Владимир Кощеев – Макс Лазарь (страница 22)

— Да, — подтвердила она и тут же добавила: — Как иначе бы добирались до этого узла? Неужели ты думаешь, что цивилизация, способная создать искусственный разум, не сможет решить проблему гравитации, чтобы её машины летали по воздуху?

Мне оставалось только головой покачать. Эта любовь ассистентки к Предтечам, конечно, понятна. Она всё-таки продукт куда более продвинутой цивилизации, чем человечество смогло добиться за тысячелетия своей истории. Но чувствовать себя дикарём, который нашёл автомат Калашникова и, израсходовав патроны, приносит ему кровавые жертвы, чтобы задобрить злого бога войны, начинает надоедать.

— Потом расскажешь мне подробнее про быт твоих создателей, — объявил своё решение я.

Мира кивнула и села на самый край обрыва, свесив ноги вниз. Я же проверил надёжность вбитых клиньев, закончил вязать узлы и ещё раз прошёлся по ремням страховки. Если что-то пойдёт не так, блондинка сможет только боль убрать, но даже на помощь позвать она не способна. Да и нет никого вокруг, чтобы откликнуться.

— Ну, с Богом, — выдохнул я, прежде чем сделать первый шаг за край.

В памяти сразу же всплыли операции по штурму небоскрёбов, в которых участвовал Максим. Не помню подробностей, детали затёрлись со временем, но ощущение свободного падения, когда лопнул основной трос, накатило резко и заставило ладони и спину вспотеть.

Сказывалось ещё и отсутствие подготовки дворянина. Никто не мог предположить, что сыну прокурора потребуется опыт альпинизма. Чёртов белоручка, не мог хотя бы для собственного развития интересоваться чем-то полезным⁈

Но, разумеется, во мне говорили нервы. И я продолжал спуск, пока не достиг нужной отметки. Мира подсвечивала подходящие места, на которые можно опереться или ухватиться. И теперь, когда я почти выбрал всю отведённую для спуска длину, пришло время двигаться под водопадом.

— Какого хрена я вообще в это ввязался? — прошептал я, прежде чем сделать рывок под льющую сверху ледяную воду.

Холод отрезвил, смыв окончательно бредовые воспоминания, и я вцепился во влажные камни, едва не обрывая собственные ногти. Зато сразу же увидел нужную пещеру — до неё оставалось метров десять. И здесь, под прикрытием водопада, Предтечи оставили запасной выход.

Конечно, за прошедшее время от вбитой в стену лестницы сохранились лишь обломки, однако выемки под стопы остались на своём месте. Так что, стиснув зубы, я добрался до чёрного входа и, чуть оттолкнувшись от стены, влетел в эту темноту.

Под ногами сухо заскрипел уже знакомый материал Предтеч, и я с облегчением вытащил клин, чтобы вбить его в каменную стену у самого края пещеры и примотать к нему тросы. От холодного душа начинало потряхивать, да и близость водопада не добавляла мне радости. А уж то, что я совершенно не выспался, и вовсе портило настроение.

Обернувшись к гермостворке, я выдохнул и уже собрался было искать дыру в стене, чтобы сунуть туда браслет, но в этот момент преграда раскрылась, пропуская меня в ярко освещённый коридор.

— Дорогая, я дома, — произнёс я, переступая порог узла связи.

Нравится прочитанное? Не забудь поставить лайк!

Глава 10

Узел связи представлял собой такое же помещение, как в Башне, только чуть меньшего размера. Всё те же торчащие из поля столбики, исписанные символами Предтеч, мягкий свет со всех сторон. Но я один чёрт не понимал, что здесь происходит.

Мира в этот раз вовсе не показывалась, а я устроился у панорамного окна, в котором проецировался вид на округу. Эта возможность смотреть сквозь стены выглядела бы потрясающей, если бы я хотел устроить себе нечто подобное. Спокойно потягивая кофе, я смотрел в низину, заросшую густым тёмным лесом. Над деревьями парили птицы, с моего ракурса были заметны реки, текущие куда-то дальше на север. Какой-то зверь доедал добычу на берегу — отсюда было не разглядеть подробностей. Дикая природа во всей её красе.

— Узел восстановлен и полностью функционирует, — сообщила Мира, появившись сбоку от меня.

Вновь на ней был обтягивающий комбинезон, вызывающий ассоциации с гидрокостюмом. Такие вполне могли бы надевать космонавты под скафандр. Никаких разрывов, стыков, швов и замков — словно человека окунули в материал и дали застыть, полностью закрыв тело до самой головы. Волосы стянуты в высокий хвост, болтающийся за спиной ассистентки.

— Ну вот и хорошо, — кивнул я и допил кофе. — Что там по сигналам артефакта Селиванова?

Она развела руками.

— Пока что тишина, никаких сигналов не передаётся, — отчиталась Мира.

— Что ж, подождём ещё немного, — озвучил своё решение я.

Она чуть помялась, было видно, что хочет что-то сказать, однако не спешила озвучивать свои мысли. Так полагаю, это напрямую связано с тем, что она примерно представляет, как я думаю и принимаю решения. А значит, собирается выдать нечто крайне сомнительное с моей точки зрения.

— Ну, давай, вываливай, что хочешь сказать, — подмигнув, подбодрил её я.

— Я нашла ещё одну часть архива создателей, — заговорила Мира. — Сведения о комплексе подготовки первопроходцев, которые отправлялись в экспедиции на другие планеты. Создатели проводили специальные процедуры, чтобы такие первопроходцы выживали в агрессивных средах. Это было необходимо, чтобы путешественник мог выжить и вернуться с докладом. И теперь я знаю, что всё было сделано ради возможности заняться колонизацией других планет.

Я кивнул, принимая информацию.

— Так, и в чём же подвох? — уточнил я.

Мира вздохнула, словно перед прыжком.

— Я настоятельно рекомендую тебе пройти процедуру подготовки, Макс, — выдала она на одном дыхании.

Я вскинул бровь и отставил пустую кружку.

— Всё это время я собирала информацию о состоянии твоего организма, — принялась пояснять ассистентка. — Изначально у меня не было понимания, как устроены люди. Однако за время нашего совместного путешествия я самым внимательным образом изучила не только тебя, но и других представителей вашего вида. И теперь могу с уверенностью сказать, что у тебя имеется конфликт в мозгу. То, что ты знаешь, умеешь — не можешь воплотить в жизнь, так как тело не подготовлено. Навыки, которые обеспечивают твоё выживание — убивают твой мозг. Уже сейчас реакции тела запаздывают, и в дальнейшем это приведёт к деградации, а как итог — к деменции. Ты спрашивал, вижу ли я, что ты прожил жизнь в качестве наёмника, и тогда я ответила, что у меня нет доступа к такой информации, а теперь вижу, что нарушения, которые разрушают твой собственный мозг — последствия либо травмы, либо прямого вмешательства. В теле Алексея Николаевича Вранова находятся чужие нейронные связи. Предположительно — того самого наёмника, с которым ты себя ассоциируешь.

— Мне кажется, это так не работает, — заметил я. — Я должен не умирать, а просто забывать лишнее, пока не останется лишь то, что важно.

Мира покачала головой, и на её лице появилось неподдельное сочувствие.

— Помнишь, я приставала к тебе в машине? — спросила она, а увидев мой кивок, тут же продолжила: — На самом деле твоя эрекция меня не волнует, я измеряла показатели работы твоего мозга, Макс. И дело не в том, что у тебя молодой организм, который возбуждается от намёка на секс. Твой мозг уже начал разрушаться, всё выглядит так, будто в него впихнули разом больше шестидесяти лет напряжённой работы, но он по-прежнему прожил меньше двадцати. То есть твоему мозгу сейчас по уровню пережитой нагрузки фактически восемьдесят лет. Разрушение идёт и со временем начнёт ускоряться, когда ты минуешь критическую точку.

— Чушь какая-то.

— Всё могло бы быть нормально, ведь в обычной ситуации нейронные связи могут угасать, и тогда люди забывают или разучиваются. Но у тебя всё намного сложнее. Поверх Алексея Вранова записали другую личность, не гармонично встроили, как будто ты научился чему-то, а врезали грубейшим образом, практически переписав молодую личность, — ответила Мира. — И тем самым подписали тебе приговор. Это бомба замедленного действия, которая в ближайшие месяцы убьёт тебя.

Я хмыкнул, скрестив руки на груди.

Нет, я подозревал, что этот эффект слияния может иметь последствия, но что-то слабо мне верится, что такое вообще возможно. Да и, чёрт возьми, звучит даже фантастичнее, чем версия о том, что я вспомнил собственную прошлую жизнь.

Не говоря уже о том, что я никаких проблем за собой не замечаю.

— Звучит слишком фантастично, остальные ведь, кто проходит в Долину с Земли, ничего такого не получают.

Мира пожала плечами.

— Когда ты только включил меня, я ещё не имела на руках достаточно статистики, однако теперь я уже немало за тобой наблюдала. И смогла сравнить с теми показателями, что есть у других людей. Мне пока не попадались люди, в голове которых было бы две разных и при этом полноценных личности. В любом случае деградация мозга неизбежна конкретно у тебя, Лазарь, — ответила она. — Но у нас есть решение — тот самый комплекс подготовки первопроходцев.

— Каким образом? Это технология Предтеч, а я — человек.

Мира мотнула головой, отчего её хвост забил по плечам хозяйки.

— Машине всё равно, кого в неё поместят. Я обладаю достаточной компетенцией, чтобы перенастроить установку на человека и исправить все угрозы, — заявила она. — Не говоря уже о том, что, помимо исправления этой проблемы, я смогу вычистить твои гены, убрав из них весь вредоносный мусор, и сделать из тебя идеального человека. Такого, который не будет уставать от того, что пару минут воевал. Сила, выносливость, ловкость, регенерация повреждений. В тебе не изменится ничего постороннего, не откроется третий глаз и не отрастёт третья нога, но раскроется потенциал организма, выведя тебя на пиковые показатели.