичную игрушку. Морей начал нам объяснять, как спускаться:

– Мы сейчас будем спускаться, вы полезете перед нами. Лестница высокая, как вы видите, так что каждые метров тридцать вы сможете найти там специальные подвесы. На них можно опереться и отдохнуть. И кстати, держитесь исключительно за перекладины. Если схватитесь за верёвку, может зажать руку, так что будьте аккуратнее.

Мы кивнули головой и последовали к спуску. Увидев через край сколько нам нужно спускаться, моё сердце заколотилось гораздо быстрее. Не знаю, боюсь я высоты или нет, но как говорится, это зависит от того, какая высота, а тут на первый взгляд метров сто, если не больше, свободного падения.

Я попросил Вана ползти первым, и он согласился. Посмотрев, как ловко вниз сполз мой друг, собрав силы в кулак туда полез, и я тоже. Подползя задом к проходу вниз, я свесил туда сначала одну ногу и еле нащупав первую ступеньку я немного более храбро спустил туда вторую ногу, а затем спустился под платформу и всем корпусом.

Как только я опустился, стало слышно оглушительный скрежет натянутых канатов и воющий гул порывистого ветра. От страха у меня в ногах скопилась слабость, а в груди проступил леденящий холодок. Доползя по состаренным перекладинам с многогодовыми следами до первой остановки Ван прополз дальше, а я решил немного отдохнуть. Она представляла из себя дополнительную перекладину, на которой могли разместиться до двух человек.

Спустя примерно двадцать минут переползаний мы все оказались на поле. Так твёрдой земле я ещё никогда не радовался, как сейчас… Тут росла довольно густая, но не такая высокая трава. Ветер сдул пот с моих лба и висков, и немного передохнув мы подошли к одиноко стоящему указателю.

Он указывал на два направления: «Столица» и «Рудники», но от самого указателя расходилось куда больше тропинок. Те два обозначенных направления вели в сторону леса, находившегося в центре поля, и в глубь Рудного плато, огибая огромные колонны как небольшая речушка. Если найденный нами дневник Лерума не врёт, то мы скорее всего пойдём в город «Рудники», расположенный за этим лесом каменных колонн.