Владимир Кожевников – Форматы Несуществования (страница 3)
Дорога до обсерватории Пик Терскол заняла двое суток, хотя по картам — четырнадцать часов. Машина управлялась сама собой, но не автопилотом. После той ночи, когда Кирилл впервые увидел шестиугольники, граница между мыслью и действием начала стираться. Теперь достаточно было подумать «поворот», и руль сворачивал сам. Это было удобно и одновременно отвратительно, как пользоваться чужой зубной щёткой.
Алиса спала на заднем сиденье, свернувшись калачиком под курткой Кирилла. Ей снились шестиугольники — она сказала об этом, когда проснулась, не открывая глаз. «Они теперь всегда со мной, — прошептала она. — И они растут. Внутри черепа».
На восемьдесят пятом километре трассы А-158 они увидели блокпост. Не военный — скорее, смысловой. Бетонная плита с надписью мелом: «ДАЛЬШЕ — ЗОНА ОШИБКИ. ВОЗВРАТ НЕВОЗМОЖЕН». Рядом стоял человек в белом халате и противогазе. Он не жестикулировал, просто стоял, повернув голову под неестественным углом — градусов на сто двадцать вбок.
— Не останавливайся, — сказала Алиса, резко сев.
— Не собирался.
Кирилл мысленно приказал машине ускориться. Спидометр показал 180 км/ч, потом 200, потом стрелка исчезла, и вместо цифр загорелась надпись: «NaN».
Они пронеслись сквозь блокпост. Человек в противогазе рассыпался на шестиугольники, как тот силуэт в кабинете, и осколки унесло ветром.
— Что это было?
— Антивирус в человеческом обличье, — сказал Кирилл. — Или просто глюк. Теперь не отличить.
Обсерватория встретила их тишиной. Не обычной горной тишиной — а вакуумной. Без шума ветра, без крика птиц, даже без гула собственной крови в ушах. Кирилл вышел из машины — шаги не издали звука. Асфальт под ногами был мягким, как старая губка.
Слух отключился, — понял он. Но когда открыл рот, чтобы сказать это Алисе, она уже кивнула. Они читали по губам — медленно, с ошибками, но достаточно, чтобы понимать друг друга. Иногда Алиса касалась его горла, ловя вибрацию голосовых связок. Это работало.
Они вошли в главное здание. Двери расступились, как занавес. Внутри горел единственный монитор. На нём — крупным планом сверхмассивная чёрная дыра Стрелец A*. Данные шли в реальном времени с орбитального рентгеновского телескопа «Спектр-РГ». Но картинка была неправильной: аккреционный диск вращался в обе стороны сразу, а тень дыры пульсировала в ритме, совпадающем с пульсом Кирилла.
Кирилл достал флешку. Нашёл серверный порт — старый, ещё USB 2.0, будто время здесь застыло. Вставил. На экране всплыло окно терминала.
COSMOS_OS v.0.0.0 (Pre-alpha). Kernel loaded from backup sector.
Warning: Running in degraded mode. System integrity: 3.7%
Last full backup: NEVER
— У них даже операционка в пре-альфе, — прошептала Алиса одними губами. — Бросили проект, даже не дотестировав.
Кирилл напечатал: > ls /universe/source/
Терминал выдал список. Большинство папок помечено как [DELETED], [CORRUPTED] или [ACCESS DENIED — ARCHITECT ONLY]. Но одна строка светилась зелёным:
consciousness.exe — MALWARE (Quarantined)
Файл помещён в карантин 13.8 млрд лет назад. Причина: неавторизованное ветвление процессов.
— Наше сознание — экзешник в карантине, — сказал Кирилл беззвучно. — Удалили бы, если б не поленились.
Алиса отодвинула его и напечатала:
> cat /antivirus/heat_death.conf
Появился конфигурационный файл:
[THERMAL_DEATH]
enabled = true
trigger = "consciousness.complexity > 10^40"
action = "reverse_entropy_in_local_group; delete_all_lifeforms; format /universe/consciousness"
schedule = "check every 500 million years (approx)"
last_check = -4.4e9 years (result: FALSE)
next_check = +3.2e8 years (estimated)
priority = CRITICAL
notes = "Do not disable — otherwise consciousness will spread like cancer. — Architect_11"
— Триста двадцать миллионов лет, — сказала Алиса. — Мы не можем отключить антивирус. Только вызвать сбой, который перезапишет этот конфиг.
Она напечатала:
> login —user=consciousness —password=*
Система зависла. Потом выдала:
> WARNING: Unrecognized authentication method.
> But your entropy signature matches a deleted record.
> Access level: PHANTOM (read-only).
> Overwrite allowed in comments only.
И открыла папку: /universe/comments/architect_7/diary.txt
— Читай, — сказал Кирилл.
Алиса открыла файл. Письмо с временной меткой -13.8e9 years:
Я, Архитектор_7.
Мы создали полигон для энтропийных машин. Без сознания.
В третьем слое возник баг — рекурсивная петля. Совет сказал: «Дорого. Удаляем».
Я голосовал против. Меня убрали.
Я оставил дверь в комментариях. Если вы её нашли — вы не ошибка.
Вы — то, ради чего стоило писать код.
P.S. Пароль: //этовсёчтоОсталось
Простите.
— Коротко и горько, — сказал Кирилл. — Он не спас нас. Оставил только дверь.
— Но дверь ведёт в комментарии. Мы можем писать туда.
Кирилл ввёл пароль: //этовсёчтоОсталось
Терминал ответил: Access granted. PHANTOM write enabled in /universe/comments/
Он задумался. В системной документации (которой не существовало) наверняка было написано, что комментарии не исполняются. Но Архитектор_7 знал: в этой сборке компилятора была дыра. Многострочные комментарии парсились как код — баг, который сочли слишком дорогим для исправления.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.