Владимир Коваленко – Шишки жизни, как убрать (страница 6)

За этими размышлениями, за думами о возможном визите к маме в Москву одному или с семьей на зимних каникулах он припарковал машину, нащупал брелок от домофона и уверенно направился к своей квартире. Да, определенно увереннее, чем обычно. Но уверенность быстро сменилась растерянностью, так как из-за неплотно закрытой двери он расслышал командно звучащий голос тещи. Она вела с любимой внучкой, как она это сама называла, педагогическую работу:

– Мультфильмы смотреть долго вредно!.. И не надо возражать!..

Голоса Лены слышно не было, но не это возмутило Андрея так сильно. Он буквально оторопел от следующих слов:

– Научилась, наверное, у папы со всеми ругаться! Его скоро могут уволить из-за его постоянных споров! И ты туда же.

Когда пальто было повешено, а портфель поставлен на привычное место, Андрей уже закипал от злости и негодования. Конечно, он осознавал, что его атаки на тещу были сродни булавочным уколам, но все равно иного способа исправить ситуацию он не видел или просто не знал о нем.

– Как так можно говорить! – выпалил он, стремительно входя в комнату дочери, где разворачивалось действо.

И, что самое удивительное, Елизавета Михайловна лишь на секунду стушевалась, осознав, что застигнута врасплох.

– Что? – собирая все свою уверенность и немного выгибая спину, начала она. – Дочь твоя неугомонная и хочет все время развлекаться, когда мамы нет дома. Нет, конечно, я Машеньку понимаю, она работает не покладая рук, и у нее ночная смена сегодня. Но замечание я обязана сделать, кто же еще…

«Любимый прием», – с горечью подумал Андрей. Теща весьма умело уходила от ответа, переходя на обсуждение недостатков других людей. И, как всегда, не обращала внимания на его возражения.

– И поэтому я сегодня, раз уж остаюсь ночевать, прослежу, чтобы уроки были выучены.

Лена смотрела с мольбой на отца. И он так же смотрел прямо ей в глаза. Отец и дочь знали прекрасно, что кто, как не Лена, заслуживает отдых, особенно в пятницу. Быть может, пиво, быть может, слова Юрки, быть может, особая атмосфера вечера, быть может, подавляемая много месяцев обида на злостное вмешательство Елизаветы Михайловны в воспитание первоклассницы-дочери дали о себе знать, и он довольно грубо ответил:

– Не вам это решать.

«Одной упущенной возможности достаточно», – думал он об отчисленной ученице. А Лена, услышав внезапные слова поддержки, даже зажмурилась, подтянув ножки в розовых колготках на диван и обхватив их руками. Андрей продолжал:

– Сегодня уроки она не будет учить вообще. А вам лучше идти домой и отдохнуть, день у всех был нелегкий.

– Как? – только это и смогла вымолвить теща. – Как будто ты, Андрей, в состоянии о ней заботиться, как будто ты сможешь приготовить… – но она не смогла договорить, так как он впервые в жизни повысил на нее голос.

– Смогу, очень даже смогу! Хватит относиться ко мне, как к мальчику!

И неожиданно для себя Андрей взял пульт от телевизора и сделал звук в мультфильме о трех богатырях еще громче, от чего грохот начавшейся схватки со Змеем Горынычем заполнил всю комнату.

Подбородок у Елизаветы Михайловны затрясся, она как-то съежилась, прищурилась. Андрей с трудом понимал, что на него нашло, но в душе осознавал, что выигранная им битва будет проиграна непременно, так как в семье две женщины и одна активно поддерживает другую во всем.

– Хватит таким тоном говорить! Я столько сделала для вашей семьи! Если бы не я, вы бы давно разбежались, и Леночка не была бы такой талантливой и умной!

– Нет, – в голосе Андрея появились стальные нотки, – не ваша это заслуга. Уже поздно, вам пора.

Телевизор гремел на всю комнату, а все присутствующие в ней молчали. Теща опомнилась от столь агрессивного и непривычного для нее обращения не так быстро. Минуты три у нее ушло на переваривание того, что было сказано, на осознание того, что ее только что выставили из квартиры. После, взяв свою любимую шаль с дивана, выходя из комнаты, напоследок она, как всегда, сказала:

– Черная твоя неблагодарность, Андрей! Нет у тебя совести.

Он молчал. Слов больше не было. Собрав свои вещи и торопливо одевшись, Елизавета Михайловна скрылась за дверью. Ушла. Но спокойнее не стало. Спокойнее не стало даже тогда, когда он вернулся в комнату, выпил с дочерью чай, посмотрел новые наряды, которые она сшила для кукол, а после, искупав ее, уложил в кроватку. Все вроде бы было хорошо. Идеальный вечер. И повел он себя как будто бы правильно. Или все-таки нет? Много вопросов крутилось у Андрея в голове, даже тогда крутилось, когда, ложась спать, он набрал номер с визитки и записал его в телефонную книгу.

Уже субботним утром буквально через пару гудков бодрый и приятный женский голос ответил:

– Кабинет Юлии Витальевны, слушаю. Вы на пробный тренинг?

– Да, все верно, на тренинг.

– Прием состоится завтра с 11:00. Будем рады видеть вас. Назовите, пожалуйста, ваши имя и отчество.

– Андрей Сергеевич.

Через несколько секунд он был зарегистрирован, запись была завершена. С чувством легкой неуверенности Андрей вернулся в комнату к дочери, которая, обняв плюшевого зайца по имени Веня, с интересом смотрела мультфильм. Он сел рядом, посидел так немного, но чуть погодя отправился на кухню. Хотелось хоть чем-то себя занять, убить время. Закипятил чайник, нарезал небольшими ломтиками батон и помазал их плавленым сыром. Дочь такое простое и вкусное лакомство очень любила. Угощение он разнообразил парой сахарных печенюшек, оставшихся со вчерашнего дня, и, как только чай заварился, отнес все в комнату. Довольная тем, что может отдохнуть, дочь с радостью принялась за еду и с невиданной до этого прытью съела все, что он предложил ей.

– Папа, а можно я сегодня в вашей с мамой комнате посплю? Ну пожалуйста, – улыбаясь и слегка подпрыгивая на диване, попросила Лена. – У вас такое мягкое одеялко, и Вене оно очень нравится тоже.

Выпрашивая что-то, девочка всегда слегка щурила глаза, чем становилась невероятно похожей на свою мать. Удивительное сходство с Марией Игоревной всегда несколько веселило Андрея, так как дочка становилась в такие моменты не по-детски серьезной. Практически ни в чем поэтому он не мог ей отказать, да и Лена так редко о чем-то с таким энтузиазмом просила.

– Пойдем, конечно. И можем даже почитать перед сном.

Остаток вечера был просто чудесным. Таким уютным, каким он редко бывал. Без склок и скандалов, без неразрешимых проблем, без тягостных раздумий. Они выпили чай, потом читали «Волшебника изумрудного города» на ночь. На удивление Андрей легко и просто заснул. Завтра должен был быть трудный, но интересный день. В глубине души он надеялся на то, что все происходящее очень скоро разрешится.

Глава 3 – Первое знакомство с Методом

Воскресное морозное утро, солнечное и пронзительно яркое, заряжало бодростью. Поеживаясь от холода и крепко держась за руки, они с дочерью быстрым шагом направлялись к районной художественной школе. К 10:00 должно было начаться занятие по рисованию натюрморта, во время которого он мог посетить сеанс, а после вернуться за Леной и поехать домой. План был очень простым и ясным. И, вообще, со вчерашнего вечера у него все прекрасно получалось, что не могло не создавать определенного позитивного настроя. К примеру, дочь впервые за долгое время шла на воскресное занятие с удовольствием, в чем, несомненно, была и его заслуга.

– Я буду сегодня очень стараться, папа. И покажу тебе, что смогла нарисовать. Ты когда приедешь? – быстро тараторила Лена, выкладывая из рюкзачка на стол свернутые листы А3, мелки и модель для натюрморта.

– Сразу, как закончится занятие. Сегодня у меня есть дела в центре города, но я не задержусь, не переживай, – Андрей погладил ее по головке и улыбнулся. – Если что, ты знаешь, что папе можно всегда позвонить. И я заберу тебя, если освободишься пораньше.

Обычно жена с ее матерью не одобряли телефон на занятиях, но в пику им Андрей позволил сегодня Лене взять с собой новый смартфон, который он подарили ей месяц назад на восьмой день рождения.

– Хорошо, пап, – кивнула девочка.

– Ну давай, удачи тебе, – он еще раз улыбнулся, помахал ей рукой и вышел из класса.

Если верить навигатору, до кабинета, где должна была проходить групповая терапия, можно было дойти пешком. К тому же до начала консультации оставался целый час. Поэтому Андрей бодро зашагал по знакомым улицам города. Миновав несколько однотипных двухэтажных многоквартирных домов, какие можно встретить в каждом маленьком городе, он свернул в скверик, построенный, насколько он помнил, еще до революции. Дальше по пути было несколько лавочек, стоящих вдоль круглой площадки, которую украшали укрытая на зиму клумба и кроны старых ясеней, растущих только в горных широтах. Ему нравились тени, которые отбрасывали голые массивные ветви этих мощных деревьев. Они образовывали причудливый узор на старенькой серой тротуарной плитке. Андрей невольно замедлил шаг, проходя мимо. Но сквер был совсем небольшим, и, как только пересек его, он практически сразу же попал в оживленный квартал с несколькими магазинами. Туда, где большая часть городских жителей регулярно отоваривалась по выходным.

Магазины только открывались. К пекарне на фургончике подвез свежую выпечку парень. Что-то обсуждая с продавцом, он выгружал лоток за лотком, заносил их в магазин. Цветочница, отчего-то недобро на него посматривающая, интенсивно опрыскивала выставленные на открытую витрину цветы. Поэтому, поморщившись слегка, Андрей перевел взгляд на стеклянные витрины магазинов одежды. В них привычно были выставлены практически все имеющиеся костюмы, надетые на манекены. Такова наивность провинциальных мастеров маркетинга. Вообще Андрею нужно было давно купить себе новое портмоне, и в другой день, будь он посвободнее, непременно бы зашел в небольшой магазинчик с аксессуарами. Его продавец, старый галантерейщик, лет пять назад торговавший в хлипкого вида палатке на рынке, теперь обустроил приятный «салончик». Он всегда мог подобрать Андрею нужный вариант, сглаживая муки выбора актуальными сплетнями.