Владимир Кожевников – Грамматика Светотени (страница 1)

Владимир Кожевников

Грамматика Светотени

Глава 1. Зов туманности

Корабль называли «Гонцом», и имя это было ложью. Гонцы возвращаются. Но те, кто ступил на борт в доке Лагранжа, знали: прыжок в туманность NGC 6164 — это путь на ощупь, в страну, откуда не пишут писем на бумаге. Только свет.

Туманность встретила их не пустотой, а влажной, тяжелой тишиной, давившей на барабанные перепонки даже сквозь многослойную обшивку корабля. За бортом медленно переливался не газ, а, казалось, жидкое стекло, смешанное с дымом. Цвета были оскорбительно прекрасны: бирюзовый переходил в ржавую охру, а та — в слепящую лазурь, словно здесь разорвали в клочья само небо и сшили заново нитками раскаленной плазмы.

Ли висел в наблюдательном куполе. Он был герменевтом, расшифровщиком душ. Его телом был тесный и неудобный скафандр, но его сознание было обнажено. Он прижимался лицом к холодному композиту иллюминатора и ждал. Остальные члены экспедиции — поэт Аран, философ-кибернетик Вей и аскетичный биолог София — возились с приборами. Но Ли знал: никакой прибор не покажет то, ради чего они здесь.

Они прилетели записывать язык. Язык расы, которую в каталогах обозначили как Астерион, что значило «Звездные Жители». Только вот тел у них не было. Ни кремния, ни белка. Только интерференция и когерентность. Только волна.

— Контакт, — сказала Вей бесцветным голосом. — В оптическом диапазоне. Они... играют с нашим курсовым лазером.

Ли оттолкнулся от стекла. На тактическом экране зажегся вихрь. Луч лазера, пущенный для калибровки навигации, не отражался, а распускался. Он ветвился, словно молния, и застывал кружевом света. Это не было агрессией. Это было приветствием. Или, скорее, проверкой грамматики. Астерионы просто не умели не вплетать свет в ткань общения. Всякий фотон для них был глаголом.

Прошло три дня. Ли почти не спал. Он сидел в рубке, окруженный голографическими спиралями — визуализацией разговора света с тьмой. И он уперся в стену.

— ...они не могут ответить, пока мы не перестанем быть центром предложения, — сказал Ли. Голос его был сух, как пепел. — Я попробую сформулировать «Мы здесь». Но без «Мы». Только «Здесь».

Вей покачала головой:

— Ты не акустическая система. У тебя есть эго. Оно отразится в сигнале как шум.

— Я попытаюсь быть шумом, который похож на их тишину, — ответил Ли.

Это была роковая ошибка.

Он сел за пульт и попытался передать импульс, который обозначал бы не действие субъекта, а состояние пребывания. Он хотел сказать: «Туманность, полная света». Но язык Астерион не знал прилагательных. Там, где человек ставит запятую, Астерион ставит квантовый переход.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.