Владимир Кожедеев – Глухой Фолиант 2 (страница 4)

Он указал на пожелтевшие листы, покрытые санскритом.

–Когда две части встречаются, они начинают резонировать. Они притягивают третью. А когда камень станет целым… – его глаза загорелись фанатичным огнём. – Мы сможем говорить с богами. Мы сможем изменить мир. Очистить его от скверны. Сделать таким, каким он был задуман.

Ашвин, привыкший к экзальтации хозяина, осторожно заметил:

–Но там, в Дели, уже есть покупатели. Европеец из организации, о которой мы знаем. И двое русских. Один из них – потомок инженера, который строил хранилище для камня в Петербурге.

Раджив усмехнулся.

–Русские нам не помеха. Они хотят понять. Европейцы хотят использовать. А мы хотим восстановить священное. Наша цель выше. И мы добьёмся её, чего бы это ни стоило.

Он повернулся к окну, за которым шумел ночной город.

–Готовь людей. Мы вылетаем в Дели завтра. И пусть никто не встанет у нас на пути.

Дели. Отель «Гранд». Утро следующего дня.

Лев и Артём почти не спали. Ситуация осложнялась с каждой минутой. Виктор со своей организацией – это было плохо, но предсказуемо. Они знали, что за камнем охотятся многие. Но утром их ждал новый сюрприз.

За завтраком к ним подошёл слуга и вручил конверт без марки. Внутри была визитка с именем «Раджив Сингх» и номером люкса в этом же отеле. И приписка от руки: «Господа, я здесь по тому же делу. Предлагаю встретиться до того, как это сделают другие. Ваш сосед сверху».

Лев посмотрел на Артёма.

–Кажется, мы вляпались в аукцион, где товар один, а покупателей – трое. И двое из них, судя по всему, очень серьёзные игроки.

– Что будем делать? – спросил Артём, впервые за всю поездку выглядя по-настоящему растерянным.

– Для начала – встретимся с этим Сингхом. Узнаем, чего хочет он. А потом решим, с кем из них, если вообще с кем-то, мы можем объединиться против остальных. Потому что в одиночку, с нашими скромными возможностями, мы этот аукцион не выиграем.

Он допил кофе и встал, опираясь на трость – старый друг, вернувшийся в его жизнь в этом путешествии.

–Пошли знакомиться с соседом. Интуиция подсказывает мне, что самое интересное только начинается.

Они вышли в холл, направляясь к лифту. За ними, из-за колонны, наблюдали двое – человек Виктора и человек Раджива. Игра началась. И ставка в ней была выше, чем просто осколок древнего камня. На кону было будущее спящего дракона в Петербурге. И, возможно, не только его.

Встреча с Радживом Сингхом состоялась в его люксе спустя час. Индиец оказался человеком лет сорока с лишним, с пронзительными глазами и манерами аристократа старой школы. На столике в гостиной были разложены фотографии и документы, но главное – на бархатной подушке лежала копия осколка, выполненная с ювелирной точностью.

– Господа, – начал Раджив без предисловий, – я знаю, что за одним столом с нами охотится Виктор. Знаю, что у вас есть главный камень в Петербурге. И знаю то, чего не знает никто из вас – подлинную историю того, как осколок оказался у Шармы.

Лев и Артём переглянулись. Артём осторожно спросил:

–Вы хотите сказать, что знаете Шарму?

Раджив усмехнулся.

–Шарма – не просто коллекционер. Он – потомок древнего рода брахманов из Натхадвары, священного города в Раджастане . Его семья веками служила хранителем одного из осколков камня Чинтамани, но никто за пределами рода не знал об этом. Сам Шарма стал художником, писал портреты паломников, но в его мастерской, в тайной нише, всегда хранилась шкатулка с камнем. Он получил её от отца, тот – от деда. Так семь поколений.

Как камень попал в семью Шармы

Раджив развернул перед ними старинную карту Индии и ветхий манускрипт на санскрите.

– В XVI веке, во времена императора Акбара, Великие Моголы охотились за любыми упоминаниями о Чинтамани. Акбар, как вы знаете, владел камнем, но это был другой фрагмент – тот, что позже оказался в России у Волкова. Однако при дворе Акбара служил брахман-советник, который знал тайну: существует второй осколок, спрятанный в храме Натхадвары. Акбар, будучи мудрым правителем, не стал забирать святыню силой. Он заключил договор с хранителями: камень остаётся у них, но они обязаны беречь его и никому не передавать, пока не наступит время воссоединения.

Артём нахмурился:

–Время воссоединения? Что это значит?

– По легенде, – продолжил Раджив, – камень Чинтамани изначально был единым целым. В глубокой древности, когда его принесли на Землю из созвездия Орион, он раскололся на несколько частей. Одни говорят – на три, другие – на четыре. Главная часть хранится в Башне Шамбалы в Гималаях, но осколки были разбросаны по миру, чтобы в определённые эпохи появляться в ключевых точках планеты, создавая новые центры цивилизации. Один такой осколок оказался в Индии, другой – в Тибете, третий – в Европе. Тот, что сейчас у Шармы, веками хранился в Натхадваре.

Решение Шармы продать камень

– Почему же он решил продать его теперь? – спросил Лев.

Раджив помрачнел.

–Два года назад Шарме приснился сон. Ему явился крылатый конь Лунгта – тот самый, что, по легенде, принёс камень на Землю. Конь сказал: "Время пришло. Камень должен отправиться на север, туда, где спит его брат". Шарма проснулся в холодном поту. Он понял, что камень больше не должен оставаться у него. Но он не знал, кому передать святыню. Он начал искать информацию о других осколках и вышел на след вашей библиотеки в Петербурге.

Артём подался вперёд:

–Он знает о нашем камне?

– Он знает, что где-то в России хранится основной фрагмент. Но не знает, что он усыплён и что вы – его хранители. Когда я вышел на Шарму через общих знакомых, он рассказал мне эту историю. И тогда я понял, что должен вмешаться. Потому что, если камень попадёт к Виктору и его организации, они начнут эксперименты. Они захотят разбудить его силу, не понимая, к чему это приведёт.

Лев внимательно посмотрел на индийца:

–А вы, господин Сингх? Чего хотите вы?

Раджив выдержал его взгляд.

–Я хочу, чтобы камень воссоединился. Не для того, чтобы использовать его силу, а чтобы выполнить древнее пророчество. Моя семья, как и семья Шармы, веками хранила знание о камне. Мы верим, что, когда осколки сойдутся в одном месте, они откроют путь к Шамбале. Не к физической стране, а к состоянию сознания, к новому уровню понимания мира. Это не оружие, господа. Это – ключ.

Виктор и его сеть

– А Виктор? – спросил Артём. – Кто он на самом деле?

Раджив достал из папки фотографию европейца.

–Виктор представляет организацию, которая называет себя "Наследие Ориона". Они изучают артефакты внеземного происхождения уже полвека. У них есть лаборатории в Швейцарии, базы данных по всем известным фрагментам камня, связи в правительствах и корпорациях. Они не злые, если вы это имеете в виду. Они – учёные. Но они хотят контроля. Они хотят понять принцип работы камня, чтобы использовать его энергию для технологий. А это, поверьте, опасно. Очень опасно.

Лев вспомнил "Сердце" в ротонде, пульсирующее синим светом, и холодок пробежал по спине.

–Мы знаем, насколько это опасно. Мы видели, что происходит, когда сила камня выходит из-под контроля.

– Именно, – кивнул Раджив. – Поэтому я предлагаю союз. Мы вместе идём к Шарме. Я представлю Вас как людей, которым камень предназначен судьбой. Шарма – человек верующий, он прислушается к знакам. Если он увидит, что вы – те самые хранители с севера, он передаст камень Вам. А я помогу убедить его.

Артём посмотрел на Льва. В глазах инженера читалась борьба – доверять ли этому аристократу с горящими глазами?

Лев, привыкший читать людей, медленно кивнул.

–Допустим, мы согласны. Но как мы объясним Шарме, что основной камень в Петербурге спит? Что мы его усыпили?

– Правдой, – просто ответил Раджив. – Вы расскажете ему, как боролись с проклятием Волкова, как спасли женщину, как усыпили дракона. Шарма поймёт. Он ждёт не воинов, а миротворцев.

На следующий день они втроём отправились в старый Дели, в район, где узкие улочки хранили тень веков. Дом Шармы оказался двухэтажным особняком с внутренним двориком, увитым бугенвиллеей. Сам хозяин встретил их на пороге – невысокий, сухощавый человек с седой бородой и глазами, которые, казалось, видели нечто за пределами обычного мира.

Он провёл их в комнату на втором этаже, где на низком столике, на шёлковой подушке, лежал тот самый осколок. Вблизи он оказался ещё удивительнее – тёмно-синий, почти чёрный, с прожилками, которые пульсировали слабым внутренним светом. Лев почувствовал знакомую вибрацию в груди – ту же, что когда-то ощущал в библиотеке, но мягче, тише.

Шарма долго смотрел на Артёма, потом на Льва.

–Раджив рассказал мне вашу историю, – сказал он наконец. – Я чувствую правду в ваших глазах. Но я должен спросить: вы готовы принять ответственность? Камень не прощает легкомыслия. Он требует служения, а не обладания.

Артём шагнул вперёд.

–Я – потомок человека, который построил клетку для камня. Мой прапрадед хотел создать архив знаний, а его творение извратили. Я несу этот долг семь поколений. Я готов служить камню, но не как раб, а как хранитель, который не даст ему причинять зло.

Шарма перевёл взгляд на Льва.

–А вы, детектив? Вы не кровный наследник. Что привело вас сюда?

Лев усмехнулся, опираясь на трость.

–Любовь. И упрямство. Я не мог оставить женщину, которую полюбил, в лапах этого кошмара. А теперь не могу оставить её с мыслью, что камень может проснуться и снова причинить боль. Я здесь, потому что это – продолжение того дела. Потому что по-другому я не умею.