Владимир Козаренко – Протей-тур (страница 4)

Через две минуты Илар уже летел в автобусе, сжимая в кармане ворованный навигатор. Впервые за сотню лет он чувствовал нечто, похожее на слабый зуд свободы.

Квантовый взлом и анатомический кошмар

Свобода — штука приятная, но крайне расточительная. Забаррикадировавшись в своей тесной комнатке, Илар первым делом повесил на входную дверь массивную пластиковую табличку: «НЕ БЕСПОКОИТЬ! НЕ ОТКЛЮЧАТЬ! ОПАСНО ДЛЯ ЖИЗНИ! ПАПА ДОБЫВАЕТ ЭМАНАТЫ». Дети, прочитав такое, обычно затихали на сутки, опасаясь случайной деполяризации.

Илар устроился на узкой кушетке, нацепил на череп ворованный обруч и выставил на панели навигатора контрабандные координаты. Микроиголки привычно впились в кожу. Илар глубоко вздохнул, нажал пусковую панель, и его Тело-1, сорвавшись с биологического якоря, с визгом ухнуло в Изнанку.

Десять световых лет пролетели, как смазанный кадр. На подлёте к карантинной планете Илар резко затормозил свой энергетический сгусток и обомлел. Возле сияющей голубой пробоины в титановой трубе царило оживление, напоминающее привокзальный рынок в базарный день. Мимо него туда-сюда шныряли странные, тусклые Тела-1. Они влетали внутрь кокона пустыми, а возвращались раздутыми, словно наевшиеся клопы.

— Контрабандисты! — догадался Илар, затаившись за обломком метеорита. — Стало быть, слухи не врут. Если эти стервятники крутятся здесь веками, значит, на этой проклятой планете есть чем поживиться, несмотря на весь карантин.

Словно юркая ящерица, Илар скользнул внутрь пробоины, миновав огромные, безжизненные магистрали коммуникационных труб. Оказавшись в атмосфере, он заложил пару ознакомительных виражей вокруг планеты. Илар рассудил здраво: соваться к аборигенам при свете дня — верх дилетантства. Днем их Тело-1 и Тело-2 слиты в единый материальный монолит, и подключиться к их сознанию из Изнанки невозможно без специального армейского деструктора. А вот ночью, во время отдыха, Тело-1 по всем законам вселенской биологии должно слегка отслаиваться от мясного скафандра. Тут-то его и можно брать тепленьким для сбора информации.

Илар выбрал ночную сторону планеты и начал плавно снижаться над каким-то серым, хаотично застроенным поселением. Скользнув сквозь кирпичную стену типовой многоэтажки, он завис посреди темной комнаты.

— Что за чертовщина? — Илар даже потер ментальные глаза.

Перед ним на кровати лежали два аборигена. И их Тела-1, и их Тела-2 спали мертвым, беспробудным, синкретическим сном. Они были слипшимися, как непропеченное тесто. Контакт оказался абсолютно невозможен — сознание туземцев было заблокировано наглухо.

Илар взлетел вверх на сто километров, сменил локацию на три тысячи парсек вбок и спикировал в огромный мегаполис, прошив сорокаэтажный небоскреб из стекла и бетона сверху донизу. Картина повторилась с пугающей точностью. На всех сорока этажах существа спали обоими телами сразу.

— Невероятно... — прошептал Илар, чувствуя, как его охватывает экзистенциальный ужас. — Они что же, добровольно тратят треть всей своей жизни на этот абсолютный, пустой растительный сон?!

На Плювии ночной отдых физического Тела-2 использовался с максимальной коммерческой выгодой. Пока мясной скафандр регенерировал в ремонтном растворе, Тело-1 серых бодрствовало: читало научные трактаты, учило языки, смотрело межгалактические хроники или подрабатывало на удаленной бирже. Терять треть жизненного цикла на банальное пускание слюней в подушку казалось Илару верхом эволюционного слабоумия.

Пользуясь беспомощностью спящих, Илар подлетел ближе и принялся брезгливо рассматривать анатомические особенности местных жителей. Увиденное повергло его, как представителя высшей расы, в глубокий эстетический шок.

Вместо аккуратных, благородных, больших черных глаз нормального гуманоида, у этих тварей были крошечные, глубоко посаженные влажные щелочки. Вместо изящных дыхательных отверстий прямо посреди лица торчал уродливый, мясистый хрящевой выступ, больше всего похожий на клюв хищной птицы с далекой планеты Стервятников. На месте аккуратных ушных щелей по бокам черепа разрослись огромные, хрящевые лапухи, способные, кажется, ловить штормовой ветер.

Но самым отвратительным и противоестественным зрелищем была шерсть. Она росла у них прямо на голове — густая, путаная, грязная шерсть разных оттенков! Ладно бы только на голове — у некоторых особей, особенно крупных, эта жуткая аномалия покрывала нижние и верхние конечности, превращая их в подобие линялых ковриков. Лишь изредка среди этого волосатого кошмара попадались редкие, истинно красивые экземпляры — абсолютно лысые, с гладкой кожей, похожие на приличных серых гуманоидов.

— Да только ради этой внешности эту планету стоило бы закрыть на вечный карантин, — содрогнулся Илар, отлетая к окну. — Чтобы приличные галактические туристы не заикались от ужаса при выходе из Изнанки.

Токсичная контрабанда и Толик-аномалия

Галактическое агентство экономической безопасности определенно недаром ело свой хлеб. Илар вынужден был признать, что они создали гениальную, шедевральную двойную систему защиты. Первый уровень был физическим — тот самый титановый кокон из труб в стратосфере. А вот второй уровень оказался генетическим. Аборигены были кастрированы ментально. Находясь на самой ранней, допотопной стадии эволюции, они были полностью лишены возможности не то что выходить в Изнанку, но даже подозревать о её существовании. Их Тела-1 засыпали синхронно с мясом, намертво отрезанные от великого информационного океана вселенной. Они жили в полной уверенности, что они одиноки во Вселенной, а их убогий шарик — вершина творения.

Вдруг в одной из квартир на тридцатом этаже Илар заметил странное шевеление. В полумраке возле кровати копошились те самые контрабандисты, которых он видел у пробоины. На вид они были точной, но уменьшенной копией местных уродов — ростом всего около метра, одетые в крошечные синие штаны (лингво-детектор подсказал слово «джинсы») и майки.

Коротышки пристраивались к головам спящих людей и при помощи каких-то ментальных присосок грубо, варварски качали из их мозгов энергетические соки. В местах подключения на волосатой коже туземцев оставались характерные багровые следы, как будто туда приложили раскаленный паяльник. Завидев величественную, гладкую фигуру Илара, мелкие твари испуганно пискнули, сорвались с мест и мгновенно растаяли в Изнанке, бросив добычу.

— Ну-ка, посмотрим, ради какого деликатеса вы тут рискуете шкурой, — пробормотал Илар.

Он подлетел к спящему человеку и аккуратно прижал два пальца к свежему «ожогу» на его шее. В ту же микросекунду Илара тряхануло так, словно он схватился голыми руками за оголенный силовой кабель межпланетного экспресса. По его энергетическому телу пробежала судорога, кожа мгновенно пошла трупными фиолетовыми пятнами, а в ментальных ушах раздался скрежет ржавого железа.

— О великий Космос! Что это за дрянь?! — Илар отлетел к потолку, тяжело отдуваясь.

Энергия, которую генерировали эти существа, была абсолютно, стопроцентно несъедобной. Это была тяжелая, грязная, высокотоксичная эманация самых низких частот — концентрированная, животная агрессия, пополам с первобытным ужасом и глупостью.

— Так вот почему здесь карантин! — до Илара наконец дошел истинный масштаб замысла Правительства. — Да эти твари — ходячие экологические катастрофы! Если бы их Тела-1 не спали ночью, если бы они вырвались в Изнанку и полетели к звездам, они бы своей бракованной, ядовитой эмпатией заразили половину обитаемых секторов! За торговлю таким товаром в Григии дают пожизненную деполяризацию. Это же все равно что распылить боевой слезоточивый газ на центральном проспекте во время праздника!

Илар уныло повис в воздухе. План обогащения трещал по швам. Улетать ни с чем, возвращаться к Ольгу, просить прощения и снова таскать кротов? От этой мысли его серая сущность сжималась в комок.

Он уже направился к выходу сквозь бетонные перекрытия, собираясь навсегда покинуть эту помойку, как вдруг в коридоре соседней квартиры наткнулся на нечто совершенно невозможное.

Сквозь стену, отчаянно размахивая руками, летело Тело-1 местного аборигена. И оно НЕ СПАЛО! Это была чудовищная, невероятная генетическая аномалия. Существо в энергетическом облике металось от одной запертой двери к другой, просачивалось в комнаты соседей и истошно пыталось растолкать их спящие, слипшиеся Тела-1. Разумеется, у него ничего не получалось — его руки просто проходили сквозь спящее мясо, не оставляя следов.

Илар, не веря своим глазам, сделал резкий выпад и мертвой хваткой схватил аномального туземца за руку.

— Стоп, приятель! Сбавь обороты!

Существо дернулось и уставилось на Илара. В Изнанке человеческая внешность копировалась со всеми ее дефектами. Илар, повидавший на своем веку и многоглазых кальмаров, и разумных палочников, и пурпурных слизней, снова содрогнулся. Этот птичий клюв вместо носа, эти уши-лапухи, а главное — жуткая, клочковатая растительность вокруг рта и на подбородке... Зрелище было поистине не для слабонервных.

Абориген замер, его крошечные глазки округлились от неописуемого, священного ужаса и восторга. Похоже, он впервые в своей убогой жизни видел цивилизованное существо с нормальной, идеально гладкой лысой головой и благородной серой кожей. Для него Илар сейчас выглядел как сошедший с небес бог.