реклама
Бургер менюБургер меню

Владимир Кучеренко – Синергия (страница 56)

18

– Г… го-до-вщина?!

– Ну да. Потому-то и свечка посерединке – мне подсказали, что в вашем мире так положено отмечать. Только я не нашла чем ее зажечь.

В нашем мире? Ведь она явно подразумевает не виртуальный подводный мир и сушу «Кары»? Или все-таки их, а я, болван, придумываю себе то, что хочется слышать?

– Ничего страшного, обойдемся без горящей свечки, – сказал я, жестами приглашая неожиданную гостью присесть рядом. – Но только, по всем правилам, мы обязаны съесть это лакомство вместе.

– Ладно, – кивнула она, располагаясь сбоку.

– О! А у меня даже имеется чем запить! – вспомнил я о заначке и извлек из инвентаря бутылку десертного вина.

– Нет, мне алкоголь нельзя, – тут же запротестовала нимфа.

– Почему нельзя?

«Не потому ли, что беременна?»

– Потому что я за рулем.

– Что?! – совсем уж обалдел я. Нереальность происходящего напоминала какой-то странный непонятный сон.

– Хи-хи, шучу, – захихикала проказница и пояснила: – Мне же сегодня много плавать придется. Забыл, что ли, котик?

«Котик? Котик? Котик?!»

Хм, это из-за того, что я условный лев сообщества, условно нареченного прайдом? Или все же нет?

– К… как ты меня назвала?

«Плутовка, что же ты со мной творишь!»

– Котик! – ничуть не смутившись, повторила бестия и, капризно надув губки, упрекнула: – А ты меня почему-то какой-то малявкой обозвал. Хотя раньше говорил, что я высокая и длинноногая!

Не говорил я это ТУТ! Все! Какие еще могут быть сомнения? ЭТО ОНА!

– Когда это раньше? – сердце, колошматившее о ребра как шарик пинг-понга, остановилось.

– Давно, – неопределенно ответила собеседница и продолжила перечислять свои прозвища, загибая пальцы: – А еще курносенькой прелестью, ушастым чудом, Легендой, Королевой Клин…

– Теона?! Это ты, милая? – прошептал я заветное имя.

– Я, – с жаром выдохнула любимая и жадно впилась в мои уста…

Лилит

Во-от как, значит? Выходит, я была права?! Память-то наша на поверку оказалась не такой уж и дырявой. Мы и аромат миндальной сладости угадали, и сестрицу из забвения извлекли, и про диван с незнакомкой не забыли, и даже помним, какое тогда число на календаре было! Ай-яй-яй, нехорошо обманывать!

Впрочем, с самого начала не сомневалась, что парниша придуривается.

Теперь, думаю, собранных доказательств даже с избытком, чтобы прекратить ломать комедию.

Единственное, что хотелось бы выяснить перед тем, как вернусь с докладом к хозяину, – это то, как наш дорогой «сосуд с душой» собирается выкручиваться из заведомо проигрышной авантюры с войной?

Ладно, останусь еще ненадолго, удовлетворю любопытство. Тем более что моя трагическая гибель потом – в самом конце сражения (к примеру, от «шальной» стрелы), вызовет значительно меньше пересудов и кривотолков со стороны Наблюдателя и паршивки Эльдрагории, нежели таинственное исчезновение прямо сейчас.

Кстати, а целуется наш шалунишка неплохо, весьма неплохо. Уж кто-кто, а я в этом разбираюсь.

Алебардист (уровень: 122/169)

С точки зрения военной доктрины число нападающих должно превышать количество обороняющихся как минимум втрое. Но желательнее все же, чтобы данное соотношение было четыре к одному, а еще лучше иметь пятикратный перевес.

Захватчики наши, однако, решили не мелочиться и собрали орду, вдесятеро превосходящую списочный состав «Ночных фурий»! И это только, если сопоставлять геймерские силы.

Если же обратиться к вопросу о виртуальных наемниках, то там ситуация еще хуже. Задумавшие против нас недоброе супостаты заранее скупили практически все самые серьезные вооруженные НПС-формирования. На рынке остались лишь бригады, «заточенные» под ночные операции, либо существа, по природе своей жутко боящиеся дневного светила. То есть привлечение таких групп на нашу сторону возможно, но их эффективность в яркое время суток крайне мала и равноценна выбрасыванию денег в мусоропровод.

Во вражескую коалицию вошли шесть крупных сообществ: «Арии», «Загибаторы», «Ксеноцид», «Аль-Монахи», «Коррида» и «$о100ятельные люди». Плюс десяток прихлебателей помельче. Приглашали и «Вейкаррию» присоединиться, но лидеры нашего заклятого недруга неожиданно для всех предпочли сохранить нейтралитет (за что им, кстати, глубочайший пиетет). В частности, Сурбол при встрече с гонцом из вышеупомянутого военно-политического блока объяснил позицию своего клана коротким, но емким изречением: «Добить подранка – много ли в том чести?»

Оно и правда, с тех пор как по чьему-то неосмотрительному приказу прайд покусился сразу на Цитадель Затхлых Болот, Мост Высокогорных Троллей, семнадцатую хризолитовую шахту в вотчинах Лютых Назгулов, Мяукунскую кимберлитовую трубку и еще парочку целей, но ничего из этого не взял, всему серверу стало чудиться, будто «Ночные фурии» уже не те. А следующий месяц, неурожайный на РБ, бесплодный на зачищенные подземелья и даже недосужий на сбивание «звездной пыли» с молодых да дерзких выскочек, только упрочил это мнение. Все решили, что эра львиц минула, что они уже не яростная безупречная стая, а сброд из лепрозория. Ну-ну, посмотрим.

Итак, началось! Практически у самой кромки слияния неба с землей замаячили неприятельские штандарты, призывно затрубили горнисты, забили ритмы наступательного марша барабанщики…

Я окинул взглядом стройные ряды соратниц. Грозные взгляды девушек устремлены в даль, ноздри хищно раздуваются, челюсти крепко стиснуты, груди высоко вздымаются, по предвкушающим скорую охоту мышцам пробегает нетерпеливый тремор. Какие, к чертям, больные животные? «Ночные фурии» – до сих пор непобедимые амазонки и истинные хозяйки этого мира! И тот, кто в этом сомневается, очень скоро поплатится!

Ладно, пора, наверное, толкнуть напутственную речь. И своим девчонкам, и парням из дружественного альянса, которые не предали, поддержали в трудную минуту, и тем немногочисленным союзникам из неигровых персонажей, что тоже здесь с нами, и некоторым купленным-таки батальонам темного времени суток.

В пределах видимости их совсем мало, так как подавляющая масса народа распределена каждый по своим постам, но скилл «Гьяллархон» – наследие стража богов Хеймдалля – позволит донести слова до слуха всех без исключения ушей вселенной.

– Друзья мои! Вот и пробил час истины! Так давайте же обнажим наши клинки и покажем всем, кто на самом деле правит балом, а кто паж! В общем, не буду утомлять вас долгой и пустой болтовней. Просто перед тем, как все начнется, хочу еще раз выразить благодарность тем, кто пришел на помощь. Остальным скажу стихами:

«В последний миг обратного отсчета, Когда знамена развевает гордый ветер, Нам не до славы, рейтингов, почета. В герои тоже вряд ли кто нарочно метит. Важней всего сейчас родные стены. А буйны головы сложить, если придется, Чтоб не за так, чтоб за поступок смелый. Ведь страх – удел врага, и ОН пускай трясется!»

Уж не знаю, как там себя почувствовали солдаты противника, но рев многих тысяч глоток, донесшихся на мой призывный клич, с ближайших тополей листву снес начисто!

Из воспоминаний участников шестой битвы при Эль-Шартауре:

«…Занятная судьба у этого фортификационного сооружения. Его атаковали рекордно низкое число раз – всего четырежды, да и то для пробы. После этого о штурме даже думать не смели.

Изначально так удачно возведенный там, где устье Великой Альны сливается с Ольнским морем, Эль-Шартаур долгое время представлял собой действительно неприступную крепость.

Более того, ни одно судно не могло водным путем проникнуть в глубь материка или выплыть наружу без ведома хозяев замка. Но если какой-нибудь купец или капитан все же отваживался проскочить, то это ВСЕГДА обходилось им гораздо дороже. И потому те, кто не желал пойти на корм альнским крокодилам или ольнским акулам, предпочитали платить дань. А пролив Единорогов именовали не иначе как проливом Мужества.

Однако вскоре воды отступили. Некогда могучая река обмельчала до уровня ручья, и крохотный, буквально с десяток шагов участок земли между фундаментом западной стены и пристанью разросся до пустынного четырехсотметрового пляжа. Крупные торговые корабли перестали сюда хаживать, сухопутные караваны тоже, рыбацкие лодки еще причаливали, но все реже и реже.

Постепенно замок, существовавший и жировавший за счет пошлин, обветшал, порт обнищал, жители близлежащих деревенек покинули насиженные места и пустились на поиски краев обетованных. Некогда процветающая долина превратилась в богами забытое захолустье.

В таком полузаброшенном состоянии на него и обратили внимание «Ночные фурии». Настя грубить не стала, хотя, учитывая печальное состояние со снабжением и низкую обороноспособность гарнизона, вполне могла бы. Сторговалась с прежним владельцем за копейки, но он и им был рад. И уже на следующий день прайд безболезненно переехал в свое новое жилище.

Так как у клана имелись альтернативные источники доходов, то экономический потенциал «большого дома» львиц попросту не волновал. Они искали просторное, надежное и уединенное место, и они его нашли.

Кто-то глупый и наивный почти сразу же попытался отобрать у дам новоприобретенную недвижимость. Но защитницы феноменально быстро успели все восстановить и даже немного усилить прочностные характеристики строений. В общем, кем были те разбойники, уже вряд ли кто вспомнит.