Владимир Кожедеев – Наследие Стерха. Книга 3 (страница 9)

На улице его ждала Алина.

— Заблокировали? — спросила она.

— Да.

— И что теперь?

— Будем жить на твои деньги.

— Они у меня есть. Но надолго не хватит.

— На месяц хватит?

— На две недели.

— Значит, за две недели мы должны закончить расследование.

— А если не закончим?

— Закончим.

Как работала блокировка счетов?

Система безопасности банков в 2189 году была автоматизирована. Алгоритмы отслеживали подозрительные транзакции и блокировали счета без участия человека. Это делалось для защиты клиентов от мошенников.

Но алгоритмы можно обмануть.

- Подмена IP-адреса — чтобы перевод выглядел как совершённый с компьютера Арсения.

- Имитация цифровой подписи — квантовый принтер, тот самый, что печатал фальшивые документы.

- Взлом банковского протокола — старый баг в системе «Гипермеханики», который не исправили после банкротства.

Кто-то знал эти уязвимости. Кто-то, кто работал в «Гипермеханике» раньше. Или кто-то, кто получил доступ к её архивам.

— Лека, — сказал Арсений, вернувшись в квартиру. — Проверь, кто из бывших сотрудников «Гипермеханики» сейчас работает в банковской сфере.

— Сделаю.

— И найди мне адвоката.

— Зачем?

— Подавать в суд.

— У тебя нет денег на адвоката.

— Найду.

— Где?

— Займу у Глеба.

— Глеб в розыске. Его счета тоже заблокированы.

— Тогда продам что-нибудь.

— Что?

— Папин накопитель.

— Ты не продашь память об отце.

— Продам, если это спасёт жизнь.

Алина заплакала.

— Не надо, — сказала она. — Мы справимся без этого.

— Справимся, — согласился Арсений. — Но готовлюсь к худшему.

23 октября хозяин офиса на Лубянке потребовал освободить помещение.

— Я не могу рисковать, — сказал он, пожилой мужчина в старомодном костюме. — Мне угрожают. Пишут, что я укрываю преступников.

— Каких преступников?

— Вас.

— Я не преступник.

— Это вы так думаете. А они — иначе.

Арсений не стал спорить. Он собрал свои вещи — папки, карты, старый накопитель отца, несколько книг — и вышел.

В последний раз оглянулся.

«Агентство неочевидных решений» больше не существовало.

Вывеску он снял сам. Положил в рюкзак — на память.

Алина ждала на улице.

— Ты как? — спросила она.

— Жив.

— Это главное.

Они пошли пешком — через Лубянскую площадь, через Кузнецкий мост, через Арбат.

Город был холодным, чужим, равнодушным.

Но они были вместе.

Глеб позвонил вечером 23 октября. Защищённый канал, старый, ещё с времён «Гипермеханики».

— Я всё знаю, — сказал он. — Про офис, про счета, про блокировку.

— Откуда?

— У меня есть информаторы.

— Ты в розыске. Не рискуй.

— Я уже всё потерял. Рисковать нечем.

— Есть жизнь.

— Не та жизнь, которую я хотел бы жить.

— Глеб...

— Я приеду. Помогу.

— Не надо. Ты нужен здесь — как запасной план.

— Какой запасной?