Владимир Козлов – Горькое молоко – 6. В погоне за кардиналом (страница 10)

– Что это Колчак с утра к тебе заехал, ты вроде свежей прессой не торгуешь?

– Ему не газеты нужно, а книга «Милый друг». Мать его попросила меня продать ненужные книги, а эта оказалась чужой, которую Вовка должен вернуть. А книгу Сирота случайно взял. Если не потерял, то Вовка, наверное, сейчас заберёт её у него.

Она с любопытством оглядела Андрея.

– А тебе Андрей чего нужно? – с подковыркой спросила она, – что ты тут вынюхиваешь?

– Ни чего я не вынюхиваю, – оторопел Андрей, – дай мне чёрный стержень к авторучке? – попросил он.

Она протянула ему стержень. Он расплатился с ней и пошёл к подъезду Колчака, но не увидав там его машины, прошёл через сараи к подъезду, где раньше он жил с Надеждой. Андрей видел, как Колчак прошёл к машине, держа в руках не первой свежести в зелёной обложке книгу. Он наблюдал за Колчаком, когда тот сел в машину и на большой скорости сорвался с места. Только после этого Андрей подошёл к столику и, поздоровавшись с мужиками сел рядом с ними на лавку.

Отец Григорий в это время на картонке от ящика, записывал карандашом Сироте, что он должен купить в магазине.

Андрей достал из кошелька сто рублей и протянул их Сироте.

– Дядя Миша возьми мне пожалуйста бутылку пива Балтики безалкогольного и фисташек? – попросил он. – Сдачу можешь оставить себе.

Без излишних разговоров Сирота взял деньги и зажал их в руке. А потом посмотрев на Григория, проговорил:

– Григорий, ты такой святой, что святее тебя нет. Не успел одну молитву прочесть доброму человеку, как второй объявился. Я пока бегаю в магазин, ты Андрюшке почитай заздравную молитву, глядишь, и третий объявится.

– Верни деньги дьявольскому отродью? – пробасил батюшка. – За него, чуть рабы божьи не погибли Жига и Колчак, который инвестицию нам сейчас богатую произвёл в размере пятисот карбованцев и нам их хватит, чтобы душу порадовать. Верни немедля деньги, они ядом пропитаны. А читать злодею я ничего не буду. Опосля ему его права будут зачитывать, те, которых мы товарищами называем.

– Ага, товарищи, а они нас дубинками за это метелят, – сказал Сирота и отдал сто рублей Юрину назад. – Гуляй Андрюша, – помахал он ему ручкой и показал пятьсот рублей.

– Верно, говоришь, отец Григорий, – сказал полуслепой Торба, – пускай тут не размахивает своим паршивым стольником, а катит отсюда шаром. Таких людей правильных, чуть из – за этого дырявого гондона не загубили.

– Я не виноват был, что с ними приключилось, – начал оправдываться Андрей перед всеми. – Откуда мне было знать, что с ними так поступят, – виновато склонил он голову.

– Если ты жену свою, всеми нами уважаемую Надежду Константиновну обвинил в грехе и напраслину навёл на двух Владимиров, значит, ты не только нехристь, а ещё иуда и гореть тебе в гиене огненной, – сказал батюшка и многозначительно поднял к небу палец.

– Нигде я гореть не буду и вашим проповедям не верю. Я знаю, что моя гражданская совесть чиста. Самогон не пью, и в карты не играю как вы. Я занимаюсь только наукой и больше ничем.

– Ну, если ты такой учёный тогда историю, наверное, хорошо знаешь? – спросил Григорий.

– Думаю неплохо, – сказал Андрей.

– Тогда ответь мне кратко, почему в Великую Отечественную войну у фашистов было много диверсионных школ, сколоченных из советских военнопленных, а у нас в стране не было ни одной?

– Фашистская Германия поняла, что одними тиграми нас не взять вот и создали такие школы. А для Советского правительства чужды были такие школы. Верить врагу, хоть и бывшему они не имели права, – объяснил Андрей.

– Вот ты наполовину и ответил на мой вопрос, – постучал пальцем по голове Андрея батюшка. – Попадали в такие школы в основном трусливые душонки, как ты. К ним я причисляю и РОА Власова, полицаев, бургомистров и другую нечисть. И ты наверняка потомок этих вероломных чудовищ. Понял, сколько мрази было в войну? А среди немцев не было столько предателей. Вот почему не было у нас разведывательных школ, где бы обучали немецких солдат для диверсий против своего народа. Вот так «Наука», – а ты мне про какую – то чуждость взглядов поёшь. Теперь иди отсюда. Покупай пива сам себе, но пить к нам не подходи? Пей за сараями.

– Зря ты отец Григорий меня обижаешь? – чуть не плача взмолился Андрей, – мой дед партизанил в брянских лесах. Награды правительственные имел. Они у меня остались.

– Честь и хвала дедушке твоему, но партизанить, это не значит, что он прошёл проверку на прочность. Вот если бы ты сказал, что он на передовой всю войну провёл, как многие солдаты. А в лесу можно отсидеться, провозгласив себя партизаном и потихонечку поросят да коров у мирного населения бомбить. Я в Белоруссии жил, вот там партизаны были правильные, хотя и там находились, которые пристраивались в обоз добровольно, но не вызывались идти в бой.

– Крест на тебе, – сказал Андрей, – а несёшь какую – то ахинею.

– Ты случаем не Понтий Пилат? – спросил батюшка у Андрея, – не то я сейчас убегу от страха, – рассмеялся на весь двор отец Григорий.

Андрей встал и униженный пошёл в сторону бывшего сквера. Около арки его нагнал Сирота.

– Ты на Григория не обижайся? – сказал Сирота, – это он не со зла, а с радости на тебя попёр. Нам Колчак дал пятьсот рублей за книгу, на которую я сковородку ставил. А если бы ты пришёл раньше Колчака, он бы может тебя, и не прогнал. Мы же без денег сидели. Грузить по выходным редко случается. На два пузыря самогона всего наскребли для шести человек. Но ты если хочешь, я тебе на твоих – же первоначальных условиях принесу пива.

Андрей остановился и сказал:

– Я на вашего попа не обижаюсь, а пива возьми, – он достал опять деньги и отдал Сироте. Потом подумал и добавил, к ста рублям ещё пятьдесят рублей, – а это тебе на самогон за то, что хоть ты меня немного понимаешь.

– Жди меня у школьного сада? – сказал Сирота, – я сейчас быстро обернусь.

Сирота пришёл с полным пакетом выпивки и закуски. Открыв бутылку пива, и достав фисташки, он отдал Андрею, а сам приложился к горлышку бутылки с самогоном.

– А что такая ценная книга была, что Колчак так раздобрился? – спросил Андрей, когда Сирота выпил всё вино.

– Не знаю, ценная она или нет. Я по просьбе Вальки Петуховой принёс из квартиры Колчака несколько стоп. Мать отдала. Я только знаю, что она не его была, а чужая.

– Ты, что её и не прочитал даже? – равнодушно посмотрел Андрей на Сироту.

– Ты, что с пня упал? – раздражённо сказал Сирота, – я читать то уже разучился. Я даже не смотрел, как книга называется.

– Книга называется «Милый друг», – напомнил ему Андрей, – может, ты её листал и картинки смотрел?

– Ты откуда знаешь, как книга называется? – подозрительно взглянул Андрею в глаза Сирота, – и чего ты носом задвигал, профессор? – сунул ему бутылку самогона Сирота. – Держи свой чемергес и вали отсюда. А я Колчаку обязательно расскажу про твой интерес. Пускай он тебе голову немного поправит. А делать это он мастак.

– Ты, что дядя Миш я так спросил, – испугался Андрей. – Рано утром был в киоске у Валентины, она мне и сказала, что Колчак с ног сбился, ища свою книгу. От неё я и узнал, как книга называется.

– Смотри у меня, – погрозил пальцем Сирота Андрею и, забрал у него самогон назад.

Затем поднял пакет с травы, пошёл к мужикам.

«Зачем я высунулся с названием книги? – подумал Андрей, – эти мужики хоть и синяки, но каждый из них провёл по нескольку лет за колючей проволокой. Они подвох чувствуют, и их на мякине не проведёшь. Если он Колчаку расскажет, что я им интересуюсь, то этот уголовник может причинить мне боль. А что, если попробовать выйти на Ланина и посоветоваться с ним? Ланин Колчака не жалует, это мне известно от Надежды. И Колчак к Ланину симпатией не расположен. Нужно дать пищу Ланину. Интуиция мне подсказывает, что эта книга, возможно, хранит часть моей коллекции. Хотя бы её спасти. Чего бы это Колчак стал такие деньги выкидывать пьяницам. Когда за сто рублей можно купить в любом книжном магазине Милого друга. Надо искать Ланина. Телефон нужно его по справке узнать и поговорить с ним».

Узнать телефон Ланина, не представляло никакого труда для Андрея. Через три минуты он сидел дома за компьютером и по базе данных узнал не только телефон, но и адрес Ланина. Андрей позвонил Ланину, который оказался в это время дома, и предложил ему встретиться с ним. Объяснив ему, что всплыли важные факты, доказывающие лишний раз причастность Колчина в краже его коллекции.

– Ты уверен, что факты важные? – кричал в трубку Ланин.

– Абсолютно, – ответил Андрей, – он постоянно находится под моим негласным наблюдением.

– Хорошо, тогда подходи к ресторану Ладья, напротив, будет стоять пятиэтажный дом. «Я тебя буду ждать через час около среднего подъезда», —сказал Ланин.

Андрей не спеша, вышел на улицу. Время до назначенной встречи было ещё достаточно.

«Пойду в агентство схожу, – подумал он, – за мобильный телефон деньги заплачу, пока время есть» Проходя мимо магазина «Электроник», Андрей наткнулся вновь на машину Колчака. «Опять этот Колчак, – подумал он, – придётся подождать, посмотреть, что он там делает». Но он вдруг передумал подглядывать за ним и решил войти в магазин.

Магазин был полупустой, и Колчака он увидел сразу. Около него стояло много коробок от компьютера. Колчак беседовал о чём – то с продавцом, но Андрея он не видел. Тот прошёл вглубь магазина в отделение радиотоваров и из – за стеллажей наблюдал за ним. Когда консультант взялся помочь Колчаку погрузить коробки в машину и когда они вышли из магазина, Андрей дождался возвращения консультанта, а затем подошёл к нему и спросил: