Владимир Кучеренко – Возвращение Легенды (страница 43)
— Почти, — огрызнулась я. — Запоминай узор и только попробуй напутать!
— А то на голове одуванчики вырастут? — попытался пошутить брат.
— Нет, кто-то останется без башки, — пригрозила я.
Серый погрустнел и внимательно всмотрелся в рисунок.
— Вроде запомнил, — через минуту обрадовал он. — Приступим?
— Стой! Что-то меня пугает твое «вроде». Давай сначала на Барсике испытаем.
— Переходи на расширенное магическое зрение, чтобы рассмотреть внутренние слои ауры кота, — руководила процессом Цветана.
Сделал, как она сказала.
— Готово, но глубже четвертого не вижу.
— Этого достаточно. Теперь смотри внимательно: черные точки вокруг тела в третьем слое — это и есть места роста шерсти.
— Ага, наблюдаю.
— Выбери небольшой участок и попробуй на нем вырастить мех.
Извлеченное из укрытия и заключенное внутрь очередного защитного купола животное перестало метаться и замерло в ожидании очередных пакостей.
— Рид нарг эл мрег, — сказал я, и (о чудо!) тонкая полоска от затылка до лба Барсика на наших глазах покрылось пушком. — Ура! Заработало!
Кот, походивший до этого на огромную голую крысу, теперь стал выглядеть, как огромная голая крыса, но с панковским ирокезом. Зверюга продолжал сидеть в оцепенении, не зная, то ли радоваться, то ли плакать.
— Расширяй площадь и чуть увеличь скорость роста, — подсказала сестра. — Но не переусердствуй, а то в обморок упадешь от резкого выплеска маны.
Я прибавил мощности и действительно чуть не рухнул без чувств. Но не от потери огромного количество магической энергии, а от увиденного: гладкошерстный кот Полины в один момент превратился в лохматого персидского.
— Очуметь! За что? — вдруг мяукнул Барсик.
— Опупеть! Он заговорил! — охренел я и отвесил челюсть.
— Обалдеть! Ты уже и язык животных понимаешь! — офигела Цветана.
— Так он не по-человечьи сказал? — покосился я на кота.
— Нет, конечно.
— И нас понимает?
— А ты у него сам спроси, — улыбнулась сестренка.
— Барсик, ты это, прости меня. Не нарочно все вышло, — виновато взглянул я в вертикальные зрачки питомца соседки.
— Почему ты всегда перегибаешь палку? Тебе сказали немного увеличить скорость роста, — отчитал меня ученый кот.
— Вот-вот, так и мне маны не останется, — поддакнула Цветанка.
— Да я и так чуть-чуть. И не волнуйся — полно во мне сил.
— Уверен?
— Абсолютно. Не чувствую никакой слабости или усталости.
— У тебя что, запасы неиссякаемы? Уж насколько мой потенциал велик, но и я уже почти наполовину пустая.
— Оптимисты говорят «наполовину полная».
— Не хочу быть полной, даже наполовину, — совсем оттаяла сестра (иронизирует — простила, значит!).
— А с тобой что делать? Подстричь? — вновь обратился я к коту.
— Оставь бедное животное в покое. Полинка и так знает, что поселила в своей квартире ведьм, — не удивится, — заступилась за лохматое чудо лысая эльфийка.
— Да к тому же сейчас зима, мне так даже теплее будет, — успокоил Барсик и… подмигнул мне.
Я опешил, метнул недоуменный взгляд на сестру и зачем-то перешел на магическое зрение. Вот тут и поймал плутовку с поличным. Между девушкой и животным четко просматривалась связующая нить.
— Ах ты, чревовещательница куцеухая, а я, дурак, почти поверил в говорящего кота!
— Извини. Но согласись — забавная шутка? — прервала сеанс гипноза светлая эльфийка, и освобожденный кот незамедлительно удрал в прихожую.
— У меня в голове уже какие только мысли не промелькнули. Даже подумал, что Пушкину на самом деле сказки рассказывал такой же прикованный к дубу кот.
— А кто этот Пушкин?
— Привет! Ты что, с Луны свалилась?
— Нет, с Пангеи.
— Ну да, совсем забыл. Александр Сергеевич — величайший русский поэт и писатель.
— Фантастику он тоже писал?
— Конечно. Его сказки знакомы каждому ребенку.
— Об эльфах?
— Нет, но тоже интересные: о летающем длиннобородом гноме, о рыбке, исполняющей желания, о петушке-предсказателе, о Царевне Лебеди.
— Надо почитать.
— Завтра в подарок куплю тебе книжку.
— Спасибо.
— Так, время тикает, скоро отведенный Теоной час истечет. Пора заняться тобой.
— Давай, — плюхнулась в кресло Цветана, поерзала, усаживаясь поудобнее, опустила лишенные ресниц веки и предупредила: — И смотри, без фокусов. Если открою глаза и мне не понравится, придумаю такую гадость, что при виде тебя даже у бесстрашных дроу от ужаса икота случится.
— Что ты, милая сестричка, сделаю все в лучшем виде.
— Еще совет: выращивай волосы не сразу длинными, а постепенно. Тогда, если маны не хватит, у меня будет равномерная короткая стрижка, а не полголовы голая, а половина лохматая.
— Да не паникуй, полно во мне магической энергии.
— И все же делай, как я сказала.
— Хорошо. Расслабься и получай удовольствие.
Итак, включаю режим углубленного магического зрения. Первый слой ауры. Второй. Третий. Четвертый. Пятый?! Шестой! Седьмой! Ого, вот это прогресс! А дальше смогу? Ладно, потом. Сейчас вернемся к нашим баранам. Точнее, к нашей стриженой овце.
«Серый, я же все слышу».
«Ой. Это метафора», — послал я оправдывающийся сигнал, немедленно заблокировал мысли и произнес:
— Рид нарг эл мрег.
На сестрицыном лысом черепе тут же вырос чуб, как у запорожского казака. Правда, от двадцатипудовой комплекции Тараса Бульбы в эльфийке всего пуда три, зато хохолок на голове девушки — густой и длинный. Затмит любого хлопца в Сечи.
— Что остановился? — подала голос «казачка».