Владимир Кривонос – Меч Вильгельма (страница 4)

– Но ведь это же сказки.

– Не скажи… Но еще… есть одна легенда. Ее рассказывал мне тот вожатый, Витя, когда я первый раз сюда приехал. Он говорил, что эта легенда существует еще с незапамятных времен.

– Давай, рассказывай.

– Так вот, слушай. Жил когда-то рыцарь Вильгельм.

– Это тот, о котором нам сегодня на лекции рассказывали?

– Скорее всего. Только ты не перебивай.

– Хорошо.

– Так вот. Жил когда-то рыцарь Вильгельм. Он был хорошим воином, но не имел земли. А земля тогда, Пашка, была главным богатством. У кого было больше земли, те имели больше власти и могущества. Они носили высокие титулы. А Вильгельм титула не имел. И вот он со своими дружинниками зашел в эти края. Смотрит – место хорошее, земли никому не принадлежат. И решил тогда он построить здесь замок, как раз на том мысу. Но не прошло и года, как нагрянули сюда другие рыцари, чтобы тоже заполучить новые земли. Эти рыцари в отличие от Вильгельма стали грабить и сжигать местные деревни. Тогда Верховный жрец племени пришел к Вильгельму с просьбой защитить их. Рыцарь долго не соглашался, пока жрец не предложил ему меч. Это был волшебный меч. Он обладал чудесной силой: вызывал молнии, испускал языки пламени, перемещал своего обладателя по воздуху вместе с конем. Меч этот передавался от одного жреца к другому, а когда и кем он был выкован, никто не знал.

Жрец сказал Вильгельму: «Этот меч обладает необычайной силой. С его помощью, если ты этого очень захочешь, ты можешь победить всех своих врагов». «Но почему же вы сами не воспользуетесь им?» – в свою очередь спросил Вильгельм. «Отцы Вселенной не разрешают нам самим участвовать в войне, – ответил жрец. – А ты – хороший и храбрый воин. Мы верим тебе и доверяем наше священное оружие».

– И Вильгельм победил?

– Да. Меч, полученный от жреца, помог ему разбить врагов. Но после победы Вильгельм не захотел вернуть меч обратно, а оставил его себе. За это боги наложили на него кару. И в один прекрасный день Вильгельм исчез вместе со своим замком. С тех пор замок то появляется, то исчезает. Как призрак.

К горлу профессора подкатил ершистый комок, и из его груди вырвался громкий кашель. Голоса замолчали. Подавляя кашель, Игорь Борисович вышел из-за куста и предстал перед мальчишками. Те удивленно раскрыли глаза.

– Как… Вы?! – почти одновременно произнесли оба.

– Извините, молодые люди… гм.., Я вам, наверное, помешал.

– Да что вы, совсем нет, – белобрысый мальчишка привстал с поваленного дерева. Другой, черноволосый, спросил:

– А вы, кажется, ученый, и вас зовут…

– Игорь Борисович, – подхватил профессор. – Давайте познакомимся.

Белобрысый назвался Сашкой, а его приятель – Павликом.

– Можно поинтересоваться, чем вы занимаетесь, – Игорь Борисович посмотрел на вырезанные из коры кораблики, которые лежали тут же на траве. – Разрешите?

– Конечно, – ответил Павлик, – Берите.

Профессор взял в руки небольшой, длиной в две ладони парусник. Выточенная из осиновой ветки мачта увенчана целлофановым парусом.

– Вы хотите его в море запустить?

– Угу, – ответили мальчики.

– Ну, так давайте это сделаем вместе.

Вся компания направилась к побережью. Пустить корабли в море оказалось не так уж и просто. Волна каждый раз выбрасывала их на берег. И тогда мальчишки сбросили с себя одежду и в одних плавках зашли в воду. Пустив корабли, они отплыли назад. Легкий ветерок наполнил полиэтиленовые паруса и погнал крошечные суденышки вглубь залива. Ребята и ученый некоторое время любовались этим зрелищем.

– А вам не жалко? – вдруг спросил профессор.

– Не, – протянул Сашка, – Мы еще сделаем. У нас коры много.

Ребята стали ежиться от холода. Все-таки солнце успело уже сесть, а с моря потягивало ветерком. Поэтому, накинув на себя рубашки, они вернулись на прежнее место. Решили разжечь костер, чтобы высушиться и согреться.

– Вам не влетит? – спросил ученый, разжигая огонь.

– Да что вы, Игорь Борисович. Ведь мы же с вами.

Такой ответ несколько возмутил профессора. Но при взгляде на этих мальчишек его возмущение улетучилось прочь.

– Извини, Саша… Я тут случайно услышал, как ты рассказывал легенду. Там речь шла о том замке на мысу? – Игорь Борисович показал пальцем на противоположный берег залива.

– Ну, да…

– И это действительно, что он там стоит всего два дня и появляется раз в четыре года?

– Да, Игорь Борисович. Вчера его видно не было.

– А может его туман скрывал или еще что?

– Нет. Ведь сам мыс был виден хорошо. А замка на нем не было видно.

– Ну, тогда это очень странно…

– Ага.

Профессор еще раз посмотрел на замок.

– Хотелось бы побывать там и рассмотреть его вблизи.

– Но у нас есть только два или вернее уже один день…

– Что? – не понял Игорь Борисович.

– Ну… Вы можете успеть к нему сходить, пока он снова не исчез… – как-то неуверенно произнес Сашка.

– Как, один?

– А мы?! – ребята умоляюще посмотрели на профессора.

– Вы что, ребята? – растерялся тот. Но немного погодя добавил, – А ведь это идея… В конце концов, ради научных интересов… А ведь чертовски заманчиво… Хорошо, я поговорю с Маргаритой Филипповной.

Глава 4

Утром, еще до завтрака Павлика и Сашку вызвали к директору лагеря. В кабинете их ожидал Игорь Борисович. Вид его претерпел изменения. Поверх белой рубашки на нем была нахлобучена болоньевая куртка, явно шире его худощавой фигуры. Вместо парадных лакированных туфель на ногах сверкали белой подошвой новенькие кеды. Голову венчала синяя кепка с надписью «Речфлот». Когда ребята увидели ученого в таком виде, они с трудом сдержали улыбки.

– Вот, что, дорогие мои, – сказала Маргарита Филипповна. – Вы отправляетесь сегодня с Игорем Борисовичем. Наказываю вам слушать его, никуда не соваться и вести себя прилично. Он за вас отвечает.

Сашка и Павлик засветились от счастья. Они готовы были закричать «ура». Их глаза радостными огоньками уставились на профессора.

– А сейчас на завтрак! – скомандовала Маргарита Филипповна.

Павлик попал в «Лукоморье» случайно. Еще в начале июня он даже не подозревал, что ему придется очутиться здесь. Когда он узнал, что ему предстоит поехать в летний лагерь, у Павлика даже руки опустились. Никогда не живший в подобных заведениях, уже вчерашний шестиклассник протестующе замотал головой:

– Ма, зачем ты это сделала? Я ведь не хочу в лагерь!

– Сынок, зря ты так испугался. Этот лагерь совсем не плохой, находится на берегу моря. Да и пойми, здесь дома ты будешь практически один.

Это верно. Отец Павлика всегда находился в отъездах. Работая судомехаником, он ежегодно уходил в длительные морские рейсы. И мама каждое лето брала сына с собой в отпуск: к родственникам или куда-нибудь на юг. Но в этот раз ее отправляют в заграничную командировку в город с каким-то странным названием Гюссельдарф. Естественно, Павлика ей никто с собой взять не разрешит. На работе маме предложили путевку в лагерь «Лукоморье», и она с радостью согласилась. Ведь сын во время ее отсутствия будет находиться под надежным присмотром.

То, ничем не примечательное, июньское утро начиналось как обычно. Павлик разомкнул ресницы, и яркий свет ударил по сонным глазам. Мальчишка повернулся лицом к подушке. Она приятно защекотала нос и щеки. Вставать не хотелось. Но в сознание пролезла мысль о «Мирном». И Павлик, мгновенно скинув одеяло, сел на краю дивана. Потянулся и голыми ступнями прошлепал к письменному столу, на котором стояла недостроенная модель парусника. Корпус находился на крошечных кильблоках. Из носовой части палубы поднималась пока всего лишь одна мачта. Ее Павлик вчера вечером допоздна крепил с помощью вант, для которых он использовал толстые черные нитки. Проверив руками прочность крепления мачты, мальчишка побрел на кухню. Умываться он не стал. Потрогал чайник. Ладони ощутили еще не остывшее тепло. Налив чаю, Павлик с большой кружкой в руках вернулся в комнату. Его непричесанные смоляные волосы торчали в разные стороны. Сев на стул перед парусником, он начал обдумывать дальнейшую работу.

Шлюп «Мирный» будет шестой моделью в коллекции Павлика Воронцова. Это увлечение возникло давно. Еще в раннем детстве рассказы отца о его морских похождениях заразили Павлика страстью к морю. А бесчисленные страницы книг Жюля Верна, Житкова, Саббатини, Стивенсона, прочитанные порою ночами при слабом свете фонарика, довершили свое дело. Павлик мечтал о море. И эта его мечта вылилась в неутолимый интерес к парусникам прошлых эпох. Первую модель он смастерил по чертежам из журнала. Модель корабля Ричарда III получилась неказистой. Потом отец, заметив увлечение сына, купил ему толстую с красочными картинками книгу для моделирования судов. И вот на полки книжного шкафа время от времени вставали модели новых кораблей: ладья викингов и норманнский корабль времен Вильгельма Завоевателя, фрегат XVIII века и каравелла Колумба. Теперь ждал своего часа русский шлюп «Мирный», на котором в начале прошлого века капитан Лазарев открыл Антарктиду. Павлик уже четвертую неделю корпел над знаменитым парусником. Благодаря каникулам, времени было предостаточно. И он с утра до ночи вымерял шпангоуты, клеил обшивку корпуса, вырезал и скреплял мелкие детали. Когда корпус судна был готов, Павлик с большим наслаждением занимался его покраской. Красное днище и черный фальшборт с белой полосой пушечных портов на следующий день сверкали лакированной поверхностью. Теперь дело за рангоутом и такелажем. Полдня ушло на выстругивание и крепление бушприта. А потом – работа с фок-мачтой. И вот она стоит, удерживаемая туго натянутыми вантами. Павлик еще раз полюбовался их натяжкой. Допил чай. И отставив кружку, принялся вымерять рейки для следующей – грот-мачты. Работа целиком занимала его. И он не заметил, как утро сменилось днем, а день сменился вечером.